Чтение онлайн

Она вся в чёрном. Но на старуху не похожа - наоборот, высокая, статная, с горделивой осанкой.

Смотрю вслед. Что же мой отец сделал им такого, что они так нас всех ненавидят?

В ванной нет замка.

В растерянности кручу металлическую защелку на ручке. Но она легко проворачивается вокруг своей оси и не запирает дверь! Такой богатый дом, а двери не запираются!

Как здесь мыться?

С обратной стороны ручку дергают.

– Вот. Вещи, - швыряет мне руки кучу всего. Что-то успеваю по инерции ухватить, что-то падает на пол к ногам. Мойся, переодевайся и побыстрее! Сейчас врач приедет.

Абсолютно не думая над её словами, мою руки и умываюсь, смывая с себя кровь гада.

Пораженно разглядываю выданную мне одежду.

Ну, ладно - трусы и маечка, похожая на спортивный топик, хорошо. Допустим.

Но длинное платье-то мне зачем? И тем более платок или как это называется? Кручу в руках, не понимая даже, как они это надевают.

Я им не мусульманка! И не собираюсь вот это вот все напяливать на себя! Да и сбегать в платье явно будет менее удобно, чем в моих джинсах.

Не притронувшись к вещам, выхожу в том, в чем была.

– Тебе что сказали сделать?
– кричит его мать из кухни. Добавляет на своём языке явно непечаные выражения - настолько грубо они звучат.
– Женщина в штанах в моем доме! Позор какой! Не бывать этому!

– Я ЭТО не надену! С какой стати?
– не собираюсь сдаваться я.

– Ах, не наденешь?!
– с воплем, размахивая в руках полотенцем, несется в мою сторону.

Замахивается.

– Только попробуй!
– смотрю ей в глаза.

– Что? Ах, ты, - едва опустив тряпку, замахивается снова.

Входная дверь открывается.

В дом входят люди. Впереди всех гад. Затем, видимо, врач - он несёт в руках белый чемоданчик с красным крестом.

– Мама, что здесь происходит?
– спрашивает гад.

Она опускает занесенную руку, так и не ударив.

– Она не стала одеваться!

Стою в ужасе. Да что они все тут себе позволяют?

– Выведите на крыльцо. Покажите ей, - говорит гад.

Уже знакомый мне Адам подходит и хватает меня за руку, чуть выше локтя.

Что они хотят мне показать? Что там?

Иду - выбора у меня все равно нет.

Во дворе уже чисто. Как будто и не было раненых. Как будто они просто испарились в воздухе!

С высокого крыльца видно, как двое бородатых вносят во двор носилки. А на них лежит кто-то...

Уже темно, и мне, конечно, толком не разглядеть! Но... Этот кто-то имеет светлые волосы. Очень похожие на волосы моего брата! На чёрных носилках они выделяются ярким пятном!

– Эрик!
– кричу я, дергаясь из рук Адама.
– Вы убили его?! Сволочи!

Дергаюсь, но он держит крепко и не позволяет!

Не обращая на меня внимание, брата приносят мимо в сторону того же самого подвала, где только недавно была заперта я.

Это какой-то сон! Это кошмар!

Я сплю и мне просто снится.

Практически повиснув на Адаме, едва переставляя ноги, захожу в дом. Точнее, он меня заводит.

– Увидела?
– подходит ко мне гад.
– Короче, если хочешь, чтобы он жил, делаешь то, что я скажу... И без фокусов.

И я послушно делаю всё, что мне говорят.

Мне всё вдруг становится как-то безразлично, что ли...

Я надеялась, что Эрик придет и спасет меня, а оказалось, что его самого поймали, ранили и привезли сюда. Ему самому теперь помощь нужна.

И выхода больше нет.

И нас некому теперь спасать.

Потому что папы тоже больше нет.

Значит, это все-таки были люди Эрика? Значит, они пытались вызволить меня отсюда, но потерпели поражение? Значит, я!!!! Сама!!! Своими руками!! Спасала этого подлеца!

Я должна была перерезать ему глотку за то, что он сделал с моей семьёй! А я, слабачка, спасала его мерзкую жизнь.

Значит, я заслужила всё то, что со мной происходит. Значит, я заслужила и то, что будет со мной происходить дальше.

И я сплю, одетая в то самое длинное платье, которое выдала мне его мать. Неудобное, впивающееся по швам в тело. Но вряд ли сейчас мне есть до этого дело!

Я проваливаюсь в сон, как только меня заводят в какую-то комнату и голова касается подушки. Я и здесь предаю свою семью. Потому что МОГУ спать, когда где-то там, возможно, в том самом подвале, сейчас страдает мой брат.

Но и во сне снова и снова я проживаю те же самые мгновения: то мимо меня несут носилки, на которых лежит брат, то я вижу лицо отца во взрывающейся машине. И я плачу, просыпаясь. И засыпая, тоже плачу.

Просыпаюсь я разбитой и больной.

Еще вчера утром весь мир был передо мной! Учеба, подруги, семья - у меня было всё! А сегодня? Что ждет меня сегодня?

В незашторенные окна проникает серый рассвет.

В доме слышны голоса.

Много голосов.

Как будто сюда съехалась по меньшей мере вся восточная родня этого мерзавца.

Долго сижу на кровати, уставившись в стену. Я не знаю, чем себя занять, что делать и вообще, как себя вести! С одной стороны, мне страшно, потому что не далее как вчера во дворе этого дома происходила настоящая перестрелка. Не далее, как вчера, сюда затащили на носилках моего брата.

И только тот факт, что я согласилась сделать все, что потребует этот гад, позволяет мне надеяться на то, что Эрик еще жив.

По мере того, как голоса приближаются к комнате, мне становится всё страшнее и страшнее. По позвоночнику ползет мерзкий холодок, а в животе вкручивается тугая пружина леденящего ужаса.