Чтение онлайн

Теперь возможности действовать громко и с размахом больше не было. Мстители потеряли гранатомет, и у них не было времени искать другой, потому что ни Зароков, ни Рокотов не хотели откладывать завершение дела. Они ведь уже объявили Темного мертвым.

В том, что они именно сейчас направили свой меморандум в прессу, был свой расчет. Общественное мнение все чаще стало связывать их «подвиги» с похищением Яны Ружевич, представляя то и другое, как звенья одной цепи. Требовалось объявить общественности, что это не так.

К тому же дело с похищением певицы явно шло к концу. Стало ясно, что либо вот-вот возьмут похитителей, либо вскоре объявится труп Яны. То и другое вызовет такой шум в прессе, что внимание общества неизбежно окажется отвлечено от мести, которой посвятили себя зароковские бойцы.

Зароков — организатор мести, и Рокотов — главный исполнитель (именно он стрелял из гранатомета), решили вдвоем довести до конца месть за Олю Благовидову, а затем уже всей командой заняться другими делами и мстить за других людей, погибших безвинно и таким образом, что никто не может быть наказан по закону за их смерть.

Для мстителей закона нет. Зароков сформулировал это правило еще в самом начале пути, а теперь идеолог мстителей, завербованный ими в какой-то секте — тот самый человек, который написал меморандум, — готовил манифест на этой основе, чтобы пустить его в дело, когда первая месть будет завершена.

Во всей команде мстителей Оля Благовидова была близка только троим — Зарокову, Рокотову и Сергею Благовидову, брату девушки. Но Зароков сумел собрать вокруг себя значительно больше людей. Одних он приманил деньгами, другие пошли за ним благодаря его незаурядной харизматической и даже гипнотической силе, а третьим просто нравилось убивать или, как например, идеологу — теоретически обосновывать убийства.

— Мы создадим большую организацию, которая заставит трепетать и мафию, и всех преступников, в том числе тех, которые не боятся закона и которых не трогает закон. Наш закон — кровь за кровь, смерть за смерть, и во всей истории не было закона справедливее.

Так говорил идеолог мстителей людям, которых объединил и подчинил себе Зароков, и именно эти слова он писал в своем манифесте.

А тем временем Зароков и Рокотов выбирали позицию для последнего выстрела по последнему виновнику смерти Оли Благовидовой, в то время как все остальные — кроме идеолога — готовились обеспечивать им отход.

Всем известно, что хорошему снайперу не в силах помешать никакая охрана. Даже президенты, короли и премьер-министры уязвимы для снайперского выстрела. Что уж говорить о каком-то владельце ночного клуба, пары забегаловок и группы второсортных проституток! Благотворительная охрана вряд ли сможет уберечь его шкуру от пули — тем более, что охрана эта заботится прежде всего не о том, как предотвратить роковой выстрел, а о том, как перехватить стрелка. Обыкновенная ловля на живца, на блесну — но ведь мстители — не какие-нибудь глупые рыбы.

— Это полная шизофрения! — воскликнул Гена по прозвищу Крокодил, когда увидел, как у Марикова коттеджа тормозит и рассыпается веером пестрая кавалькада фанов и рокеров. — Яна, выгляни в окошко. К нам пожаловали твои поклонники.

— Я в восторге, — мрачно ответила Яна и в окно выглядывать не стала.

Потом на улице заорал «матюгальник», но к этому похитители подготовились заранее. Они, правда, предполагали, что арестовывать их приедет милиция — но у той тоже есть мегафоны.

Казанова по сигналу предводителя хлопнул по клавишам акустической системы, а Крокодил взял в руки микрофон и заговорил почти весело:

— А теперь, щенки, слушайте меня! Ваша любимая женщина сейчас со мной и к голове ее приставлен заряженный пистолет. А мой друг с автоматом стоит у окна и ждет любого вашего неосторожного движения. Имейте в виду — если начнется стрельба, то первым трупом будет Яна. Поэтому слушайте мой приказ. Все оружие на землю. Иначе мы начинаем стрелять по вооруженным людям. Вы можете открыть ответный огонь, но мишень у вас будет одна — Яна Ружевич. Вам все ясно?

И тут же из динамиков зазвучал голос Яны:

— Ребята, пожалуйста, не делайте глупостей. Положите оружие и уходите. Иначе он убьет и меня, и вас. Это страшный человек.

Фаны вряд ли подчинились бы преступнику, но слова кумира убедили их. Владелец «шмайссера» засунул его обратно в сумку и демонстративно повесил ее на ограду. Другие обладатели оружия — в основном самопалов и переделанных газовых пистолетов — стали класть свои «пушки» на землю.

— Молодцы, — прокомментировал по громкой связи Крокодил.

В это время Казанова выпустил короткую очередь в одно из окон. Кто-то из фанов метнулся обратно к оружию, но Гена остановил его пистолетным выстрелом и резко крикнул в микрофон:

— Спокойно! Без паники.

Потом обернулся к Казанове и спросил:

— Что там?

— Какой-то тип не положил пистолет и целился в меня. Взрослый.

Крокодил опять заговорил в микрофон:

— Повторяю для неграмотных и глухонемых. Оружие положить и не трогать. Отойти на десять шагов… Теперь слушайте дальше. Мы тут засиделись, и нам пора уезжать. Запомните сами и обязательно передайте ментам — пусть никто не пытается нас задержать. Яна будет в машине рядом со мной, а в руке я буду держать гранату с выдернутой чекой. Если меня ранят или, не дай Бог, убьют, получится очень красивый фейерверк, и ваша любимая певица превратится в пар и мелкие ошметки. Для надежности в машине будут еще и пара канистр с бензином. Поймите и прочувствуйте хорошенько — мне терять нечего, а вы можете потерять свою драгоценную Яну запросто.

И опять из динамиков послышался голос Яны, которой все острее хотелось жить и уж во всяком случае не хотелось превратиться в пар от взрыва гранаты и бензиновой вспышки.

— Ребята, умоляю. Не предпринимайте ничего. Пусть они уходят. Я нужна им, как щит, и останусь жива, пока никто не будет им препятствовать. А потом они меня отпустят. Прошу вас — никаких резких движений, никакого геройства.

— Так. Появился мент, — сказал Казанова Крокодилу. — Почему-то один. И еще парень с видеокамерой. Снимает.