Ледяное Солнце
Шрифт:
Огромный бар, танцевальная площадка человек на сто пятьдесят. Настоящее световое и лазерное шоу.
Музыка уже давно кутила на всю, но, что удивительно, за пределы дома так и не выходила.
Я смотрела на бушующее море уже веселящейся толпы и искренне прозрела.
Настоящая вечеринка, клубная вечеринка.
Пилюля… Я проглотила пилюлю лжи, запив ее огромным количеством шампанского.
Голова шла кругом. Все вертелось, крутилось.
Кельвин был для меня спасательным кругом…. Спасательным…
Мы обнимались, кружились в танце, сходили с ума.
Вдруг его губы прильнули к моим, сводя еще больше с ума.
Я давно уже понимала, что это говорит во мне дурной мозг пьяной девушки, но я не могла остановиться.
Они меня ПРЕДАЛИ.
Все предали…
Бросили…
И теперь я просто схожу с ума…
Как и все вокруг…
Время остановилось. Наступило полное безумие для всех присутствующих.
Я поддалась всеобщей эйфории.
Поддалась сумасшествию…
Очередной страстный поцелуй Кельвина, как вдруг я почувствовала, как его шаловливый язычок втолкнул мне в рот какую-то таблеточку… Маленькую, кругленькую…
Совсем крошечную, что бы мне навредить…
Совсем…
В висках безумно пульсировало… Голова шла кругом… Я едва могла стоять на ногах самостоятельно.
Безвольно повиснув в объятиях Кельвина, я машинально двигалась в такт музыки…
Казалось, я тонула в звуках, сливалась с ними…
Сливалась со всеми яркими вспышками…
Растворялась во всем этом мире…
Гаспар… Я смотрела ему в лицо, я целовала его… Я ласкала язычком его губы.
Он крепко прижимал меня к себе, как в ту ночь. В нашу ночь…
Я была снова отдаться ему… Снова стать его…
И вот властное объятие. Вот страстный поцелуй в шею.
Я чувствовала, как его рука залезла мне под платье, как…
Грубо попыталась стащить с меня…
Больно, больно, мне больно!!!
Гаспар, Гаспар, так ни разу себя не вел!
Я отдернулась назад, пытаясь в этой темени вглядеться в глаза своему Дерби, как вдруг прозрение, УЖАСНОЕ прозрение вогнало мне кол в грудь, разорвав душу.
Я попыталась вывернуться, отдернуться, но Кельвин все сильнее и сильнее прижимал меня собою к диванчику, а руки грубо пытались сорвать с меня трусики.
— ОТПУТИ!!! — завопила я с последних сил, пытаясь выдраться на волю…
Но… толи слишком громко играла музыка, толи ему было все равно, он не реагировал на мой крик, а лишь все ловчее и ловчее ставали его движения.
Вот-вот… и произойдет непоправимое.
— ГАСПАР! ГАСПАР!!! СПАСИ МЕНЯ!!! — умоляла я свое видение унести меня отсюда, растоптать все в прах.
Но вновь волна бушующего жара эйфории наркотика — и в голове помутнело. Все закружилось, мир поплыл.
НЕТ, НЕТ, ЭШЛИ ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС! ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС!
Я дернулась вперед, едва что различая перед собой, вгрызлась зубами за плечо насильника.
До боли, до дикой ненависти, до черноты в глазах.
Кельвин ужасно завизжал мне на ухо и тут же отпрянул назад. Еще мгновение — и гневная пощечина влипла мне в лицо.
Отрезвляющая пощечина.
Спасибо…
Едва этот ублюдок попытался снова меня ухватить, как я поджала под себя ноги. Замерев лишь на мгновение, собравшись с силами, со всей дури пнула своими каблучками в грудь.
Отлетел, попятился.
Не теряя больше ни секунды, я сорвалась с места и побежала через весь зал…
Но едва я добралась до входа, как новая волна эйфории стала накатывать, захватывать меня, лишая рассудка.
Нет, нет, умоляю!!
Жадно цепляясь за стенку, я ползла по ступенькам наверх.
— Помогите, помогите, помогите мне, — шептала я себе под нос, глупо надеясь на чью-то помощь.
Надеясь, что меня услышит Гаспар… Что спасет меня.
Но его нигде не было.
Не было.
Он — не моя пилюля лжи.
Уже не моя…
— Девушка, вам плохо? — услышала я напуганный голос женщины. Женщины. Знакомый голос. Да, это одна из прислуги Ракель.
— Домой, домой, мне срочно домой!!! Умоляю! Спаси…
Глава Пятнадцатая
*** (Гаспар)
Что же, недавно я был ей возможностью забыть боль, а сегодня уже — другой.
Я больше не мог смотреть на ее улыбочки этому пижону.
Не знаю, не понимаю, почему меня все это волновало?
Я сам горазд использовать людей, тогда почему я против такого поведения с ее стороны?
Она ничем ни хуже меня, но и не лучше.
*** (Эшли)
Разбудил меня дотошный, назойливый, неумолимо жестокий телефонный звонок.
— Э-э-э, да снимите кто-нибудь эту гребаную трубку!!!