Кавказец. Он ненавидит меня, а я...
Шрифт:
Я позволяю себе забыть о том, какая я невозможная идиотка. Это я обязательно вспомню завтра.
Целую его в плечо, пока он рассказывает:
– И вот кто-то из пацанов узнал, что если кинуть зажженную петарду в унитаз и сразу накрыть крышкой, то поднимется фонтан чуть ли не до потолка...
– Только не говори, что ты попробовал!
– смеюсь, приподнимаясь на одном локте, чтобы посмотреть в его лицо.
В комнате темно, но глаза привыкли и я вижу очертания его лица.
– Я в двенадцать обожал всякие эксперименты. Карбид в бутылках с водой, шифер в костёр, марганцовка с магниевой стружкой...
– О, Боже! Набор юного химика!
– Это, кстати, было очень опасно. Только кто же в таком возрасте верит в опасность? Но взрывать мы решили не у меня дома - отец бы убил. А у бабули. В общем унитаз подпрыгнул и раскололся надвое. Мы не...
Я забываю о том, что мы раздеты.
А он, видимо, нет.
Прервавшись на полуслове, тянется рукой к моей груди. Пальцем обводит сосок. Замираю, ощущая как он съеживается под этим прикосновением и становится похожим на камешек.
Он столько мне всего наговорил, когда мы... занимались любовью.
Он шептал о том, какая я красивая, какие у меня волосы чудесные, о том, что он с ума сходит от моего запаха и вкуса.
Сегодня я позволяю себе верить каждому слову.
Одним коротким быстрым движением выворачивается из-под меня. И я оказываюсь снова под ним. Его колено нагло втискивается между моих ног, а горячий и снова огромный член вжимается в мое бедро.
– Эй-ей! Ты что делаешь?!
– испуганно пищу я.
Мне кажется, я еще от предыдущего шокирующего раза не отошла. И стоит только вспомнить, как внутри меня что-то сжимается, так будто он всё ещё во мне...
– Ещё хочу тебя, - вжимается губами в мое ушко. Потом втягивает в рот мочку, заставляя пищать от невыносимых ощущений.
– Так! Нет! Никаких больше "хочу"!
– борюсь с ним, пытаясь сбежать. Но он явно сильнее и из-за моей бессмысленной возни ситуация для меня скоро становится очевидно безнадёжной.
– Почему?
– его ладони обнимают мое лицо, фиксируя так, чтобы заглянуть в глаза. Что он только там может увидеть, в темноте?
– Мне показалось, что тебе тоже было хорошо.
– Эммм... Ты мне всё натер... Там!
– отчаянно краснея, громким шепотом сообщаю ему.
– Да?
– со смешком.
– Врунишка! Это было очень быстро. Я бы не успел натереть!
– Это было долго!
– возмущаюсь я.
– А...
– задумывается.
– Это просто ты у меня такая... нежная...
Это его "у меня" неожиданно оглушает.
Я понимаю, что нет и не будет никаких "у меня" и "у нас". Но если бы было! Если бы было возможно! То... Это, наверное, было бы очень приятно быть нежной у него, для него... Чтобы он меня такой считал. Чтобы заботился. Чтобы каждую ночь вот так с ним...
Эй, Злата! Что за мысли идиотские?
Это просто амнезия, видимо, начинает постепенно излечиваться...
Но я ее снова, принудительно отправляю в блок.
Ещё немного.
Совсем чуть-чуть.
Сколько там до утра осталось?
– Ладно, - вздыхает, как будто его лишили чуть ли не самого важного в жизни.
– Так и быть, чуть-чуть ещё потерплю.
Снова укладывает себе на грудь, натягивая сверху на нас одеяло. Проверяет рукой, полностью ли я укрыта...
– Расскажи еще что-нибудь... Или спать будем?
– говорю, поглаживая его живот.
Мышцы на нём напрягаются под моими пальцами. Как будто он специально так делает, чтобы я нащупывала эти все кубики. А они такие... Это просто чудо какое-то!
Забывшись, трогаю его всего, сползая пальцами к паху.
– Ещё сантиметр и никакие рассказы о том, что я где-то там что-то натер, не помогут!
– Ой, - отдергиваю руку.
– Но мы можем воспользоваться другими... хм... способами.
– Эй!
– Ну, тебе же понравилось в ротик, м?
О, Боже!
И вот вместо безобидного рассказа о его детских приключениях, я слушаю пошлую сказку о его сексуальных фантазиях... И, сгорая от стыда, понимаю, что хочу... Всего этого хочу с ним!
45 глава. Вернуться на исходную
И все повторяется снова.
Губы его. Руки. Его тяжесть, придавливающая меня к постели.
– Хочешь быстро или медленно?
– шепчет мне на ухо.
– О, Боже, - нервно смеюсь я.
– Никак не хочешь?
– расстроенно.
Я не знаю!
С одной стороны это все так ярко, что нужно решиться, чтобы пережить снова. Как на американских горках кататься - вроде бы и круто, и в то же время ещё и смелости набраться нужно, чтобы сесть и полететь.
Но как ему отказать? Я не умею.
Он такой... Как будто весь со мной сейчас. Как будто весь во мне. И нет для него ничего во всем мире важнее. Я просто не могу ему отказать!
Мозг пытается напомнить маминым голосом, что именно так себя и ведут мужчины, добивающиеся своего.
Но я ему запрещаю так думать.
– А хочешь массаж?
– Ты серьезно?
– Дааа, эти будет самый эротичный и приятный массаж в твоей жизни, - с воодушевлением.
– Да?
– смеюсь, недоверчиво посматривая на него.
– И кто я такая, чтобы отказаться?
– Сейчас масло принесу. Лежать и никуда не ходить!
Замираю под одеялом от ужаса. Если он сейчас включит свет, то... Я, конечно, спрятала шприц под одежду, но он потом что-то бросал туда, и мало ли! Вдруг он открылся!
Но Амир так и уходит из комнаты - в темноте и не одеваясь.
И я, прежде чем сделать то, что нужно, долго смотрю ему в спину, восхищаясь и спиной этой, и плечами широкими, и высоким ростом, и даже тем, как он идет - уверенно и решительно шагает, держа себя прямо. Красивый какой...