Обнаров
Шрифт:
– Тебе звонят из театра, из одного, потом из другого. Тебе звонят со студии. Тебе звонят из благотворительных фондов, из приемников-распределителей, из милиции, опять со студии, опять из театра… Как можно все это выдержать? – недоумевала она.
– Нужно.
Он улыбнулся, обнял ее за талию.
– Костя, нет! Ты испортишь мои часовые хлопоты. Будь благоразумным.
– Легко сказать…
Он разжал объятия, и Тая ловко из них упорхнула.
За завтраком Обнаров был молчалив и серьезен.
– Костя, ты хмуришься. Тебе не нравится еда? Невкусно? – беспокоилась она.
Он не ответил. Отложив вилку и нож, он теперь внимательно смотрел на нее, думая о чем-то своем.
– Как ты себе нашу свадьбу представляешь? – вдруг спросил он.
– Я думала, тебе завтрак не нравится.
– Спасибо. Все очень вкусно. Ответь.
Тая смутилась, пожала плечами.
– Я не думала об этом.
– Но как-то ты представляла себе это. Девчонки, наверное, любят фантазировать на эту тему. Ну, не знаю… Там… платье красивое, лимузины, кареты, яхта…
– Может быть… – она коснулась его руки. – У меня все проще. Есть ты и я. А в ЗАГС – хоть в джинсах.
– Ты готова пойти в ЗАГС в джинсах?! – он не скрывал изумления.
– Да.
– Одевайся! По дороге купим кольца, распишемся. Думаю, моя командировка в Лондон и мое имя будут теми особыми обстоятельствами, с учетом которых нас распишут сразу. Ты будешь моей женой.
– Девушка, то кольцо, с бриллиантами, покажите, пожалуйста, – попросил Обнаров.
Продавец подошла к витрине, склонилась, уточняя, что именно хочет посмотреть покупатель, потом смерила критическим взглядом молодую пару в простеньких толстовках и потертых джинсах, но к сейфу-витрине так и не прикоснулась.
– Это очень дорогое кольцо. Двенадцать тысяч евро, – безразлично констатировала она. – Вы зашли в элитный ювелирный магазин «У Тиффани». Вам вниз по улице два квартала.
– У вас профессионально отточенное хамство. Вам никогда не приходило в голову, что люди с деньгами одеваются просто? – с холодной улыбкой осведомился Обнаров.
Он снял темные очки и бросил их на отполированную до блеска витрину. Его взгляд был тяжелым и пристальным, глаза грозно сверкали острым стальным блеском.
– Ой! Это вы?! – продавщица сдавленно охнула, тут же схватила ключи и принялась отпирать витрину. – Простите, простите… – путаясь в ключах, повторяла она. – Сейчас все покажу. Извините…
– Добрый день, господин Обнаров. Мы рады вас видеть, – с легким поклоном приветствовал Обнарова управляющий менеджер. – Чем могу помочь вам и вашей очаровательной спутнице?
– Благодарю вас. Кажется, мы уже вышли из конфликтной ситуации. И все же… – Обнаров улыбнулся, наблюдая, как вся покрасневшая от волнения и смущения продавщица штурмует последний замок. – Помогите, пожалуйста, вашей сотруднице. Мы не располагаем достаточным количеством времени, чтобы ждать.
Управляющий забрал из женских суетливых рук ключи и отпер витрину. Поставив перед Обнаровым и Таей заветную вещицу, он с довольной улыбкой произнес:
– Отменный выбор!
Обнаров взял кольцо и надел Тае на безымянный палец левой руки.
– Мне нравится, – констатировал он.
– Костя, я не смогу его носить.
– Почему?
– Представь, как я поеду с ним в метро? Как я на лекцию приду? Это же звезда с неба!
– Будем выходить куда-нибудь – наденешь.
– Я хочу обычное, скромное обручальное кольцо. Понимаешь? Чтобы носить каждый день.
– Купим. Проблема-то какая! Ты же примеряешь не обручальное кольцо, это кольцо – подарок. Событие нужно как-то обозначить?
– Подарок?! – Тая растерянно смотрела то на Обнарова, то на кольцо. – Спасибо…
– Идем смотреть обручальные кольца.
В выборе колец они разошлись.
– Мне нравятся вот эти. Обычные. Гладкие, – говорила Тая. – Моя бабушка говорила, что обручальное кольцо должно быть гладким, тогда и вся жизнь будет гладкой.
Обнаров улыбнулся такому доводу.
– Твоя бабушка, очевидно, была мудрой женщиной, но мне больше нравятся вот эти. Смотри, современный дизайн, прямоугольная огранка, красивый орнамент, точечки-бриллианты. По-моему, замечательно!
– Если ты будешь носить это кольцо, Костя, тебе надоест навязчивый блеск его бриллиантов, один и тот же узор покажется скучным. Костя, это же на всю жизнь!
– Что же делать? – он склонился над витриной. – Что же делать? – озадаченно повторил он. – Вот. Смотри! Компромиссный вариант. Абсолютно гладкая поверхность, три малюсеньких бриллиантика по диагонали. Как тебе?
– Опять бриллианты? Нет!
– Ты не понимаешь. Их три. Это символично. Семья. Ты, я, ребенок или дети. Это уж как Бог решит.
– Я согласна!
Регистрация брака заняла не более десяти минут, и то основную часть этого времени хмурая сотрудница ЗАГСа выписывала свидетельство о браке, делала записи в толстых книгах и оформляла штампы в паспортах. Так что, стоя на ступеньках крыльца почтенного заведения и держа в руках свидетельство о заключении брака, оба не могли поверить, что событие свершилось.
– Тошная церемония… – поежившись то ли от внезапного порыва ветра, то ли от оставшихся впечатлений, произнес Обнаров – Жена, счастья-то больше ст'aло?
– Стало, – улыбнулась она.
– Слава богу!
Очередной яростный порыв ветра осыпал их крупными каплями ледяного осеннего дождя.
– Скорее в машину! – крикнул Обнаров.
– Я не хочу! – восторженно раскинув руки в стороны, подставив лицо дождю и ветру, сказала Тая. – Мир прекрасен! Не хмурься, милый. Разве ты не видишь солнца и голубого неба за этими низкими серыми тучами?! Разве не чувствуешь запаха радуги за серой пеленой дождя?! Разве не чувствуешь, как жизнь наполняется смыслом, как по каждой жилочке струится радость?!. Лей, дождь! Рвись, ветер! Хмурьтесь, небеса! Ничто не потревожит наше счастье!!!