Разум чудовища
Шрифт:
– Он же… металлический! Дуга!!! Он замкнул собственным телом клеммы энергомагистрали! Искра! Голубая искра! Боже мой! Разряд прошел через тело Диби!
«Подумаешь, пару гаек на морозе закрутить…»
Карина взяла себя в руки, поднялась, вытирая ладонями глаза. Она не могла не проводить своего питомца в последний путь. Прижалась щекой к иллюминатору, потянулась дрожащими пальцами, словно хотела прикоснуться, да помешало толстое стекло… Оплавленный шар неспешно проплыл мимо молчаливо стоявших у иллюминаторов людей, пропал из поля зрения. И все заговорили, разом. Хеллард не стал слушать того, что пытались объяснить друг другу сотрудники «Зеркала». Их возбужденный гвалт уже не имел никакого значения.
«Зови меня просто Диби…»
– Прости, брат… Прости за все. Спокойных снов… – тихо, едва слышно. Уже поздно по-другому.
Эксперт-аналитик вдруг почувствовал, что ему необходимо выпить.
– Правильно вы тогда сказали, Карина, – вздохнул Даниэль Викорски. – Помните? Вода находит дорогу. Она способна сдвинуть с дороги щепки, обогнуть камень. Накопить силы, чтоб одолеть плотину. Для нее не существует преград, как и для человека…
Трое людей сидели в пассажирском отсеке «Лютика», глядя назад, на тонувший во мраке космоса лабиринт антенн, труб, сеточек энергобатарей.
– Сержант Чкареули, дежурный по кораблю, – совсем недавно представился им вахтенный.
Машинально, словно забыв о том, что пару дней назад встречал этих людей на Земле, когда «десантник» принимал группу экспертов на борт. И так же машинально, на автомате, Чкареули посмотрел за спину Карине Мэнигем. Ждал: произойдет какое-то чудо и там, словно чертик из табакерки, появится шальной робот по имени Диби. Клоун, доставший всех дурацкими шутками.
Не появился.
Чкареули проводил гостей в пассажирский отсек. Молча постоял, будто собираясь что-то сказать, но так и ушел, не собравшись. Троица людей с мрачными лицами знала, о чем думал дежурный по кораблю.
…С базы их тоже провожали молча. Возле переходной камеры сгрудились все, кто был свободен от вахт и дежурств. Военные люди, привыкшие к риску и потерям, – во главе с Войцехом Бонеком и Шоном Парксом.
Нештатные ситуации, призрак смерти – обыденность для тех, кто работает в открытом космосе. Каждый из остававшихся на борту «Зеркала» знал, что одна неприятная история – пусть и благополучно пережитая – не является билетом в бесконечное счастье. Никто не мог угадать: где, в какой день произойдет следующий форс-мажор. Помнили об этом и улетавшие на Землю.
Но все меняет смысл, когда погибает тот, в кого не верили. Кого считали слабейшим звеном, на которое нельзя надеяться. Те, кто остался в живых, вдруг – совершенно неожиданно – почувствовали вину.
Лишь в самом конце Шон Паркс, крепко пожимавший всем руки, не выдержал.
– Простите меня, – сказал он, обращаясь к Карине. – А я ведь… Я готов был… прикончить его… Ненавидел… Виноват.
Начальник группы монтажников хотел еще что-то добавить, но не получилось. Паркс лишь махнул рукой.
«Я тоже его ненавидел», – мог бы ответить Хеллард, да только это уже не имело никакого значения.
Так и расстались.
…Трое экспертов сидели на борту «Лютика», мысленно прощаясь и со станцией, и с роботом, который предотвратил страшную катастрофу. Ушел в небытие, все так же – привычно – отпуская глупые шуточки. До последней минуты не изменил себе, а когда умолк, людям стало чего-то не хватать.
Десантный корабль, восстановленный после аварии, удалился от «Зеркала» на безопасное расстояние и пошел в разгон на двигателях основной группы. Металлическую шкуру отсека, в который угодила неизвестная космическая пуля, заварили. На всякий случай Дэвид Ричардс приказал блокировать и те помещения, которые разгерметизировались во время неприятного инцидента. В этом не было особой необходимости – обшивку восстановили полностью, но командир «Лютика» решил перестраховаться.
– Вода находит дорогу в любом случае, – задумчиво повторил Дэн Викорски. – Она даже камень проточит, если потребуется.
Хеллард вытащил из сумки бутылку виски, расставил на откидном столике маленькие пластиковые стаканчики. Пока корабль шел с небольшим постоянным ускорением – существовала сила тяжести, можно было выпить.
– Тебе наливать? – спросил он Викорски.
Тот утвердительно наклонил голову.
– А тебе? – спросил Хеллард Карину.
И сам удивился, что перешел на «ты». Пережитое будто объединило их с рыжей ведьмой. Мэнигем отрицательно помотала головой, пряча красные глаза.
– Зря, – сказал Джон. – За него стоит выпить…
Викорски и Хеллард подняли стаканчики, опустошили емкости.
– Вода находит дорогу, – в третий раз начал мысль Дэн. – И человек находит, потому что способен мыслить, анализировать.
Викорски поднялся с места, принялся медленно бродить по салону. Корабль по-прежнему шел в режиме небольшого ускорения.
– Получается, модифицированные роботы DB-1 и в самом деле рассуждают, как человек, да? – спросил эксперт – то ли коллег, то ли самого себя.
Остановился, ухватившись за спинку кресла.
– Вот только дает ли это результат, который требовался? Военные сажают роботов на корабль, разгоняют судно до околосветовой скорости. И вот вам, пожалуйста, готова партия человекоподобных особей. Вроде бы взрослые существа, да? Ну, я хотел сказать: мыслящие, как сформировавшиеся люди… Но разве можно создать взрослую человеческую особь? Даже Бог не решается на это! Любой детеныш или звереныш растет медленно: день за днем, месяц за месяцем. По крупицам прибавляется его опыт. Все это время рядом с малышом родители, которые учат, подсказывают. Ребенок накапливает нужные знания постепенно, перерабатывает ошибку за ошибкой. Когда что-то происходит не так, как надо, малыша поддерживают, объясняют, в чем проблема. Это единственный способ загрузить в мозг правильный опыт.
– Ладно, хватит умствовать, – попросил Хеллард. – Давай лучше еще раз выпьем, за Диби. Карина, может ты все-таки с нами?
– Давай, – согласилась девушка.
Они выпили за робота, которого еще недавно считали полоумным. Мэнигем посидела с закрытыми глазами. От спиртного у Карины перехватило дух.
– «Большие звезды» из командования Военно-Космических Сил верили, что в результате эксперимента получились взрослые человеческие особи, – продолжил Даниэль Викорски. – Но, друзья мои, разве способность мыслить заменяет человеку все остальное? Заработанный через шишки опыт? Память о прошлом? Нет!