Чтение онлайн

– Не бойтесь, Правда в воде не тонет!

Мы прошли сквозь водопад, будто сквозь дождик - нас едва забрызгало. А впереди новое препятствие - огненная стена. Душит дымом, пышет жаром.

– Смелее - Правда не горит в огне!

Мы прошли сквозь бушующее пламя, и оно оказалось чуть теплым и совсем не страшным, как бенгальский огонь.

Выбрались из подземелья. Черный город, Виловодная площадь со статуей, мимо дворца сквозь кольцо Стражников, которые в страхе расступились. Их стрелы нам вослед превращались в разноцветных неведомых птиц.

– Правду нельзя убить!

Во дворцовом саду перед будкой сидел на цепи наш Волк и тосковал о свободе, усатремив грустный взгляд в сторону невидимого Леса. Вокруг валялись недоеденные куски мяса.

– Можно мы возьмем его с собой?
– попросила Петрова, - И отпустим на свободу?

Правда кивнула.

Улица "Крайняя глупость", где у всех хата с краю, неприступная стена с бойницами - мы перелетели через нее, как птицы.

А у стены нас ждали...Суховодов, Варвара и Бедный Макар!

Прощайте, дорогие наши верные друзья! Мы молча обнялись. Даже Варвара не проронила ни слова.

И вот Царство Непроходимой Глупости позади. Тишина, ночь, сказочное небо с крупными, как над нашей палаткой, в горах мира Людей, звездами. Неужели мы вернемся? Светятся лицо и руки Правды, освещая путь. Мы проносимся мимо полей, рек, деревень, мимо неведомых царств и городов. Будто во сне, когда едва коснешься ногой земли, оттолкнешься и плавно паришь себе в воздухе.

– Можно вас спросить?
– это говорю я, - Почему они, Дураки, молчали, когда Петрова вывела Кривду на чистую воду? Почему они ничего не хотят знать? И вообще, раз вы - Правда, раз вы сильнее всех и ничего не боитесь, и служите самой Истине - взяли бы да установили везде на Куличках справедливость! Не позволяли бы царствовать всяким там Шкафам и Золотым Удочкам, Лени, Страху, Глупости, Эгоизму...

– Смешной мальчик...Ты что же, предлагаешь уничтожить весь отрицательный опыт человечества, накопленный десятками поколений? Ведь Кулички - кладовая этого опыта, своего рода музей. И если люди его лишатся, они станут повторять ошибки своих прабабушек и прадедушек. Зло на Куличках для того и хранится неприкосновенным, чтобы люди всегда о нем помнили и не наступали по сто раз на одни и те же грабли. Понятно?

Чего тут было не понять - ясней ясного. Мне даже стыдно стало, что сам не догадался. А Правда вздохнула:

– Только они все равно наступают и попадают. И на грабли, и во всякие жуткие истории...

И вот, наконец, перед нами Лес. Настоящий сказочный Лес, точь-в- точь как на картинах Васнецова. С ветвей мрачных елей седыми космами свисает лишийник, в Лесу что-то ухает, стонет, хохочет, вспыхивают то тут, то там злыми зелеными огоньками волчьи глаза.

Я снял с нашего Волка ошейник.

– Иди. Теперь ты свободен.

Волк растерянно поглядел на меня, на Петрову, и ни с места.

– Что же ты, иди! Там свобода. Больше тебе не придется сидеть на цепи как домашнему псу и ждать подачки. Иди же, иди, - Петрова подталкивала Волка к Лесу, а тот упирался всеми четырьмя лапами, отворачивался и скулил, - Вот глупый, не понимает!

– Все он прекрасно понимает, - усмехнулась Правда, - Не теряй зря времени. Просто ему эта свобода до лампочки. Ему мясо подавай через каждые три часа, а не свободу.

– Но ведь он так мечтал...

– А почему б не помечтать, когда брюхо набито, не поиграть в страдальца? Пусть, мол, пожалеют, посочувствуют, еще мясца подкинут...Ах ты наш несчастненький, свободолюбивенький...Вот тебе настоящая свобода, серый, иди! Что, не хочешь?

Пристыженный Волк поджал хвост и пустился наутек, прочь от Леса. Я не удержался и свистнул ему вдогонку.

– Как же он теперь?
– жалостно вздохнула Петрова.

– Ну, за него не беспокойся. Всегда найдутся персонажи, которые поверят, пожалеют, будут пусть сами недоедать, но кормить мясом. Быстрей, мы опаздываем. Теперь я могу вам передать послание Истины.

Правда подняла руку, и на темном небе выткались огненные слова:

ВЫХОД ЧЕРЕЗ ТАЙНУ, ЗАРЫТУЮ ПОД ДУБОМ МУДРОСТИ ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ. ВАШЕ ВРЕМЯ ИСТЕЧЕТ, КОГДА ТУЧА ЗАКРОЕТ ЛУНУ.

Правда вела нас по сказочному дремучему Лесу, мимо избушки на курьих ножках, мимо озера с хохочущими Русалками, и неприступная чаща расступалась, спутанные ветви раздвигались:

– Дорогу Правде!

– Здесь, - Правда остановилась перед большим дубом, - Тайна здесь. Могу лишь открыть вам, что это - Вечная Книга Жизни. Жизни по солнечным часам Света, в которой нет места жадности, себялюбию, лжи, лени, трусости и предательству. Здесь у каждого - своя страница, есть и про Качалкина с Петровой, надо только найти. Во времена Кибальчиша и в другие огненные вехи истории Тайна была доступна даже мальчишкам, но потом о ней вспоминали все реже... И вот однажды Плохиш разыскал единственную в стране копию книги в букинистическом магазине на Арбате и утащил в мешке на Кулички. Подлинник же хранится у самой Истины, и тот из людей, кто оставит свою страницу пустой, не вдохнет в нее вечную жизнь добрых дел, будет просто вычеркнут - там все окончательно, и обжалованию не подлежит. Здесь же зарыта та самая копия с Арбата. За семью печатями, закованная в кандалы и опутанная Корнями Зла - вот ведь как боятся ее на Куличках! Даже копии боятся.

В дупле - лопаты, спешите, ребята. Больше я ничем не могу вам помочь. Правда лишь указывает путь. Мол, белое - это белое, дважды два - четыре, а вырваться из Куличкек можно лишь через свои страницы Жизни. Теперь все зависит от вас... Вы должны успеть, пока тьма не закроет Луну. Прощайте.

Правда исчезла, и сразу стало темно. Вокруг нас угрожающе сомкнулись деревья, сплели сети из веток. Опять засверкали в этой сети злющие волчьи глаза, собрались сказочные лесные персонажи, пытаясь дотянуться до нас сухими, корявыми, похожими на ветви руками. И большеглазый Страх таращил свои глаза-тарелки, лязгал зубами.

Едва мы обрубили корни зла, лопаты уткнулись в плиту, на которой было выгравировано:

ЗДЕСЬ ЗАРЫТА СОБАКА!

Послышалось из-под плиты грозное рычание. Этого еще не хватало!

Но нам с Петровой не до какой-то Собаки и не до Страха - мы должны успеть, прежде чем тьма закроет Луну.

Миновали первую печать. Летели из-под наших лопат комья земли, глубже, глубже...Вторая печать. Закачалась над головой Золотая Удочка, призывно загудели неподалеку мои машины:

– К нам! К нам!