Чтение онлайн

— Благословение? Но ты же сам сказал, что вы прокляты.

— Верно, прокляты. Но способность оборачиваться волком не проклятие.

— Так в чем же заключалось проклятие?

Интересно услышать эту историю с точки зрения Альфы. На юге наши священные тексты учат, что способность к обращению была карой за предательство Первого волка, и на этом история заканчивается. На севере же, похоже, есть совсем другая глава.

— Первый волк принял свою новую силу, — продолжает он. — Видишь ли, он ощутил, будто волк всегда был частью него. И, возможно, так оно и было. Возможно, именно поэтому он и Луна с самого начала потянулись друг к другу. К несчастью, на этом история не заканчивается. Ибо Солнце, ревнивая и мстительная богиня.

Я вздрагиваю. Если честно, у меня были богохульные мысли о Богине Южных Земель. Обычно, в те моменты, когда Верховный Жрец заставлял меня раскаиваться в грехах.

Но высказать эти мысли вслух…

— Когда Солнце узнала об этом, она решила наказать их обоих. Луна была изгнана. Её отдали Богу Ночи, чтобы он заточил её в своей небесной темнице. А Первый волк? Что ж, волк внутри него оказался заперт в клетке, и лишь когда Луна приближалась максимально близко и её сила могла достичь его, он мог освободится от своих оков.

— В ночь полнолуния, — прошептала я, и шелест листьев, едва не поглотил мои слова.

— Да.

Я хмурюсь, пытаясь понять, что он говорит мне и почему.

— Ты хочешь сказать, что Первый волк когда-то мог обращаться по своей воле, — говорю я. — И что проклятие заключалось не в обращении волком, а в том, что эту силу у него отняли.

— Да, — его голос звучит тихо и мрачно. — Но Солнце недооценило силу любви Луны. Столь обезумев от разлуки с ним, мучаясь, видя его страдания из своей небесной тюрьмы, она вырвала собственное сердце. И бросила его на землю, чтобы он мог хранить его и всегда быть ближе к её силе.

Я хмурюсь.

— И он нашёл его?

— Нашёл. Оно упало в центр Ущелья Гелах, высоко в Северных землях, и создало саму эту долину. И когда он нашёл его, то бережно хранил. Пока однажды Солнце не привела к нему первых людей. Несмотря на то, что он храбро сражался и защищал вверенное ему сердце, их было слишком много. Его убили, а сердце Луны похитили.

— Ты думаешь, оно реально существует?

— Да, волки в этом уверены. Конечно, история пропитана мифами, но в летописях встречаются свидетельства о реликвии, которая переходила из рук в руки. Некий камень, мы полагаем. — Он сглатывает. — И есть свидетельства, что в нём заключена сила, позволяющая нам обращаться, когда мы пожелаем.

Его тоска по свободе пробуждает что-то во мне, и я наконец понимаю.

— Вы думаете, оно у Себастьяна. Поэтому вы и устроили осаду его замка. Поэтому ты захватил меня. Вот на что ты хочешь меня обменять.

— Да, — говорит он, и его голос темный, как сама тень и полон решимости. — Мы ищем Крие Гелах — Сердце Луны. Потому что с ним мы обретём силу обращаться, когда захотим. С ним мы обретём силу, чтобы выиграть эту войну.

Глава девятая

У нас будет достаточно силы, чтобы выиграть эту войну.

Мы скачем вперёд.

Ночь тихая, если не считать стука копыт и шепота ветра в деревьях. Эта тишина лишь подчёркивает, как одиноки мы здесь. Как одинока я, с человеком, который строит заговор против моего отца.

Его грудь ровно вздымается и опускается у меня за спиной.

— С чего ты взял, что у Себастьяна есть то, что ты ищешь? — спрашиваю я.

И чувствую, как он решает, отвечать ли мне.

— У меня свои источники.

— Ты имеешь в виду, что у тебя есть шпионы в замке Себастьяна. — Вспоминаю, как он был уверен в своём побеге, когда я перевязывала Райана. — Они, полагаю, и выпустили тебя из псарни?

— Да. — Они так же подтвердили то, о чём нам рассказывал… некто из клана Лоуфелл.

Его тон становится мрачнее и у меня складывается впечатление, что к этому «некто» Альфа испытывает далеко не тёплые чувства.

— Но ты не нашел Сердце Луны.

— Оно было не там, где мы предполагали.

Вспоминаю бойню в замке Себастьяна: убитая стража в холле, пожары во дворе, крики и вопли смерти.

— Выходит, вся ваша осада была бессмысленной.

Его рука сжимается на моей талии.

— Я бы так не сказал.

Моё сердце снова колотится, когда я понимаю, что, возможно, ввязалась во что-то слишком опасное.

Не сомневаюсь, что Себастьян начнёт войну, чтобы вернуть меня. Я его собственность, и меня похитили. Он не оставит это без ответа. Но жива я или мертва ему, в сущности, всё равно.

И Альфа наивен, если думает, что Себастьян обменяет могущественную реликвию на меня.

Я ничего не стою.

И я гадаю, что со мной станет, когда волки наконец это поймут.

***

Мы останавливаемся на поляне у самого берега озера, и Альфа спешивается.

Так темно, что я различаю лишь его смутный силуэт. В воздухе ощущается густой аромат хвои и мокрой травы, а где-то позади слышен шелест воды.

— До утра будем отдыхать здесь. Пойдем, — говорит он.

Скрещиваю руки на груди.

— Ты ведь понимаешь, что и Себастьян, и мой отец отправят свои армии на север, чтобы найти меня? Они будут скакать днём и ночью, чтобы схватить моего похитителя. Для тебя это плохо кончится, если у них получится.

Для меня тоже.

— Со мной обычно так не разговаривают.

— Да, ты уже говорил.

— Это место называется Глен Марб — Долина Смерти, — говорит Альфа. — Здесь было поле битвы много веков назад. Говорят, духи волков, павших здесь, до сих пор бродят по долине в поисках мести. Если прислушаться, можно услышать их вой.