Чтение онлайн

— Это потрясающе. Молодец она… Я знаю, что она умерла, верно?

— Да.

— Как?

— Авиакатастрофа.

Астор отводит взгляд, погружаясь в воспоминания. Когда он снова смотрит на меня, он проводит указательным пальцем по краю бокала с вином.

— Значит, у нас с тобой похожие корни и похожая боль. Мы оба выросли в нищете, мы оба трагически потеряли матерей, и мы оба ценим деньги гораздо больше, чем должен любой человек. — Он поднимает подбородок. — Ты напоминаешь мне её.

— Твою мать? — Я не могу скрыть удивления. — Чем?

— Она единственная другая женщина, которая когда-либо меня пощёчила.

Я ухмыляюсь.

— Ну. Ты это заслужил.

— Да, заслужил. Оба раза. — Он подмигивает.

Между нами трещит электричество. Я чувствую, как внутри поднимается температура.

— Кстати об этом, — говорю я, — у меня есть ещё один пункт в моей оценке тебя.

— Да?

— У тебя есть фетиш.

— Ударная игра. Форма БДСМ.

— А, значит, ты в курсе.

— Только с тех пор, как появилась ты.

Я сглатываю, внезапно чувствуя, будто кожа горит.

Повисает момент тишины — оглушительной. Он смотрит на меня, будто ждёт, что я скажу или сделаю что-то, но я так взволнована, что вместо этого отрываю кусок хлеба и засовываю его в рот.

Чёрт, как этот мужчина превращает меня в лепечущую лужицу идиотизма?

Проглатываю хлеб и залпом допиваю вино.

— Ешь ужин, — холодно говорит Астор, возвращаясь к своему обычному облику.

Я воспринимаю это как идеальную возможность завести разговор о Пришне и посмотреть, что Астор скажет — или не скажет. Расскажет ли он о свидетельстве о смерти? О настоящей причине, по которой она работает на него?

— Я бы поела, но ужин, скорее всего, отравлен.

— Почему ты так думаешь?

— Его готовила Пришна, разве нет?

— Да.

— Она меня ненавидит. — Я выгибаю бровь. — Ещё один человек, которому не будет дела, если я исчезну.

— Это правда тебя задело, когда я это сказал, да?

— Конечно задело.

Он не извиняется. Вместо этого говорит:

— Не обращай внимания на Пришну.

— Это невозможно. Она меня презирает.

— Пришна презирает всех женщин.

— Потому что она влюблена в тебя?

— Нет. Потому что боится, что я её заменю.

— Почему ты этого не делаешь?

— Лояльность.

— Лояльность к чему?

— К кому, ты имеешь в виду.

— Ты такой придурок.

— Тогда пощёчину мне.

— А, фетиш вернулся. — Я подмигиваю. — Хватит меня отвлекать. Кому ты проявляешь лояльность, оставляя Пришну?

— Моей жене.

— Твоей жене?

Он кивает.

— Но…

— Да, они разных этносов. Пришна индианка, Валери белая. Родители Валери усыновили Пришну, когда она была ребёнком.

— О, понятно.

Я представляю кулон — две половинки разбитого сердца, которые соединяются в одно. Сёстры. Они, должно быть, были близки. Это частично объясняет, почему она работает на него, но не объясняет, почему остаётся.

— Значит, поэтому Пришна меня ненавидит, — задумчиво говорю я. — Она защищает тебя и горюет по сестре.

— Возможно.

Я качаю головой.

— Но чувствуется, что тут больше. Она кажется испуганной чем-то или кем-то и немного не в себе — ненормально. В ней есть что-то, от чего мне тревожно. — Когда он не реагирует на эти обвинения, я продолжаю. — Как давно ты её знаешь?

— Шесть лет.

Свидетельство о смерти, которое я нашла на её имя, указывает, что она умерла в сорок лет — что, судя по тому, сколько ей кажется, вполне могло быть шесть лет назад.

— Откуда у неё ожоги на лице?

— Пожар.

— Да, я поняла. — Я закатываю глаза так сильно, что чувствую это в мозгу. — Я имею в виду, что случилось?

— Тебе придётся спросить у неё.

— Ты никогда не спрашивал?

— Зачем?

— О, не знаю, чтобы узнать своих сотрудников на личном уровне?

Теперь он закатывает глаза.

— Ты даже не спросил у её сестры, твоей жены?

— Нет.

— Ты невероятный.

— Уже установлено.

— Ладно, когда это случилось? Ты хотя бы это знаешь?

— Давно.

— Типа примерно тогда, когда ты её нанял?

— До этого. Мы весь ужин будем говорить о моей ассистентке?

— Ладно. Просто скажи мне вот что. Почему она сказала мне, что это ты выбирал мою одежду — которая была одеждой твоей жены? Зачем врать об этом?

— Не знаю.

— В ней есть что-то странное… Я просто не могу понять. И пока мы об этом, в этом доме тоже что-то странное.

Он смотрит на меня из-под ресниц.

— Киллиан рассказал мне про куклу и фотографии в твоей комнате.

— Да, я спросила у Пришны, думала, это она. Она выглядела испуганной, когда я показала ей куклу. Она сказала…

— Слушай меня, — резко говорит он. — Ты здесь в безопасности. Ты в безопасности со мной. С тобой ничего не случится, пока ты со мной. Никогда. Даю тебе слово, Сабина.

В голове всплывает образ Астора, смотрящего, как я сплю, и я понимаю: он не смотрит на меня потому, что хочет. Он делает это, чтобы убедиться, что со мной ничего не случится.

Мой похититель и мой хранитель.

Какое запутанное сочетание.

Сорок один

Сабина

В дверях появляется Киллиан. Астор явно раздражён этим вторжением.

— Прошу прощения. — Он встаёт из-за стола. Проходя мимо моего стула, он проводит кончиком пальца по моему затылку, оставляя огненный след на коже.