Чтение онлайн

В воздухе витает странное напряжение.

— Эм… Ты можешь идти, — говорю я.

Его глаза расширяются. По его лицу медленно расползается улыбка, смягчая черты.

— Что? — спрашиваю я, скрестив руки.

— Меня не выгоняли с тех пор, как я был маленьким мальчиком, донимавшим родителей, — говорит он, наклоняя голову.

Он направляется к двери, но задерживается в проёме.

— Я зайду за тобой утром. И мы обсудим моё условие насчёт отдельной комнаты. Если согласишься, я покажу тебе территорию.

— А если нет?

Он приподнимает бровь.

— Ты будешь делить со мной комнату до конца своего пребывания здесь.

Что-то меняется в выражении его лица, и мне интересно, слышит ли он, как участился мой пульс.

— Спокойной ночи, принцесса, — говорит он, слегка охрипшим голосом.

Затем выходит из комнаты, закрыв за собой дверь.

В голове проносится мысль о том, как он сажает меня к себе на колени, его твёрдых бёдрах под моими… Я быстро прогоняю её.

— Спокойной ночи, — тихо говорю я.

И, хотя он не отвечает, я уверена, с его волчьим слухом он меня услышал.

Глава двадцать вторая

Я одинока с тех пор, как умерла мама.

Одиночество распространялось по телу, словно гниль. Даже в окружении людей оно таилось под кожей, грозя поглотить меня целиком. Но сегодня утром, когда я проснулась в одиночестве, всё было иначе.

Теперь это место, в котором слышны мои собственные мысли; они смешиваются с тихим шумом дождя, бьющего по тонкому оконному стеклу. Впервые мне не нужно играть роль, ведь рядом нету фрейлин, торопливо вытаскивающих меня из постели. Вместо этого я могу лежать, закутавшись в мягкое одеяло, в комнате, заставленной стопками книг и наполненной ароматом душистых трав.

Сегодня утром я не дочь короля, не жена Себастьяна и не принцесса, с обязанностями. Я это просто… я. От этой мысли по телу пробегает дрожь.

Есть столько вещей о которых я должна беспокоиться: волки, неминуемость того, что армия Себастьяна найдёт меня, риск того, что Блейк выдаст мою личность нынешнему Королю Волков.

И Каллум.

Каллум и то неизвестное условие, на которое он хочет, чтобы я согласилась в обмен на право остаться в этой комнате.

Каллум так не похож на всех, кого я встречала прежде. Ему не хватает приличий, и он постоянно ведет себя так неподобающе. Он поддразнивает меня, задаёт вопросы, прикасается ко мне. И самое ужасное, я не уверена, что мне это неприятно.

В этот миг я чувствую покой. Умиротворение. Свободу.

Я лежу так около двадцати минут, наслаждаясь ощущениями.

Взгляд сам падает на шкаф. Вчера я была слишком измотана, чтобы заглянуть внутрь, но теперь мне любопытно, какая там одежда.

Сегодня я намерена узнать о волках как можно больше, и надеюсь, что смогу лучше проконтролировать то, как выгляжу, относительно вчерашнего дня.

Потягиваюсь, всё тело ноет после двух дней в седле. Прихрамывая, пересекаю комнату и распахиваю шкаф. Увиденное приятно удивляет.

Там меня ожидают ряды платьев. Все они из темных тканей: чёрного, серого, тёмно-синего. Провожу по ним пальцами, отмечая, что большинство довольно просты, я смогу надеть их без посторонней помощи, и при этом все хорошо сшиты.

Особенно, мое внимание привлекает элегантное черное платье, сшитое из шёлка, с замысловатыми кружевами. От него веет силой. Задерживаюсь, проводя по нему пальцами.

Но сегодня это неуместно. Мне нужно вписаться, а не привлекать внимание.

Замечаю в шкафу пару брюк. В Южных землях женщины не носят подобного. Мой отец, вероятно, отрёкся бы от меня, увидев в такой одежде.

Пожалуй, приберегу их на другой раз.

Вместо этого выбираю простое коричневое платье, в котором выгляжу, как будто-то не представляю угрозы, и надеваю его.

Провожу пальцами по волосам, когда кто-то стучит в дверь. Дыхание перехватывает так как, я уже знаю, кто это.

— Можно войти, принцесса? — спрашивает Каллум.

Когда открываю дверь, на нём та же одежда, что и вчера вечером. Несколько верхних пуговиц его кремовой льняной рубашки расстёгнуты, а рукава закатаны до локтей. Щеки покрывает лёгкая щетина, и я задумываюсь, спал ли он. И всё же глаза его по-прежнему ясные.

— Ты прекрасно выглядишь, — говорит он.

Комплименты, кажется, даются ему так легко, и искренне. Что это нервирует.

Подхожу к окну, чтобы он не видел моей улыбки.

— Спасибо.

Небо затянуто серыми тучами, и дождь барабанит по озеру. Пейзаж и погода так отличаются от залитого солнцем города за стенами дворца Южных земель.

Каллум встаёт позади меня, и жар его тела обжигает мне спину.

— День выдался неприятный, не так ли? — говорит он. — Здесь часто идут дожди. Думаю, ты не привыкла к такой погоде на юге?

— Ты был там когда-нибудь? На юге? Я имею в виду, за пределами Пограничья.

— Когда ты из Хайфелла, всё кажется югом. В его голосе слышится улыбка. — Да, я был в Городе Королей однажды. Примерно… хм… должно быть, лет пять назад.

— Чтобы устроить неприятности, полагаю?

Он смеется.

— Нет. Я искал кое-кого. Думал, она может быть там.

Странное чувство пронзает мое тело.

— Ты искал возлюбленную?

— Возлюбленную? Нет. — вздыхает он. — Я искал свою мать.

Поднимаю на него взгляд. Он смотрит в окно, и на его лице застыло задумчивое выражение. Что-то смягчается внутри меня.

— С чего бы она оказалась в Южных землях?

Он прикусывает нижнюю губу.

— Однажды ночью она пропала. Мой отец считал, что её похитили люди. Её сочли погибшей. Но… — Он качает головой. — Я в это никогда не верил. Думаю, она сбежала.

Я хмурюсь.

— Почему?

Каллум сглатывает.

— Мой отец был… сложным человеком.

— О, — тихо говорю я. — Ты нашел ее?