Чтение онлайн

Это была полнейшая ахинея, но поскольку пассажиры не узнают о передвижке, пока не окажутся на борту, что произойдет только через сорок восемь часов, такая отговорка сработает. А если и нет… неважно. Если у умирающего и имеются какие-то преимущества, так это полная безнаказанность. Ларкин и прежде редко подчинялся тем правилам, которые считал для себя неподходящими, а теперь обрел абсолютную свободу, потому что больше ничего не имело значения.

Он снова взглянул на список пассажиров. Среди тех, кто забронировал каюты на его палубе, преобладали супружеские пары – молодые и старые, хотя преимущественно постарше, так как именно у них, как правило, больше денег – однако, одна «пара» отличалась от остальных: Сидни Хэзлетт и Дженнер Редвайн. Сидни была дочерью Майкла Хэзлетта, который первоначально заказал каюту для себя, но потом ему пришлось отлучиться по делам, и в качестве семейного представителя он отправил дочь. Редвайн – выскочка из низов, которая выиграла в лотерею и теперь околачивалась на задворках светского общества Палм-Бич, пытаясь в него вписаться. Эти две вертихвостки были лучшими подругами и хорошо известны. Вряд ли от них исходит даже тень угрозы.

– Помести Хэзлетт и Редвайн в люкс «Королева Анна», – приказал Ларкин. – И… Альберта и Джинджер Уиннингхэм в «Нептун».

На большинстве лайнеров люксы довольствовались номерами, но только не на «Серебряном тумане». Да, на нижних палубах сьюты были просто пронумерованы, однако на самой верхней каждая из кают имела какое-нибудь претенциозное название, что должно было подчеркнуть их особый статус. Два упомянутых люкса примыкали с обеих сторон к апартаментам Ларкина.

Альберту Уиннингхэму было восемьдесят четыре, и он почти ничего не слышал. Его жена Джинджер страдала артритом и носила очки со стеклами толщиной с донышко бутылки кока-колы. Будь Ларкин в подходящем настроении, он бы рассмеялся. Втиснувшись между двумя пустоголовыми идиотками и мистером Глухим с миссис Слепой, он окажется в полной безопасности.

Дин сделал пометки относительно размещения. Он, конечно, лично проконтролирует, что изменения внесены

– Что-нибудь еще, сэр?

– Судно прочесали на наличие «жучков»?

– Дважды.

Что-то в подчеркнуто непроницаемом лице Дина подсказало Ларкину, что он, вероятно, уже задавал этот вопрос раньше. Фрэнк потер лоб.

– Предосторожность не может быть чрезмерной, – пробормотал он. – Ты уверен, что весь экипаж тщательно проверен?

– Все пятьсот двадцать человек прошли сверку анкет и дважды были опрошены Такером, Джонсоном или мной.

Очень некстати, что лайнеру требовалась настолько многочисленная команда, однако непомерная стоимость круиза предполагала безупречное обслуживание, а значит, членов экипажа должно быть достаточно, чтобы в любой момент справиться с любым возможным затруднением. Даже при самой всесторонней проверке биографических данных, глупо полагаться на сведения, по большей части найденные в интернете. Ларкину представлялось, что никакая проверка не будет исчерпывающей и достоверной. Он это знал, потому что сам не раз подтасовывал информацию в сети.

Дин был доволен набранной командой, а значит, предполагалось, что и Ларкин должен быть удовлетворен. Если что-то пойдет не так… ну, Дина всегда можно списать как расходный материал. Кого угодно можно списать.

* * * * *

– У НАС ПРОБЛЕМА, – выпалила Тиффани. – Сегодня утром Санчес проверил список пассажиров. Люксы перераспределены. Райан и Фэйт теперь уже не соседствуют с Ларкиным.

Прижимая к уху сотовый телефон, Кэйл сел на кровати.

– Чертов параноик, – пробормотал он, включая лампу, и лужица приятного неяркого света разлилась по полу. – А кто теперь в этих двух люксах?

– Пожилую пару, Альберта и Джинджер Уиннингхэм, поместили в «Нептун». Эта каюта предназначалась Райану и Фэйт, расположена она идеально. Люкс «Королева Анна», примыкающий к апартаментам Ларкина с другой стороны, предназначен для Сидни Хэзлетт и Дженнер Редвайн. Из-за планировки кают с ним возникает больше проблем, но они разрешимы.

Кэйл пересек комнату, вывел свой компьютер из спящего режима, вытащил на экран план апартаментов, о которых шла речь. У него имелись только «Платиновый» люкс распорядителя круиза, в котором расположился Ларкин, и «Нептун». Гостиные этих двух номеров примыкали одна к другой.

– У меня нет «Королевы Анны», – сказал Кэйл. – Можешь кинуть схему?

– Лови.

Он услышал в трубке легкий стрекот клавиатуры, а затем мелодичный сигнал компьютера известил, что поступило сообщение. Щелкнув мышкой, Кэйл открыл PDF-файл, содержащий план обсуждаемой палубы.

– Понимаю, что ты имеешь в виду.

Общая стена находилась между двумя спальнями. Это не представляло проблемы со стороны «Королевы Анны». Расположись они там, назначение комнат не имело бы значения, однако вероятность получить полезную информацию от оптоволоконного наблюдения намного выше, если установить аппаратуру именно в гостиной «Платинового» люкса, а не в спальне. И все же Тиффани права – проблема разрешима. Не легко, но разрешима. Теперь потребуется проникнуть в апартаменты Ларкина, а не просто просунуть провода в крошечные отверстия в стене между номерами. Риск операции стократ возрос.

Мысли Кэйла помчались дальше. Ларкин и раньше подозревал всех и вся, но в последнее время его паранойя достигла запредельных высот. Так что предпринятой им рокировочке удивляться не приходится. Жаль только, что Кэйл не предусмотрел такую возможность заранее и не разработал резервный план. Он ненавидел пускаться в импровизации, потому что вероятность осечки при этом сильно увеличивалась.

– Пассажиров люксов еще раз переместить нельзя, – произнес он, размышляя вслух. – Ларкин отвел им эти каюты намеренно, и, если Санчес кого-то из них попробует переселить, для Ларкина это станет сигналом тревоги.

План обретал очертания. Напрашивалось заменить кем-то из людей Кэйла кого-нибудь из обитателей «Королевы Анны» или «Нептуна».

– Божьи одуванчики слишком хорошо известны. Все, что с ними связано, привлечет много внимания, и к тому же, наверное, состояние здоровья стариков оставляет желать лучшего.

Тиффани была достаточно проницательной, чтобы догадаться, что мысли Кэйла вертятся вокруг пассажиров, которые согласно последней дислокации должны разместиться в интересующих его люксах.

– Как насчет парочки парней с другой стороны?

Геи, очевидно, а значит, от Тиффани не будет особой пользы. Сам Кэйл привык партнерствовать с Тиффани – профессионально, а не в личной сфере, – но на главную роль в этой работе, пожалуй, следует выдвинуть Мэтта. Вариант, однако, сомнительный. Мэтт чертовски хорош во всем, за что берется, но его актерских способностей вряд ли хватит, чтобы убедительно изобразить гомосексуалиста. Кроме того, Мэтт уже устроен в экипаж и превращение его в пассажира однозначно станет красным сигналом. Нет, придется расхлебывать кашу самому.