Чтение онлайн

— Мой паспорт, — пояснила она. — Если Яна там вы мне его возвращаете. Если нет — я возвращаю деньги.

— А вы не боитесь мести бандитов? — спросил Артем, листая паспорт.

— Ужасно боюсь. Это меня страшно возбуждает. Наверное, я мазохистка.

— Наверное, — не стал спорить Артем. Он поднял трубку телефона и набрал номер. Безбородов оказался дома.

— Седов говорит, — сказал Артем. — Тут ко мне пришел человек, который утверждает, что у него есть информация о месте, где держат Яну. Просит тысячу долларов. Я могу расплатиться вашими деньгами.

— Правдоподобно?

— Пока не знаю. Информатор предлагает в залог паспорт. А в нем — адрес. В случае чего мы сможем вернуть деньги.

— Хорошо. Плати.

— Будет просьба. Пришли своего человека к моему дому. Мне придется оставить тут даму, и я нe хочу осложнений.

— Дама и есть информатор?

— Разумеется.

Артем повесил трубку и сказал Марине:

— Плачу рублями па сегодняшнему курсу. Устраивает?

— Кому звонил?

— Деловому партнеру. Мне нужно отлучиться за деньгами. Будешь ждать меня здесь.

— Надеюсь, ты не пойдешь сдавать меня бандитам? Я пошутила насчет мазохизма.

— Я мог бы сдать тебя в милицию, но не уверен что это хорошая идея.

— Совершенно правильно. Я бы рассказала им, что видела вещий сон про то, как Яна Ружевич испытывает нестерпимые муки в черном замке Люцифера и жалобно стонет под тяжестью оков.

— Только не рассказывай этого мне, когда я вернусь с деньгами…

Когда Артем вернулся с деньгами (наличными скидывались в основном фанаты, и они же были хранителями этих денег — именно поэтому Седов спрашивал разрешение на их использование у Безбородова), Марина вышла ему навстречу из душа. Одеться она не потрудилась.

— Я вижу, ты чувствуешь себя, как дома, — заметил Артем.

— Ты мне понравился, — сказала она, целуя его в губы. — Но это не освобождает тебя от платы за информацию.

Журналист выложил на стол пачки денег и потребовал:

— Говори.

Марина покрутила деньги в руках, попыталась пересчитать, но быстро бросила это занятие, сказав:

— Ладно, поверю. Ее держат на порностудии Марка Киллинга. Это здесь, в городе, или за городом недалеко. Точнее не знаю. Нас возили туда с завязанными глазами.

— Это не стоит таких денег.

— Знаю. Есть люди, которые знают адрес. Двое как минимум. Один — таксист, зовут Эдик. Фамилию не знаю, но знаю номер машины, — она покопалась в сумке и протянула Артему листочек.

— Ты всегда записываешь номера машин? — поинтересовался журналист.

— Бывает полезно, — ответила Марина.

— А почему два номера?

— Две разные машины. У них там какая-то хитрая система, подробностей не знаю.

— Так, а второй?

— Второго зовут Михаил. Он у Марика оператор и правая рука. Сейчас в городе, я видела его три дня назад. Вот телефон.

Она протянула Седову еще один заранее заготовленный листок и спросила:

— Ты удовлетворен?

— Частично.

— Тогда давай трахаться. Будешь удовлетворен полностью.

— Не выйдет, — ответил Артем, берясь за телефон, — Я трахаюсь только с девственницами и женщинами безупречного поведения.

— Я оскорблена, — заявила Марина. — Мне одеться?

— На твое усмотрение. Мне нравятся обнаженные женщины.

Сказав это, Артем стал звонить по телефону. Безбородов ответил сразу же — очевидно, он ждал у аппарата.

— Принимай информацию, — сказал Седов. — Порностудия некоего Марка Киллинга. Очевидно, псевдоним. Адрес можно выяснить у некоего Михаила по телефону 36-31-12 или у таксиста Эдика, который ездит на машине с номером «а 531 ОС» или «а 547 ОС». До твоего подтверждения информатор побудет у меня.

— Ты так уверен? — спросила Марина.

— Совершенно уверен, — сказал Артем, вешая трубку. — Мой человек на улице предупрежден. И от него тебе никуда не деться.

— А если я сейчас закричу: «Насилуют!»?

— Тогда он будет свидетелем и подтвердит, что это ты пыталась меня соблазнить и вообще вела себя аморально.

— А ты всегда ведешь себя морально, да?

— Я всегда веду себя осторожно.

— Ну, и продолжай в том же духе, — сказала Марина и вышла в голом виде на балкон.

— А я разве разрешал тебе компрометировать меня перед соседями? — крикнул Артем ей вдогонку.

Но уездная порнозвезда уже беседовала с кем-то на улице — может быть, с безбородовским наблюдателем, а может, просто с прохожим, и не с одним.

Напевая: «Они любят стриптиз — они получат стриптиз», Артем улегся на диван так, чтобы видеть балкон (хотя вряд ли Марина рискнула бы прыгнуть с четвертого этажа), и стал ждать звонка Безбородова.

Казанову мучили дурные предчувствия. С каждым часом обещанные Крокодилом миллионы казались ему все более мифическими, и он опять ругал себя за то, что поддался уговорам Гены, поддался его таинственной силе, благодаря которой Крокодил умел подчинять себе людей.

Не видать им никаких миллионов, как своих ушей без зеркала! Пора смываться, и чем скорее — тем лучше.

Но чтобы смываться, тоже нужны деньги. А они на исходе. И если отсиживаться в Мариковом особняке, то не будет никаких новых поступлений.

Про выкуп лучше забыть. Пошел третий день с момента предъявления ультиматума — а о выкупе по телевизору ни слова. Седов — последний из тех, кто заявлял о своем намерении найти и заплатить эти деньги — сел со своей затеей в глубокую лужу.

Пусть Крокодил уговаривает себя, что еще не все потеряно. На самом деле потеряно все.