Чтение онлайн

На всякий случай я выпустил в кабана полный рожок. Лишние три десятка пуль еще ни одному мутанту не помешали. Тот, кто остановил монстра, — настоящий снайпер, но я не раз видал зверье, которое никак не могло выжить от полученных ран, но вставало, ползло и клацало клыками. Если не надо беречь боеприпасы, лучше перебдеть. Оружейные склады у Периметра бездонны, а я нынче не в Зоне, где каждый патрон на счету.

Автомат замолчал, я извлек опустевший рожок, к которому изолентой был примотан второй, полный. Так удобней перезаряжать — быстрее.

На миг в голове мелькнула шальная мысль: прорваться с боем? Но я тут же подавил в себе безумный порыв. Танки, забор, винтокрылые машины и пулеметы на вышках… Предположим, я перебью весь гарнизон, человек эдак триста. А как я пересеку минное поле? Минное поле на пути — это всегда плохая примета. Я же бандит, а не камикадзе. Моя задача — выжить, а не геройски погибнуть. Выжить и при этом извлечь максимальную выгоду. В конце концов, у меня есть планы, и армия не платит за простой.

— Держи! — Я швырнул Гримову автомат.

И вдруг почувствовал: я был на прицеле, а как только расстался с оружием, опасность миновала. Неприятное ощущение. Надеюсь, тот, кто любовался мною в оптику, остался доволен небритой рожей Макса Края.

Поймав свой АК, Васька ойкнул, ведь ему пришлось протянуть руку, а ребра так быстро не срастаются. На парне совсем лица нет, вот-вот хлопнется в обморок.

Я покачал головой:

— Эй, сержант, отправил бы Ваську в санчасть. Он хоть и сволочь, а всё-таки жалко, если окочурится, молодой еще.

Толстяк сделал вид, что не услышал. Я пожал плечами: мол, дело ваше, я хотел как лучше. Мимо нас прошелестели три смазливые девчонки в белых халатах. На миг мне захотелось оказаться на плацу и быть немножко раненым.

— А зверушка откуда взялась? На территории?

Сержант вновь проигнорировал мой вопрос, но непроизвольно повернул голову к штабу, трехэтажному кирпичному зданию, до которого было метров сто.

Проследив за взглядом военного, я увидел на крыльце человека в камуфляже. Высокий, хорошо сложенный, в натовской конфедератке, будто приросшей к черепу, он показался мне слишком чужим для местного пейзажа. В руке он держал не какой-нибудь «Винторез» или однозарядку, похожую на противотанковое ружье времен Великой Отечественной, но классическую СВД. Едва заметно кивнув мне, стрелок скрылся за дверью штаба.

Тушу кабана уложили на носилки и унесли, а мне велели меньше вертеть головой и быстрее топать. Проходя мимо склада ГСМ, я заметил здоровенную дыру в рабице. Сетка прикрывала с трех сторон площадку, примыкающую к стене склада. Судя по зловонию и громадному тазу с объедками, именно здесь секачу устроили временную прописку. М-да, странно, что он вырвался на волю только сейчас, при такой-то ограде.

А потом я услышал надрывный лай, который ни с чем не спутаю. Очень плохо, что среди соляры и бензина содержат животных. И особенно если эти животные — слепые собаки Зоны. Исключительно из гуманных соображений мутантов надо уничтожать, пока они маленькие и похожи на обычных щенков. Гниющих заживо сук и кобелей тоже рекомендуется валить направо и налево, без разбору и наплевав на общечеловеческие ценности.

— Собаки-то вам зачем? — спросил я и, конечно, не дождался ответа.

Минимум три группы сталкеров и редкие одиночки вроде Лесника промышляют отловом мутантов. Это очень выгодный бизнес, если знаешь, кому сбывать товар. Принеси я крысу или тушкана в зоомагазин Чернобыля-4, меня тут же сдали бы ментам или пристрелили, как бешеного псевдопса. Ходить в Зону за артефактами — это одно, а тащить оттуда всякую дрянь — другое.

Военные ловят монстров? Отстреливать, нещадно выжигать лежбища и норы — это их работа, а вот живьем брать… Кому-то из ученых понадобились экземпляры для вивисекции? Может быть. Но на базе я пока не повстречал ни одного яйцеголового. Что-то здесь нечисто. Кажан затеял очередную аферу?…

Устроили зоопарк, блин. Логично предположить, что кто-то наблюдает за поведением зверья. Но если этот кто-то не научник, зачем ему это надо?…

У меня был только один ответ на эти вопросы. В вотчине Кажана гостит человек (или группа людей), которому заблаговременно, до выхода в Зону, надо познакомиться с особенностями поведения мутагенной фауны. Но кабан случайно вырвался из клетки, и его пришлось пристрелить из снайперской винтовки Драгунова.

Перед глазами встала картинка: плац, тела, лужи крови… Я покачал головой: все у нас через тыл. Могли ведь сетку двойную сделать, а еще лучше тройную? Да, могли, но не сделали! Кто-то схалтурил, а в результате пострадали люди…

Наверное, я чересчур расслабился, думать вредно. Стоило отвлечься, шагая по коридору, застеленному ковровой дорожкой, как мне сразу же двинули прикладом в затылок. Ну, Гримов, вот сволочь!…

Падая, я почувствовал, как что-то холодное обхватило мою шею. Что-то мерзкое и смертельно опасное.

Милена, всплыло вдруг имя. Ну почему я вспомнил о тебе именно сейчас?…

Подумаешь, в детстве я дергал ее за косы. Если вам одиннадцать лет, а перед вами сидит прелестное существо с голубыми глазами и косой до попки, разве можно удержаться от того, чтобы разок-другой не тронуть пахнущие шампунем волосы?!

— Алла Семеновна, а Краевой опять! — Голос у Милены ломкий, плаксивый.

— У-у, ябеда-корябеда, соленый огурец, на полу валяется, никто его не ест!…

— Краевой, встань! — Голос у географички Аллы Семеновны громкий, властный.

Она учила еще мою мать, поэтому слыла большим авторитетом в нашей семье.

Я тут же вскочил, всем своим видом выражая готовность понести заслуженное наказание. И даже схватил дневник, чтобы по первой же отмашке ринуться к учительскому столу.

— Краевой, подготовь-ка к следующему уроку доклад о высокогорном озере Титикака. В качестве наказания за поведение.

Класс дружно прыснул в кулаки — топоним показался жутко смешным.

— А что вы смеетесь? Есть такое озеро. — Алла Семеновна указательным пальцем переместила очки на лоб. — И Краевой нам о нем расскажет. А чтобы Краевому одному не скучно было готовить доклад, ему поможет… Милена.

Я от удивления даже рот открыл. И в этот момент задребезжал звонок. Радостный, я выскочил в коридор — Алла Семеновна так и не попросила мой дневник! Мать меня не накажет, отец не отругает!