Чтение онлайн

Наконец к подъезду подошла женщина. Девочка шагнула ей навстречу:

– Тётя, впустите меня в подъезд…

– А ты к кому?

– К тёте Тане. Её пока нет дома… Впустите… погреться…

– Твоя тётя из какой квартиры?

– На восьмом этаже…

– А, к Татьяне? Это соседка моя, – голос женщины стал приветливым. – Заходи! А знаешь что? Пойдём ко мне. Вместе подождём твою тётю. Меня зовут Надежда Андреевна, а можно просто тётя Надя. А тебя как зовут? – Светка! – довольная, девочка побежала к лифту.

Подошли к двери, обитой коричневым дерматином.

– Проходи, Света. Сейчас тапочки дам.

Замёрзшие детские руки и щёки сразу почувствовали приятное тепло. Светка сняла куртку и осталась в тонкой водолазке.

– Ты легко одета. Без шарфа, – покачала головой Надежда Андреевна. – А ведь зима ещё не попрощалась с нами.

Гостья стащила сапоги, стянула надетые на носки полиэтиленовые пакеты. Прошла.

– Да у тебя ноги мокрые! – ахнула хозяйка.

Девочка виновато смотрела на оставленные следы.

– Пакеты порвались, вот ноги и промокли.

– Где ж ты их промочила?

– Возле теплотрассы. Везде ещё снег да лёд, а там – каша с водой.

– А что ты там делала?

– Играла. Думала, что там теплее. Мы там играем в продавцов. Из магазина ящики выбросили, а мы сделали прилавок из них…

Надежда Андреевна притянула девочку к себе, погладила её по голове.

– Давай-ка иди в ванную, помой ноги в горячей воде, чтоб не заболеть. А лучше – вся помойся, – и принесла белое махровое полотенце, синий халат и шерстяные носки своей дочки.

В ванной девочка разглядывала и нюхала разноцветные шампуни и гели. Улыбалась себе в зеркале. Радовалась тёплому дождю, стекавшему по телу.

А когда вышла, на журнальном столике появились чашки с блюдцами, вазочки с печеньем и карамельками. Девочка села в кресло с мягкими подлокотниками.

– Мама говорила, что нам тоже хотели дать квартиру с удобствами.

– А где ты живёшь? – хозяйка осторожно разливала чай.

– На Привокзальной.

– Знаю… Пей чай. Печенье, конфетки бери.

Этот район, с покосившимися, вросшими в землю деревянными домами-бараками, построенными сразу после революции, знали многие: он недалеко от вокзала.

Надежда Андреевна села напротив девочки.

– Наверное, ты к тёте Тане по важному делу?

– По очень важному. Хочу у неё на праздник белую блузку попросить.

– Представляю тебя, худышку, в огромной блузке тёти! В её блузку три такие девчонки влезут! – улыбнулась Надежда Андреевна. – Слушай-ка, я собрала вещи своей дочки, чтобы кому-нибудь отдать: они ей уже малы. Ты посиди, я сейчас.

И она скрылась за дверью.

Светка, увидев на полке бордовую шкатулку, соскочила с кресла. Подошла и тихонько приоткрыла её. Заиграла музыка. От неожиданности тут же захлопнула крышку. Но успела заметить в ней цепочку и перстень.

Вскоре хозяйка вернулась с пакетом и вытряхнула из него вещи на диван:

– Вот. Бери, что понравится.

– Это всё мне? – глаза девочки заметались по пёстрой куче вещей, руки сразу потянулись к голубой блузке. – Идёт?.. – приложила блузку к себе.

– Идёт. К твоим глазкам-незабудкам.

– А эта идёт? – девочка поочерёдно подносила к себе каждую вещь. Вытащила красный треугольник. – А это что? Пионерский галстук?! – примерила его. – Красиво! Только нам сказали больше не носить… Вот белая блузка! Ух ты! – обрадовалась она и закружилась по комнате.

Надежда Андреевна радовалась, что так легко смогла осчастливить девочку, и наслаждалась её настроением.

– А мама где работает?

– На рынке. Раньше она книжки выдавала. Но библиотеку закрыли. Мама говорит, что это перестройка её к холодному прилавку выгнала… Мама согревалась на морозе водкой и чуть печёнку себе не посадила… А теперь она рынок убирает.

– А отец чем занимается?

– Не знаю. Он уехал от нас куда-то, – девочка погрустнела.

Надежда Андреевна решила проверить, вернулась ли домой Татьяна. Как только за ней захлопнулась дверь, Светка подскочила к шкатулке, схватила перстень с большим, сверкающим гранями камнем и сунула в карман брюк. Надежда Андреевна, убедившись, что тётя Таня уже дома, проводила к ней Свету.

…В классе пахло мимозами. Разноцветные воздушные шары прикрепили к шкафам, доске, пианино. Светка в шёлковой блузке, подаренной тётей Надей, чувствовала себя красивее всех.

В класс входили родители и рассаживались. Светка поглядывала на дверь: «А где же моя мама?»

Вика объявила о начале концерта. Учительница села за пианино, и её пальцы помчались по клавишам. Она кивнула, и все запели: «Если с другом вышел в путь…»

Светкина голова то и дело поворачивалась в сторону двери. А дверь как заколоченная! Наконец открылась! Мама! Дочь уверенно запела, подняв повыше подбородок. Щёки мамы были пунцовыми. Света поняла: мама опять «согревалась» на морозе. Сердце сжалось от стыда: это могли заметить и другие.

Девочка растерянным взглядом искала свободный стул: «Куда маме сесть?» Выскочила из хора, схватила маму за руку и потащила, показывая на свободные стулья. Мама села, и Светка быстро встала в хор: «Хорошо, что ещё не закончили песню. Я ещё спою для мамы!»

Всю дорогу домой она щебетала. Ей хотелось крикнуть: «Посмотрите же, я вместе с мамой!» Слушает мама её рассказ или нет, ей было неважно – главное, что мама увидела, как дочка для неё старалась.

После ужина девочка уснула с улыбкой. Она не видела, как мама выпила рюмку и побрела в комнату. Швырнула халат на спинку стула поверх детских брюк. Вещи сползли на пол. Что-то звякнуло. «Мелочь?» – мать подняла блеснувший кругляшок и, выйдя в коридор, включила свет. Золотой перстень с камнем! Кажется, рубин… Кровь хлынула ей в голову: «Откуда он у Светки?»