Чтение онлайн

Дело за малым: отвлечь соперника и превратить забаву мудрецов в надежного союзника.

На губах Джеммы появилась таинственная улыбка. Если бы Элайджа видел выражение ее лица, то непременно заподозрил бы неладное.

— Бриджит, — обратилась она к горничной.

— Да, ваша светлость?

— Будь добра, для сегодняшнего вечера мне понадобится кое-что еще.

Джемму особенно волновал один принципиально важный вопрос: в какой одежде Элайджа появится в ее комнате? Поразмыслив, герцогиня пришла к выводу, что муж придет в официальном костюме, а не в халате. Последний вариант неизбежно вызвал бы подозрение слуг, с нетерпением ожидавших шахматной партии.

Сама она выбрала восхитительную ночную сорочку из тонкого шелка кремового цвета, отороченную кружевами. Сверху предполагался пеньюар в тон. Одеяние таило остроумный и соблазнительный секрет: стоило его обладательнице лечь, как вырез изящно смещался и открывал восхищенному взору подкладку насыщенного вишневого цвета. Подобному игривому стилю Джемма в свое время научилась у многоопытных французских дам.

— Главное — удивить! — со смехом воскликнула одна из старших подруг. — Например, надеть скромное, в пастельных тонах платье, а под него — что-нибудь алое, как у последней блудницы. Изобразить невинность, до тут же шокировать неслыханной смелостью. — Далее последовали грубые предложения относительно практического постижения особенностей мужской анатомии и физиологии, ни одно из которых Джемма еще не опробовала, но была бы не прочь применить на практике.

Не обошлось и без косметики — впрочем, наложенной столь искусно и деликатно, что заметить усилия не смог бы никто, кроме лорда Корбина. Свободные от пудры волосы рассыпались по плечам и, казалось, излучали сияние.

— Его светлость будет счастлив, — заключила Бриджит, осмотрев госпожу с головы до ног.

Джемма удивленно вскинула голову.

— Спасибо! Но ведь мы с тобой прекрасно знаем, что львиной долей красоты и изящества я обязана блестящим фасонам синьоры Ангелико и любимой помаде.

— Я не об этом, — возразила Бриджит. — Главное, что вы с радостью ждете сегодняшнего вечера. Разве не так? Вы…

Трудно было скрыть смущение, порой жизнь ставит в неловкие ситуации.

— Да.

Горничная широко улыбнулась:

— Герцогу невероятно повезло.

Элайджа явился ровно в десять. Хороший знак, свидетельство здорового энтузиазма в отношении игры и ее естественного продолжения.

Как и следовало ожидать, безупречный костюм не допускал даже намека на двусмысленность.

Джемма открыла дверь и с удовольствием подумала, что расставленные по комнате свечи придадут коже особенно нежный оттенок.

Не отрывая глаз от лица жены, герцог сдержанно, почти официально переступил порог, как будто входил не в спальню, а в наполненную посетителями гостиную! Посмотрел на небольшой столик возле кровати, уставленный восхитительными кулинарными творениями миссис Тьюлип, и, перевел взгляд на аккуратно разложенные шелковые шарфы, призванные служить в качестве повязок на глаза.

И совершенно неожиданно рассмеялся.

— Чувствую себя так, словно попал в покои дорогой куртизанки.

Джемма прикусила губу, но тут же быстро улыбнулась в ответ.

— Как по-твоему, лучше потребовать деньги вперед или положиться на честь джентльмена и потерпеть с оплатой до конца вечера?

— О, какие сомнения? Аванс предпочтительнее, — серьезно заключил Элайджа и подошел ближе. В темных глазах вспыхнули искры, заставившие мгновенно забыть о мучительном чувстве стыда, вызванном неосторожной репликой. — Можно тебя поцеловать? — Простой вопрос прозвучал естественно и искренне.

Джемма слегка откашлялась — от волнения сел голос.

— Только если разрешишь ответить тем же.

Герцог склонился и поцеловал так, как не целуют ни куртизанку, ни любовницу — одним словом, никого из тех, кто получает деньги за интимные услуги. Поцелуй начался с бережной ласки и молчаливого вопроса.

Куртизанка не нашла бы ответа, потому что не смогла бы прочитать сотни смыслов, открывшихся Джемме в прикосновении ладоней к плечам, сдержанной улыбке, наклоне головы.

— Да, — прошептала она и легко коснулась губами губ. — Да.

Элайджа отстранился, пристально посмотрел в глаза и без лишних слов заключил Джемму в объятия. Казалось, они стояли на пороге первой брачной ночи.

Тогда, много лет назад, молодожены почти не знали друг друга. Она умудрилась с первого же взгляда без памяти влюбиться, а он едва ли удосужился запомнить ее имя.

За долгие годы ситуация изменилась.

Наконец, все еще не произнеся ни слова. Элайджа выпустил возлюбленную на свободу. Джемма взяла его за руку и спросила:

— Сам завяжешь глаза или довершив мне? — Она помолчала. — Но если процедура напоминает о пристрастиях отца, можно отказаться от глупой затеи и сыграть в открытую.

— Ни за что! — отрезал Элайджа. Улыбка доказала, что печальная судьба покойного герцога Бомона не имела к сегодняшнему вечеру ни малейшего отношения. Он взял в руки полоску розового шелка, изысканно гармонирующую с цветом сорочки. — Просто завязать, и все?

Секунду спустя повязка уже оказалась на месте, и Джемма со смехом наблюдала, как, вытянув руки и натыкаясь на мебель, Элайджа пытается ее поймать.

Наконец, после шутливых обвинений в нечестности, он наткнулся на громоздкую кровать и рухнул. Джемма взяла простой белый шарф, который приготовила для мужа, завязала глаза, и мир мгновенно погрузился во тьму.

— Господи помилуй… — Пробормотала Джемма.

— Странно, правда? — Ленивый, довольный голос донесся откуда-то справа.

— Ты на кровати? — уточнила она.

— Да, лежу и представляю, как ты беспомощно стоишь посреди комнаты.

— Злодей! — Джемма повернулась, вытянула руки и пошла на голос. Сделала несколько шагов, стукнулась о край кровати и потеряла равновесие.

Сильные руки подхватили ее и посадили рядом.

— Надо было заранее разуться, — задумчиво произнес Элайджа. — Приподнять повязку уже нельзя? Сомневаюсь, что удастся справиться вслепую.