Чтение онлайн

Снаружи, наверное, коридор, потому что за дверью звучат неясные голоса.

– Что ты там пытаешься натянуть? – спрашивает мужчина, тот, что главный.

– Что? – застигнутая врасплох женщина. Акцент южный, но на Эми не похож. – Я… я…

– Не делай из меня идиота! – Тон мужчины совершенно не для камеры. – Ты раздеваешься за деньги, но собралась реветь из-за того, что немного оголишься для моей платформы? Ты хоть представляешь, сколько пришлось вложиться моим инвесторам, чтобы доставить тебя сюда из этой гребаной клоаки Таллахасси. Я думал, ты профи.

Таллахасси… В голове у Глюк сквозь туман что-то щелкает. Флоордью! Лиза… Симпсон? Нет, дура! Мэйфлауэр? Лиза Мэйфлауэр?

– Ты меня смущаешь, – тихо говорит Лиза. – Мне нужно в туалет.

– Иди и подумай, для чего ты здесь. Если не захочешь участвовать, так и быть. Мы подсчитаем, сколько ты должна нам за перелет и проживание плюс лимузин и напитки, и ты сможешь покинуть яхту и самостоятельно вернуться домой.

– Но… Мы же на воде…

– Ты ведь умеешь плавать?

Пауза. Ванна продолжает свое неустанное вращение вокруг Глюк.

Мужчина громко хохочет.

– Эй, я пошутил! Расслабься. Это всего лишь игра.

Еще один сбой во времени. Она снова на палубе. Что-то происходит. Что-то серьезное.

Мужчина включает микрофон:

– Пришло время объявить нашего первого победителя этого вечера! У ваших фанов было несколько часов, чтобы познакомиться с вами и сделать ставки. И я с удовольствием объявляю первого победителя игры!

Глюк думает, что это будет волнительно, но почему-то все не так.

– Наш первый победитель с призом в пять тысяч евро это… двенадцатый игрок! Встань, двенадцатый игрок!

Двенадцатый игрок это Infinitear. Эми Чоу. Она пытается встать, чтобы получить свой приз, но не может сделать это самостоятельно.

Саре это не нравится.

В этом фильме все прекрасно проводят время. И все же почему-то кажется, что никому не весело. Есть что-то вне поля зрения объектива, что тебе почти видно. Это как погрузить босые ноги в теплую воду и почувствовать холодное скользкое движение проплывающего мимо угря. Что-то здесь не так. Это видно по расширенным зрачкам девушек и их замедленным, неуверенным движениям.

Время идет, вечеринка продолжается. Наблюдая за происходящим, Сара испытывает нестерпимую неловкость, и она явно не одинока. Мэгги позади нее смотрит сквозь растопыренные пальцы, как ребенок на фильме ужасов. Оглянувшись, Сара видит, что Бретт грызет ноготь большого пальца, и даже у Бенишека, звезды шоу, на стремительно синеющем лице появилось затравленное выражение. Перед ним лежит блок с ножами, которыми Бретт, к счастью, не успел воспользоваться. Сара задерживает на блоке взгляд на пару секунд. Тот валяется на боку с четырьмя торчащими рукоятками, которые выглядят как опрокинутые именинные свечи.

За спиной Бенишека на нижней ступеньке сидит Линда и беззвучно плачет. Сара ее понимает. Если все происходящее на экране действительно игра, то что прямо сейчас заставляют делать Алиссу, девочку-подростка, дочь Линды? Что заставляют делать Ханну? Сара чувствует тошноту.

На экране Бенишек – настоящий похотливый мерзавец. Но за похоть по закону не наказать. Ведь так? Женщины не производят впечатление похищенных.

«С другой стороны, – напоминает себе Сара, – чтобы взять кого-то в заложники, веревка не нужна».

– Выключи, – просит Мэгги. – Мы увидели достаточно.

– Нет, – подает голос Линда. – Бретт, промотай немного вперед. Минут двадцать.

В очередной раз Бретт делает то, что ему велят. На экране Бенишек держит за запястье татуированную и невероятно эффектную женщину азиатского происхождения. Ее волосы с короткой стрижкой неоново-розовые, и когда Бенишек просит ее покрутиться перед камерой, представляя ее как один из ведущих сомнительных конкурсов красоты, она спотыкается и едва не падает.

Посмеиваясь над ее неустойчивостью, он говорит:

– Давай-ка покажем твоему спонсору, на что пошли его донаты!

Сара может только наблюдать за тем, как Бенишек без предупреждения сдергивает с женщины легинсы до лодыжек и тут же начинает над ней глумиться. Камера отворачивается, крупным планом показывая его лицо с высунутым в деланом рвотном позыве языком, и когда поворачивается обратно, фокусируется прямиком на смущенной попытке девушки прикрыть трусики и на струйке менструальной крови, стекающей по внутренней поверхности ее бедер.

Сара чувствует, что ее разрывает надвое. Одна половина отчаянно пытается успокоить подскочившее давление, боясь поддаться неконтролируемой жестокости, в то время как другая ее половина жаждет схватить клюшку для гольфа и бить по тем суставам, которые пропустил Бретт.

– Хватит, – слышит она свой собственный голос. – Мэгги права. Выключи эту мерзость.

Бретт ее игнорирует. Он смотрит на Линду, ожидая приказа, и поскольку та молчит, фильм продолжается.

– Из-за технической накладки, – звучит через колонки голос Бенишека из прошлого, – мы вынуждены перейти к тому, кто занял второе место… И это, как вы понимаете, счастливый номер семь!

– Бретт, ты меня слышишь? – спрашивает Сара. – Выключай!

– Седьмой игрок, – продолжает Бенишек, – со ставкой в четыре тысячи евро от нашего постоянного клиента, мистера Нила B-Four Me из Большого Манчестера, Англия!

Все. Стоп.

Сара забывает, как дышать, и медленно поворачивается лицом к представлению.

На экране победившего игрока выводят вперед. Бенишек спрашивает:

– Детка, как тебя зовут и откуда ты?