Чтение онлайн

Что отличает местных лекарей, так это поразительная внешняя сдержанность: ни одной лицевой мышцей, ни одним жестом или словом не выдадут свои чувства пациенту, только доброжелательность и спокойствие. Дин Сяо не отказала наложнице, даже осмотр за ширмой провела, насоветовала всякого и удалилась. А я двинулась за ней.

Женщина до самых ворот молчала…Потом огляделась и прошептала:

— Барышня…Я, вообще-то,…не имею права…Но…это…неправильно…

— Уважаемая Дин-исян (доктор), Ваши слова — только для моих ушей. Давайте так: я спрошу, а Вы кивните, если я права, хорошо? — сказала я, уже понимая, о чем пойдет речь.

— Женщина, которую Вы осматривали, не беременна? — согласный кивок. — Более того, она не рожала? — шок…и еще один кивок. — И она вообще…бесплодна? — печальный кивок.

— Не то, чтобы совсем… — заикнулась акушерка.

— Но очень маловероятно, да? — кивок удрученный. — Сяо-цзе, не волнуйтесь о ней. Ваша забота — младшая госпожа. Держите — сунула в руку лекарке серебро — и ступайте спокойно. Этого разговора не было.

Женщина понурилась, покачала головой и посеменила прочь, а я мысленно потерла руки.«Попалась, которая кусалась!».

Несколько дней я терзалась: поговорить с отцом или нет? Тайна жгла, но так… не хотелось быть…гонцом из Пизы (мягкий вариант), учитывая прошлое семьи… Он сам предложил прогуляться в город вечером, вдвоем!

Мы прокатились до той чайной, в которой я встретила первым летом японцев: нравилось мне там, да и посетителей в это время уже не было. Хозяин закрыл заведение, оставив нас одних.

Батюшка был задумчив, немного мрачен…Решался, но все же заговорил первым:

— Чень Ю…Ты наверняка догадалась, о чем я хочу…поговорить…

— Есть два вопроса, отец…Вообще-то, три, но про…матушку, думаю, Вы вряд ли готовы… Относительно…Лянов…пока…терпит…Остается — вопросительно глянула на мужчину.

— Ты действительно выросла и…поумнела — вздохнул генерал Гу. — Тогда скажи, что думаешь о Нин Тинг? Ведь много чего думаешь? Говори прямо!

— Хорошо. Надеюсь, Вы выслушаете спокойно и бить после не будете — родитель возмутился, а я рассмеялась и изложила все свои домыслы и гипотезы.

Строгий мужчина слушал, никак не реагируя, только чай попивал. Когда я закончила выкладки, ухмыльнулся криво и заговорил:

— И почему я считал, что…женщины…не умеют мыслить? Да, моя ошибка…Прости, что раньше был…самонадеян и…невнимателен.

— Отец… — я хотела…Чего? Успокоить? Разуверить?

— Не надо…Молчи и слушай меня. Уж не знаю, как ты додумалась до всего, но ты угадала: ребенок не мой, я уверен. Скажу больше — я почти не сомневаюсь, чей. Одно радует — «зеленую шляпу» (аналог рогоносца) носить не придется!

— Подменила? Как и…со мной? — прошептала я.

— Скорее всего…Я отправил кое-кого уточнить…Хотя…В общем так: со мной на Запад поехал мой адъютант с молодой женой. В гарнизоне женщин мало, Тинг и Хуа… сблизились. Мы с Бао много времени проводили вне дома, поэтому радовались, что жены не скучают, заняты… Они и забеременели почти одновременно…Как сказала Тинг…Мне, собственно, было… — мужчина кривился. — Ребенок был важен для неё, казалось… Осуждаешь? Имеешь право.

— Отец, это Ваша жизнь… — эх, мужики…

— Ладно. Мне Тинг заявила, что…ей нужно поберечься, ну, то есть…

— Не объясняйте, я понимаю.

— Так вот, я её послушал…И испытал облегчение…К тому моменту я уже полностью осознал, какую глупость сотворил, взяв ее с собой и отпустив твою…мать, поэтому…

Мужчина отвернулся, помолчал.

— Мы были в очередном дозоре, когда погода резко испортилась, и мы застряли на заставе дольше, чем рассчитывали…Приехали в гарнизон через неделю и узнали, что Хуа не пережила роды, и её вместе с младенцем уже похоронили, а Тинг, несмотря на трудности преждевременных родов, выжила, и у меня теперь дочь… Мой адъютант очень расстроился из-за смерти жены, но принял случившееся более спокойно, узнав, что мертворожденной была девочка — он надеялся на сына.

— Вы думаете, тогда она и поменяла детей? = спросила ушедшего в себя отца.

— Не поменяла, Ю-эр, забрала! Думаю…Она опять обманывала — не было беременности! Возможно, она с самого начала планировала так поступить…Ей не впервой…

— То есть, Вы предполагаете, что малышка Юй — дочь Вашего адъютанта? Почему?

— То есть, в том, что она не моя дочь, ты не сомневаешься? — поддел меня Чен Вэй.

— У меня есть для этого веские основания, но назвать источник не могу, поскольку дала слово. Однако кое-что вне клятвы…Реакция Юй на продукты — редкое явление, но возможное в некоторых семьях из поколения в поколение. У Гу нет, думаю, у Нин — тоже, а вот у кого-то…

— Да, у моего адъютанта, Чун Бао. Он служит у меня с юности, и на севере над ним потешались, говоря, что ему не нужны…чужие…яйца, потому что…ему своих хватает — смутился! Генерал-батюшка смутился! Я еле удержалась, чтобы не хихикнуть.

— Чень Ю, прекрати!

— Молчу, молчу…То есть, у него тоже…аллергия на яйца?

— Не только на них, еще на мандарины, орехи и мед, кажется…Чешется он от них, а от орехов, говорил, чуть не умер в детстве. И еще одно: Бао хвалился, что своего ребенка он всегда узнает, потому что в его родне у всех на больших пальцах ног ногти меньше остальных — так они и определяют родство. У Юй такие, я специально посмотрел…

— Но, батюшка, она ведь могла… — не договорила, испугавшись.

— Нет, дорогая, не могла! Во-первых, он всегда при мне, во-вторых, Нин Тинг никто не любит из моих подчиненных, в отличие от…твоей…матери…А в-третьих — он запнулся, а меня осенило: размер имеет значение?

— Ты о чем думаешь, бесстыдница? — возмутился отец. — Тьфу ты! Ян Линь рожала Чен Сяна, будучи моложе Тинг и…крепче телом, но все равно вот тут — он показал на живот — остались…рубцы, понимаешь? И они не прошли…полностью.