Чтение онлайн

Это было большое озеро, мелкое и чистое, и по белесым берегам его не могло существовать ничего живого. Денри спустился ниже, и по поверхности воды пошла мелкая рябь. Посреди природного зеркала отражалось безжалостное солнце. А дальше было еще и еще одно — целая цепочка озер. Посреди некоторых поднимались пологие соляные острова, поверхность других разрезали белесые cоляные косы. Вода, она была совсем рядом — протяни руку, коснись. Настоящее сокровище посреди пустыни, обманчивое, коварное. Мертвое. Эти озера были солеными настолько, что вокруг них не росло даже захудалой травинки, только песок, песок и водные зеркала, в которые смотрелось пронзительное небо.

Денри сделал еще круг, позволяя вдоволь налюбоваться пустынными пейзажами, но восхищение вскоре сменилось жутким предчувствием, я Таня легко потрепала друга по закованной в чешую шее:

— Полетели дальше.

И дракон сильнее заработал крыльями, рванул вперед, оставляя мертвые глаза пустыни позади.

Равнодушное солнце скатилось к горизонту, когда Таня увидела первые города. Небольшие поселения, состоявшие из невысоких глиняных домов, огороженных каменными изгородями. Они выглядели заброшенными, но такими отнюдь не были. Здесь уже была пресная вода, потому что во дворах росли редкие, но вполне себе зеленые деревья, и можно было даже разглядеть колодцы и маленькие огороды. Денри постарался подняться повыше в небо.

— Не нужно зря пугать людей, — пояснил он.

Денри был прав: люди, которым все-таки удавалось заметить в воздухе чудовище, выбегали на улицу, звали соседей и показывали в небо пальцем. Дети что-то громко кричали, и Тане становилось не по себе. А спустя еще полчаса, когда закатные лучи залили унылую землю тревожным красным светом, путникам показался сам дворец султана. Он вырастал на горизонте, словно мираж, словно карамельный домик, вылитый в причудливых формах умелым кондитером. Купола горели золотом, башни пестрели яркими узорами, а за стеной, которая вполне могла сойти за крепостную, еле заметно качали кудрявыми головами беспечно зеленые деревья. Но не вид султанского дворца заставил Таню протяжно охнуть, а то, что происходило за его стенами.

Под крыльями дракона простирались трущобы. Они состояли из сотен тысяч домишек, сколоченных изо всего, что попадалось под руку находчивым хозяевам. Деревянные коробки соседствовали с глинобитными домиками, а к ним приваливался боком косой металлический ящик, в котором тоже кто-то жил. С первого взгляда трущобы казались хаотичными, будто малыш рассыпал по сухой земле детальки конструктора, но приглядевшись, Таня поняла, что здесь есть своеобразные улицы и даже районы. В какой-то момент она оглянулась и не увидела конца трущобам: ряды убогих домишек тянулись до самого горизонта и ныряли за него, и среди них почти не было садов или деревьев, только серые, коричневые, желтые постройки и темные полосы дорог между ними.

— Неужели люди тут живут? — спросила Таня у Денри, но тот не ответил. — Это же невозможно. Посмотри, тут на километры вокруг ни живого дерева, ни пруда с водой. Нет, человек не сможет выжить в таких условиях.

Денри мотнул головой, давая понять, что сейчас остановится, повиснет в воздухе. Таня прильнула всем телом к нему, прижалась животом к теплой чешуе.

— Я видел место, где нас должны ждать люди Бахрама. Но из-за этих проклятых домов я не смогу там сесть. С другой стороны, подумаешь, раздавлю парочку…

— Даже не смей! — воскликнула Таня.

— Да ты посмотри, эти дома и так сделаны из палок и навоза. Еще найдут. А нам лететь обратно и топать до места пешком. Это не вариант, Менив.

— А вдруг там люди? Нет, Денри, нет! — она закричала, когда дракон наклонился вперед, готовый снижаться.

— Ну что ты хочешь от меня?

— Пойдем пешком!

— Мы рискуем остаться ночью на улице. Это опасно.

— Не останемся. Побежим, если надо. Денри, пожалуйста! Посмотри, им и так плохо живется.

— Может, милосерднее их всех сжечь? — предложил Денри, за что получил шлепок по шее, который и различил-то больше по звуку, чем по ощущениям.

— Нет!

— Ладно, твоя взяла, — дракон сделал неширокий круг над тонущими в сумерках трущобами и полетел назад, выискивая место, где он смог бы приземлиться.

Хлопанье широких кожистых крыльев нарушило тишину теплого вечера. На небольшой пятачок среди убогих хижин спускался дракон, большой, огненно-красный, и на спине его сидела перепуганная девчонка. Место, на которое он приземлился, было покрыто пеплом и завалено закопченными листами металла и обугленными деревяшками. Здесь был пожар, и новые домишки уже обступили пожарище, взяли его в круг, угрожая вот-вот проглотить полностью, но дракон смог сесть, подставил крыло, по которому съехала девица, а сам обратился в молодого мужчину. Местные жители, которые с криками разбежались по домам, стоило только завидеть в закатном небе силуэт дракона, медленно выползали из своих убежищ, разглядывали гостей, переговаривались.

Все тело ныло. Таня то и дело стонала, разминая затекшие ноги и спину. Она внимательно смотрела по сторонам и первой заметила движение на улицах трущоб. Денри скакал рядом на одной ноге, пытаясь натянуть штаны и не испачкать их пеплом, который покрывал землю.

— Денри, тут люди.

— Дереву ясно, что люди. Думаешь, это все муравьи построили? — он пыхтел, на весу натягивая сапог из мягкой кожи.

— Они смотрят на нас.

— Довольно разумно с их стороны, — Денри надел рубашку из плотной ткани, неспешно застегнул пуговицы. Ропот вокруг становился громче, к нему прибавились и другие звуки: стук, и лязг, и шарканье, и даже лай какой-то несчастной собаки. В прощальных лучах солнца Таня смогла рассмотреть лица людей, и ее сердце замерло от жалости и отвращения. Они были худыми. Ужасно худыми, замотанными в тряпки, некогда яркие, а теперь пыльные и выцветшие. Со смуглых лиц на нее смотрели блестящие черные глаза, и от этих взглядов становилось совсем невыносимо.

— Денри, ты готов? Давай уйдем, Денри, — не отводя взгляда от жителей трущоб, Таня попыталась нашарить ее руку, и когда горячие пальцы друга сжали ее ладонь, она облегченно выдохнула.

— Зато никого не раздавили, правда, Менив? — проговорил ей прямо на ухо Денри, даже не стараясь скрыть сарказма. Таня промолчала. Она не позволила бы убивать людей, даже таких отчаявшихся.

Южная ночь наступила внезапно, обрушилась на Ажхаду, накрыла темным платком её уродства, спрятала до бессердечного утра. Во дворце зажглись огни, и он засиял в ночи, как огромный факел, в то время как трущобы погрузились в непроглядную темноту. Денри крепко сжимал Танину руку и тащил ее через трущобы, тяжело ступая по вытоптанной земле. Таня же крутила головой, замечала, как люди распахивали занавески, которые заменяли им двери, отодвигали кусок дерева или металла, выглядывали, блестели в темноте белками глаз. Выходили на улицы, обнимались, молча провожали взглядами. Некоторые увязывались следом и тихо ступали позади, словно призраки. Таня была бы готова встретиться с агрессией, спасаться с Денри от опасности, прикрыть ему спину в драке, но увиденное выбило всю ее храбрость. Таня не была готова столкнуться со столь отчаянной, беспросветной нищетой, и с этими черными глазами, и с их вопрошающими взглядами. Поэтому она еле шла, и сердце ее заходилось от сочувствия.

А потом кто-то схватил ее за сумку. Неизменный планшет висел у Тани на боку, и лямку она привычно перекинула через плечо, именно поэтому невидимым рукам не удалось сразу сорвать сумку. Рывок был такой силы, какой невозможно было ожидать от измученного голодом жителя трущоб. Таня вскрикнула, подалась назад. Влажные пальцы легко выскользнули из ладони Денри.

— Менив! — воскликнул он. И в следующее мгновение толпа призраков, что уже минут десять шла за ними по пятам, всколыхнулась, нахлынула на незваных гостей и отрезала их друг от друга.