Чтение онлайн

Тётя и дядя Джона ушли вскоре после Ревика, но не раньше, чем дядя Джеймс пожал ему руку, а тётя Кэрол стиснула его в ещё одном крепком медвежьем объятии.

Джон поговорил и с Фрэнки, а также с Анжелиной, Сасквочем, несколькими друзьями Элли из художественной школы и их кузенами Карой, Мишель и Марко.

Он даже попытался приблизиться к Джейдену во второй раз, но не добился от него ничего, кроме нескольких сердитых взглядов и бурчания. Джейден скрылся вскоре после того, как это сделали Элли и Ревик, а прежде погрузился в угрюмое молчание, сидя на стуле в углу комнаты и пристально глядя на Элли.

Джон не читал его, чтобы подтвердить это, но у него было отчётливое впечатление, что Джейден воспринимал Элли как одурманенную наркотиками и каким-то образом находящуюся под контролем Ревика, возможно, даже с промытыми мозгами.

Джон не заметил, чтобы Тина околачивалась в какой-нибудь из группировок, возникших после их приезда. Тина, подружка Джейдена — по крайней мере, насколько Джон знал, она была подружкой Джейдена — явно отсутствовала с тех пор, как они приехали в отель.

Джон не хотел слишком глубоко копаться в этой ситуации, но он не мог не задаться вопросом. Если Джейден снова западёт на Элли, это только вызовет проблемы у всех вокруг.

Ну, при условии, что это не приведёт к его мгновенной гибели.

Учитывая, насколько чувствительным в отношении Элли сейчас казался Ревик — даже более чувствительным, чем в прошлый раз, когда они были здесь (что говорило о многом, на самом деле) — Джону не нравились шансы Джейдена, если тот попытается преследовать Элли в ближайшее время.

При этом Джон знал, что Ревик смущён тем, как он потерял самообладание в присутствии тёти Кэрол и дяди Джеймса. Джон подозревал, что на самом деле он сгорал со стыда, и не только потому, что они оба выглядели довольно потрясёнными, когда он схватил Джейдена за горло.

— Брат?

Джон обернулся, понимая, что снова позволил своим мыслям и взгляду блуждать. Покраснев во второй раз, он засунул руки поглубже в карманы, прочищая горло.

— Извини, — сказал он. — Я просто подумал, что не уверен, стоит ли мне уходить.

— Почему?

Джон пожал плечами, но всё ещё не мог выдержать этот мрачный взгляд.

— Ну, ты знаешь, — он неуверенно обвёл рукой комнату. — Вся эта история с «командиром».

Врег опустил руки на бёдра, стиснув их с чуть большей силой, чем обычно.

Какое-то время он смотрел на Джона, словно размышляя.

Он смотрел достаточно долго, чтобы Джон переступил с ноги на ногу и позволил своим глазам ещё раз осмотреть лица в комнате. Большинство видящих быстро отворачивалось, встретив его взгляд, и Джон поймал себя на мысли, что все они знают, что Врег стоит рядом с ним, даже если они не смотрят прямо на татуированное лицо или тело видящего.

Отрывисто выдохнув, Врег провёл рукой по своим чёрным волосам, которые уже не были убраны заколкой. Он оглядел Джона с ног до головы, не скрывая пронизывающего взгляда.

— Ты не хочешь со мной разговаривать, — это не было вопросом.

— Дело не в этом.

— Тогда в чём?

— Я же говорил тебе, что… — начал Джон, смутившись.

— Ладно, — Врег поднял руку в успокаивающем жесте, но в глазах его, несмотря на ровный голос, читалось лёгкое нетерпение. — Я понимаю. Но они могут обойтись без тебя, Джон. Я повременил, пока ты побеседуешь с Данте и остальными. И это действительно не может ждать.

— Что не может подождать? — настороженно спросил Джон.

В тишине, которую вызвал его вопрос, Джон поднял взгляд во второй раз. Его глаза встретились с тёмными, похожими на обсидиан радужками, и на этот раз Джон понял, что не может отвернуться. Заметив, что на лице у Врега появилось более жёсткое выражение, Джон сглотнул, прерывая пристальный взгляд.

— Прости, — пробормотал он.

Тихонько щёлкнув, он выдохнул и провёл рукой по волосам. Впервые ему пришло в голову то, как отросли его пряди. Они были не очень длинными, но значительно выросли за те месяцы, что прошли с тех пор, как он стриг их в последний раз в Нью-Йорке. Они определённо отросли сильнее, чем он заметил, и начали курчавиться вокруг ушей и на затылке.

Ему и в голову не приходило смущаться по этому поводу.

Во всяком случае, до сих пор.

— Ладно, — сказал он, заставляя себя снова посмотреть на Врега. — Где?

Врег только повернулся, жестом приглашая Джона следовать за ним.

Джон почувствовал, как напряглись его мышцы, когда он сделал то, о чём просил видящий.

Боль уже боролась и натягивала его кожу в какой-то части aleimi, особенно в области груди. Там жило нежелание, достаточно сильное, чтобы он знал, что Врег, вероятно, его чувствует. Как и Балидор — чёрт, даже больше, чем Балидор, — Врег улавливал больше, чем показывал. Это было особенно верно в такие моменты, как сейчас, когда его собственный свет был запечатан крепче, чем склеп.

Джон также почувствовал страх в своём свете, возможно, даже более сильный, чем нежелание.

Что бы ни собирался сказать ему Врег, Джон уже знал, что он, скорее всего, не захочет этого слышать. Хуже того, он не сможет справиться с этим, во всяком случае, не сегодня, когда он уже чувствовал, что его сердце было разорвано и выставлено на обозрение всей конструкции, даже если они были нежны с ним, вероятно, больше, чем он заслуживал.

Врег пока что ещё ничего ему не сказал, но это начинало походить на любую другую прелюдию к разговору Джона с одним из его любовников, который начинался фразой «Нам надо поговорить».

Он лишь мельком заметил, куда на самом деле повёл его Врег.

Татуированный видящий, казалось, знал, куда идёт.

Он без колебаний провёл Джона по устланному ковром коридору, а затем в вестибюль бизнес-офисов на сорок третьем этаже, где проходила импровизированная встреча — вероятно, потому, что у них были самые большие конференц-залы и кухня.

Оставшиеся работники бизнесов, арендовавших это помещение до начала карантина, к тому времени уже влились в свой импровизированный лагерь беженцев. Судя по тому, что Джон мог сказать, границы между различными группами за месяцы, прошедшие после цунами, размылись ещё больше, чем после самого карантина.