Чтение онлайн

Над головой раскинулось мерзлое зимнее небо, под крыльями извивались улочки Илибурга, заключенные в кольцо Стены. Лирой, приток величавой Отолуры, металлической лентой разрезал столицу на две половины, и то тут, то там его пересекали заклёпки мостов. Мангон быстрее замахал крыльями, и город остался позади, сменившись предместьями, а потом пустыми полями, укрытыми снежным платком. Ветер бил в морду, обтекал закованное в чешую тело, и не было для дракона ни границ, ни оков, только бесконечная свобода. Мангон мотнул головой налево, дал Татане несколько секунд приготовиться и затем повернул. Ветер врезался в кожистые перепонки крыльев, и пришлось махать ими, чтобы сохранить равновесие. Внизу показалась Отолура, несущая свинцовые воды на юг, в Оллорское море. Пологий берег постепенно вырастал над рекой, образовывая обрыв, и чуть выше по течению возносился в небо Серый Кардинал. Сердце у Мангона замерло, словно он увидел потерянную невесту, отданную другому. Величественный замок, который еще его дед отвоевал у Старого Королевства, напоминал каменную иглу посреди снежного поля. Его опоясывали две стены и ров, мост через который был поднят. Удивительное дело, но к замку вели утоптанные дороги, а из труб кухни поднимался дым.

Мангон почувствовал, что Татана хлопает его по шее, привлекая внимание. Скосил взгляд и увидел, что она припала к шее и вытянула руку вперед, показывая на замок. Хочет спуститься? Мангон отрицательно помотал головой. Тогда Татана хлопнула его сильнее и дальше вытянула руку.

— Там оборотни, — проговорил дракон, и слова в его пасти смешивались в кашу.

— Ну и что! Пошли в гости!

Наверное, она содрала горло, пытаясь до него докричаться. Она хотела в гости к оборотням в замок, где чуть не погибла? Что за странная прихоть! Но идея эта уже проникла в его мысли, и он скорее искал доводы за, нежели хотел отказаться. Мангон в раздумьях сделал круг над замком и тут увидел, что на площадку донжона высыпали люди. Один, высокий и широкоплечий, одетый в лохматую коричневую шубу, принялся махать ему рукой. Вук. Что ж, раз сам вожак оборотней зовёт его, значит, так тому и быть.

Мангон целых пять лет не приземлялся на Южную башню. Опустить лапы на её камни было очень приятно, но чувства, что он вернулся домой, не возникло. Стоило ли возвращаться? Но времени подумать ему не дали: к ним тут бросились оборотни. Татана легко соскользнула со спины и тут же встала в боевую стойку, пытаясь оценить обстановку. Три оборотня справа, два слева, посередине сам вожак, огромный, как скала в шубе, заросший бородой, в которой блестели белые зубы. Пожалуй, она может пока отвлечь тех, что слева, а Адриан справится с остальными.

— Ты посмотри, кто к нам прилетел, — пробасил Вук. — Драконий человечек!

И не успела Таня ни удивиться, ни даже ойкнуть, как угодила в крепкие медвежьи объятия. Она сдавленно закряхтела, когда её окутал густой запах влажной шерсти.

— Мангон, давай, сворачивайся обратно в человека. Не с руки мне тебе наверх что-то кричать.

— Так я буду голым, — дракон опустил шипастую голову ближе к людям и казалось, что он нагло ухмыляется.

— Кому тут интересно твоё тощее туловище? — хохотнул Вук, потирая себя по плотному животу. Он был не полным, этот вожак оборотней, но широким и плотным, воплощение достатка и сытости. — Тем более ты в подштанниках, — добавил он и рассмеялся, и прочие оборотни захохотали вместе с ним. В отличие от драконов, они не носили дретового белья и после обращения оставались абсолютно обнажёнными, поэтому с насмешливым снисхождением относились к “респектабельным” драконам.

Мангон шагнул вперёд и стал уменьшаться. Металлическая лапа отвалилась и упала на камни башни. Адриан обернулся быстро, и вот уже стоял перед оборотнями прямой и собранный, словно был он при полном параде, а не полуголым под зимним небом. Культя беспомощно висела, рубец чуть ниже локтя был темнее кожи, почти черным, и выглядел жутко.

— Знатно тебя Кейбл пожевал, — протянул Вук.

— Он поплатился за это жизнью, — ответил Адриан с излишним пафосом. Даром что он старался вести себя достойно на грани высокомерия, но чувствовал себя уязвимым и униженным. Полуобнаженный, с выставленной напоказ культёй, в башне замка, который захватили его недруги, он должен был сохранять лицо и спокойный голос, хотя хотелось рвать и метать. Хуже всего, что на него смотрела Татана, и он старался не поворачиваться в её сторону, чтобы не увидеть вдруг жалости или омерзения. Адриан бы с удовольствием остался драконом и разгромил там всё к Бурунду, но ему приходилось быть умнее. Снова.

— Пошли вниз, покажу тебе твой замок, — дружелюбно предложил Вук. — Ты подзадержался, мы ждали тебя куда как раньше. Но пять лет, — он покачал головой. — Неужели клал ты кучу на своё родовое гнездо.

— Не в этом дело, — отозвался Адриан, не глядя на оборотня. Ступени Южной башни неприятно холодили ноги.

— А-а, боишься, что мы тут всё испортили? Думаешь, где едим там и гадим? — Вук говорил вроде весело, но было ясно, что он уязвлён. Один-один, подумал Адриан. — Ну так давай посмотрим, великий дракон, что стало с твоим брошенным замком.

Вокруг замка сгущались ранние зимние сумерки. Молодой оборотень в тулупе нараспашку ходил и зажигал масляные фонари, и от расползались теплые желтые пятна. Адриан в сопровождении Татаны вышел из Южной башни. Ему уже накинули на плечи плащ, кто-то тащил сапоги и брюки. Мангон едва ли обратил на такие мелочи внимание. Он прикрыл глаза, втянул воздух, наполнив лёгкие запахами любимого замка. Но нет, он пах теперь иначе, остро и почти неприятно: деревом, огнем и собачьей шерсти. Исчез аромат холодного камня и железа, так милого сердцу Адриана, и он испытал безотчетную тоску.

Галерея по правую руку была забита деревянными щитами.

— Это мы защищаем её от мороза. Под слоем копоти сохранились фрески Вашона и Сен-Жана. Моя дочь в восторге от этих хлыщей-художников и уже несколько лет ползает по всему замку, восстанавливает их работы. Не скажу, что я в рад этому. С большим удовольствием я бы видел её замужем, но в семье не без художника, — Вук коротко рассмеялся, довольный своей шуткой.

— Вы восстанавливаете галерею? — Адриан и не пытался скрыть удивление.

— И галерею, и много чего ещё. Конечно, требуются большие деньги, и у нас их нет. Живём мы в главном здании, в основном на первом этаже. Из остальных комнат мы сохранили, что смогли, и закрыли их до доброго случая. Заглянешь в замок?

Татана шла бок о бок с Адрианом. Она вертела головой, как заведенная кукла, но не проронила ни слова. Мангон допускал, что она помнит свою первую встречу с Вуком и всё ещё робеет перед ним. А может, погружается с головой в воспоминания, связанные с замком. Они и его осаждали, холодными пальцами сжимали сердце и туманили голову, но Адриан старательно гнал призраков прошлого прочь.

От вида главного холла перехватило дыхание. Воспоминания накинулись с новой силой, замелькали перед глазами картины ушедших дней, но невозможно было не заметить, как всё вокруг изменилось. Не было больше огромной хрустальной люстры — она упала и разбилась во время пожара. Не было лестницы из чёрного дерева. Была новая, из дуба и с резными перилами, работа мастерская и почти изящная, но всё же… Всё же. Сгорели и чудесные изумрудно-зелёные ковры, которые старый Мангон заказывал в Ажхаде, и нечем их было заменить.