Чтение онлайн

Рядом со своим боссом розовощекий Вейлинг казался просто милым юношей, закончившим недавно какой-нибудь Гарвард.

— Господа, мы рады, что вы обратились за помощью именно к нам. Чем можем быть полезны? — деловито осведомился Ларсон.

Ларсон на пятнадцать лет меня старше, и именно ему предстояло играть роль Шефа. Шеф лишь тогда беседует с клиентом лично, когда клиенту необходимо сохранить свое инкогнито еще больше, чем Шефу. Наши нынешние клиенты ни от кого лица не прятали, а, если верить «Успеху года», наоборот, любым способом себя рекламировали.

Если со стороны исполнителя беседу всегда начинает старший по должности, то со стороны клиента первым заговорит непременно младший, то есть в данном случае Вейлинг.

— Наше дело просто, но поскольку даже простое дело можно сделать как хорошо, так и плохо, мы сочли необходимым обратиться к услугам именно вашей фирмы. Как вы понимаете, мы хотим, чтобы дело было сделано хорошо.

— И быстро, — подал реплику Краузли.

Рано он вступил, отметил я про себя. Следовательно, дело вовсе не такое простое.

«Ты заметил?» — появилось на моем экране.

Это Шеф. Он сейчас сидит у себя в кабинете перед шестью экранами — по одному на каждого участника беседы и два с общей панорамой — и все внимательно слушает. Делает это он примерно так: ноги на столе, проволочка превращена в длинный крючок, которым он пытается зацепить клиента за нос, за ухо или за что-нибудь другое — что Шефу больше понравится. То есть, конечно же, не самого клиента зацепить, а его голограмму. Клиент от этого не страдает, а экраны приходится менять раз в квартал.

Сейчас лучше бы он меня не отвлекал. Разумеется, я заметил, как Вейлинг попытался открыть крышку своего комлога, но его босс быстро пододвинул комлог к себе, потом сделал вид, будто передумал смотреть, закрыл крышку и оставил комлог лежать перед собой, словно он у них один на двоих.

«Осторожный, черт!» — прокомментировал Шеф, которому не дали подсмотреть в чужой комлог через одну из вмонтированных в стену камер наблюдения.

Недрогнувшим голосом Ларсон выдал:

— Мы готовы с удовольствием выслушать суть вашего дела. То, как вы объяснили ваш выбор, избавляет нас от необходимости лишний раз заверять вас: что бы вы нам не поручили, все будет сделано быстро и, разумеется, хорошо.

Во дает, думаю.

«Хм», — хмыкнул Шеф на экране. Заговорил Вейлинг.

— Суть дела такова. Как вы знаете, наша компания поставляет на рынок программную продукцию развлекательного характера — компьютерные игры, одним… эээ… двумя словами… Последняя наша новинка — игра «ШДТ» — пользуется большой популярность среди любителей так называемых интеллектуальных игр.

— Простите, о какой игре, вы говорите, идет речь? — вмешался я, рискуя не быть причисленным к интеллектуалам.

— "ШДТ" — «Шесть дней творения». Я скажу о ней несколько слов, хотя, по настоящему, содержание игры к делу не относится. Игра «ШДТ», не больше не меньше, как симуляция развития Вселенной начиная с Большого взрыва и кончая появлением в ней… Появлением в ней того, кого игрок сумеет создать. В этом и заключается цель игры. То есть игрок выступает в роли виртуального Господа Бога, но, разумеется, рекламируя игру, мы таким сравнением не пользуемся. В игре шесть уровней. Каждый уровень соответствует одному дню творения, но соответствие не является полным, поскольку строгое соответствие первоисточнику, в силу известных нам причин, невозможно. Тем не менее, в самой игре уровни названы днями. В первый день игроку необходимо создать подходящую галактику. Она может быть похожа на наш Млечный Путь, а может оказаться и совсем иной. В конце концов, свойства галактики не слишком влияют на возможность возникновения в ней жизни. Другое дело — планетная система. Ее игрок создает на второй день. Точнее, он выбирает из тех планетных систем, что начали зарождаться сами собой по законам космической эволюции. Что-то он, конечно, в состоянии подправить по ходу дела, иначе, сами понимаете, было бы неинтересно. Второй день — или второй уровень, заканчивается созданием первичных органических соединений — строительных элементов будущей жизни. На третий день игрок создает первичные формы жизни. Если проводить аналогию с развитием жизни на Земле, то результатом третьего дня творения должны стать беспозвоночные. Следуя той же аналогии, на четвертый день игрок создает позвоночных вплоть до млекопитающих. На пятый день — высших млекопитающих, из которых на шестой день он должен сотворить человека — или вроде того… — не совсем уверенно Вейлинг завершил описание игры.

— Понятно, — коротко отреагировал Ларсон.

Я ждал, что появится на экране, но Шеф притих.

— А как осуществляется, так сказать, созидательный процесс? — спросил мой коллега.

Краузли улыбнулся широченной улыбкой и вымолвил:

— Создавая нас, природа играла в орла и решку. В игре «Шесть дней творения» игрок сам указывает монетке, какой стороной упасть. Впрочем, игрок может и ошибиться. Поэтому задача игры довольно непроста, но, в конце концов, — разрешима. Более того, умный игрок должен во столько раз опередить природу, во сколько раз «Шесть дней творения» сложнее «орла и решки».

— То есть, например, для управления ходом эволюции жизни игрок сам вызывает те или иные мутации? — спросил Ларсон.

— Именно так, — кивнул Вейлинг.

Я не вытерпел:

— Эээ, а что требуется от нас?

— Да, что же требуется от вас…— растягивая слова повторил за мной Краузли. — Для игрока, сумевшего преодолеть пятый уровень, мы назначили приз — довольно крупную сумму. Некоторое время назад мы получили достоверное свидетельство, что кто-то из игроков справился с заданием. Но за выигрышем он не пришел. Более того, нам даже не удалось с ним связаться. Поэтому мы просим вас его найти. Вот, собственно, и всё.

«Спроси, сколько…», — дал указание Шеф еще до того, как Краузли замолчал.

А то бы я сам не догадался.

— Какова сумма выигрыша?

— Это, естественно, не секрет. Один миллион.

Я чуть было не спросил, миллион чего. Понятно, чего. Конечно, это не та сумма, чтобы класть из-за нее голову, но, простите, где, говорите, эту игру можно купить? Черт, забыл, что победитель уже есть. Но кто, собственно, сказал, что он найдется? Ведь в конечном итоге искать-то придется мне, а не Ларсону.

«Двадцать процентов нас устроит», — вылез на экране Шеф.

Бедный Шеф, он постоянно должен думать о том, как прокормить себя, Отдел и всю эту ораву из прочих отделов, включая совсем больших боссов. Но он перегнул. Одно дело, запросить с клиента двадцать процентов от его будущей прибыли, а тут, вроде, клиент ни на какие барыши и не рассчитывает — даже наоборот. И тут до меня дошло: Шеф планирует взять деньги с победителя за то, что мы его найдем и силой заставим взять выигрыш, если он, такой упрямец, не желает брать деньги добровольно.

— Когда игра поступила в продажу? — спросил Ларсон.

— В прошлом году, — ответил Вейлинг.

— Если можно, точнее…

— В конце ноября.

— А когда вы получили вышеупомянутые свидетельства?

У клиентов произошла какая-то заминка. Вейлинг метнул взгляд на своего босса.

— Месяц назад, — сказал Краузли.

Шеф: «Заметил?».

Ничего я не заметил.

— Сейчас у нас начало июля, — вслух размышлял Ларсон, — стало быть, с момента выхода игры прошло семь месяцев. Как вы считаете, полгода это разумный срок, чтобы дойти до шестого уровня?