Разум чудовища
Шрифт:
Мэнигем не ответила.
– Тем более, ты сама выбрала меня в партнеры в этой игре, – надавил аналитик. – Ты ведь подавала заявку командованию Военно-Космических Сил. Теперь мы для Дэйва «мама» и «папа». Я думал, ты так решила потому, что испытываешь какую-то симпатию ко мне.
– Симпатии и антипатии тут ни при чем, – улыбнулась Мэнигем, глянув на мужчину. – Джон, разве не понимаешь? После ухода Викорски только мы двое знаем всю историю, от начала до конца. Нет, есть и другие, кто в курсе событий, но они изучали ситуацию по нашим рапортам. А мы прожили ее рядом. Конечно, я выбрала тебя! Кого же еще?
– И дело только в этом? – Хеллард был страшно разочарован.
– А разве есть варианты?
– Вот спасибо! – Джон убрал руку с плеч девушки. – А я-то подумал…
– Зря, – это прозвучало как приговор.
Солнце осторожно потрогало линию горизонта. Длинный красный язык потянулся из пустыни, но не коснулся ног двоих людей, мужчины и женщины, сидевших на пороге забытого всеми дома. Легкий ветер шевельнул кроны деревьев, дотронулся до лиц.
– Ну что ж, – грустно произнес Хеллард. – Давай работать, рыжая…
Он не закончил, подумав о том, что, с точки зрения Карины, выглядел бы ничуть не лучше мальчишек, которые дразнили ее в детстве. Дразнили потому, что были слабее Мэнигем. А Хеллард не считал себя слабым. Он сумел отогнать мысли о Карине как о женщине.
– Давай работать! – уже другим тоном предложил он. – Значит, командование ВКС хочет, чтоб мы с тобой превратились в маму и папу для Дэйва?
– Именно так, – подтвердила Карина. – И это, по-моему, правильный ход. Вспомни, что говорил Викорски. Как он написал в отчете? Человеческую особь нужно вырастить.
Звуки скрипки стихли, Дэйв взял паузу. Хеллард поднялся с места. Слез со ступенек, начал бродить перед крыльцом, взад-вперед. Теперь, когда он отбросил личное, в голове завертелись другие мысли.
– Удивительное дело, – взмахнув ладонью, сказал Джон. – По отдельности, каждый, мы видим грабли. Даже задумываемся: а почему необходимо на них наступать? Но как только собираемся в стаю, всегда находится кто-то более умный. Тот, кто дает команды, указывает путь.
И каждый из людей думает: нет, это не мое дело. Идти против течения?! Бунтовать?! Зачем? Те, наверху – они ведь умнее, правда? Они разберутся, что к чему, они выведут. И мы с потрясающим упорством вновь наступаем на грабли!
Девушка потрогала влажный халат на спине, собрала волосы в хвостик, перебросила его вперед, через плечо. Так она очень напоминала девчонку-школьницу, милую и трогательную. С которой совсем не хотелось ругаться и спорить. Скорее, обнять и прижать к себе, не отпускать.
– Что тебя беспокоит, Хеллард? – спросила Карина. – Да, нам придется некоторое время жить рядом с экспериментальным роботом. А что в этом плохого? Между прочим, пока ничего страшного не произошло. Ну, кроме «Безупречного». Общий счет 2:1 в пользу проекта «Новая Эра». А по человекоподобным роботам – вообще 2:0 в пользу разумных машин.
– Это как? – напрягся Хеллард.
Эксперт чуть прищурил глаза, по-другому разглядывая Карину. Почему она сказала так? Неужели знает, что первый из модифицированных DB-1 не был преступником?!
– Очень просто, – ответила Мэнигем, вновь потянув короткий халатик на колени. – Дэн Викорски, когда подавал заявление об увольнении из «Сигмы», действовал импульсивно. Но его можно понять, в тот момент мы все находились в состоянии шока после смерти Диби. Не знаю, как ты, а я до сих пор чувствую себя виноватой.
Конечно, те две модели вели себя немного странно. Первый DB-1, которому мы не успели дать имя, был молчаливый, замкнутый. Ты его почти не знал, но я-то наблюдала за ним с самого начала, с момента, когда робота выпустили на территорию «Сигмы». Да, молчаливый, замкнутый, но ведь это не преступление, правда? Тысячи людей ведут себя так же. И, кстати, немногие задумываются над своей ролью в истории человечества, над вопросом: могут ли нести угрозу существующей системе. А из тех немногих – считанные единицы вынесли бы себе приговор.
– Так! – Хеллард ожесточенно потер ладонью лоб, чувствуя: ему надо срочно принять «катализатор». Схватил со ступенек бутылку, приложился к ней. Остановился прямо напротив рыжеволосой девушки, пристально глядя ей в глаза. – Так, эксперт Мэнигем! Значит… Значит, если я грамотно анализирую все, что ты сейчас сказала… И делаю отсюда правильные выводы… Да! Кэри! Это точно, без вопросов. Получается, ты знала, что первый модифицированный DB-1 не собирался стрелять в Энди Хортона. Знала, что он лишь провоцировал охранника на выстрел! Скажи честно: так?!
– Знала, – подтвердила Карина и покраснела. Чуть поколебавшись, с вызовом глянула на собеседника. – А что, ты искренне полагаешь, будто, кроме Джона Хелларда, никто не обладает аналитическими способностями?
– Фантастика! – аналитик рассмеялся, плюхнулся на ступени рядом с молодой девчонкой, которую, казалось бы, неплохо знал. Знал, да не совсем. Выходит, командование ВКС не напрасно считало ее экспертом высокого уровня. – Кэри!!! Я здорово удивлен! Ты… Нет, конечно, ты выросла в моих глазах. Как специалист. Но… Но, черт возьми, ты ведь написала в докладе: «Несчастный случай»! Если все знала, тогда почему? Почему?!
Девушка сцепила пальцы в замок, положила на колени. Тряхнула головой, и косичка рассыпалась, превратилась в рыжий ручеек.
– Робот задумывался над своей ролью в системе, в которую попал, – медленно, тщательно подбирая слова, сказала Мэнигем. – Модифицированный DB-1 видел, как живут люди, понимал, что такое проект «Новая Эра». И он, проанализировав все, пришел к выводу, что опасен для человечества. Ведь именно потому DB-1 искал смерти. Хотел уберечь людей от самого себя. Я поняла, конечно. Но как я могла написать это в отчете?! Такой вывод однозначно свидетельствовал бы о вреде проекта «Новая Эра». Понимаешь? А Хортон, вне всякого сомнения, стал бы читать не только твой доклад, и мой тоже. Какими были бы последствия?