Хронокулус
Шрифт:
Мне стало любопытно, я попробовал пройти через стену (как грёбаный Каспер), но твёрдая поверхность отказалась меня пропускать. Пришлось идти на своих двоих, чтобы оказаться в комнате, где меня ждала интересная сцена.
— Не указывай мне, дура! — тот самый мужик, которого я коснулся (но уже нормально одетый и без опухоли) звонко вдарил пощёчину какой-то женщине, от которой та свалилась на пол, схватилась за лицо.
Они стояли посреди комнаты, которая была переоборудована под, с виду сложно сказать, но больше похоже на религиозное святилище. Я не сразу это приметил, но как-то странно эти двое выглядели… Мужик — в чёрном деловом костюме, к которому были пришиты странные символы в форме… эээ… мужских гениталий? Довольно всратый дизайн, как по мне.
А вот женщина смотрится ещё более странно на его фоне: оверсайз белая сорочка, под которой, как мне кажется, нижнего белья нет, ноги босые, на голове довольно развратный макияж и венок из кореньев в волосах.
Я сместился чуть дальше и увидел нечто похожее на алтарь, где лежала девушка помоложе — обнажённая, тело разрисовано невнятными символами, а над ней стоит тот мужик в костюме. Что за хуйня у них тут происходит?
— Зачем тебе она? — ныла на коленях женщина в сорочке. — Тебе мало меня и остальных?
— Ещё раз назовёшь меня на «ТЫ» — отправишься в список жертв нашему богу! — злобно прошипел мужик.
— Прости меня, о Великий Пастырь! Прошу, не наказывай! — взмолилась женщина, кидаясь к нему в ноги.
— Впредь, знай своё место, — фыркнул мужик, занося заточенный сувенирный брелок над левой рукой. — Я возрождаю род человеческий по воле божьей, пока вы, бесполезные курицы, не можете забеременеть! Не мешайся! — пастырь сильно пнул от себя женщину.
«Хм, до боли знакомый жест и пульсирующие вены. Он ведь задумал оживить эту девушку тем способом, который я использовал на крысе. Чисто из любопытства — сколько он на неё крови прольёт? И как долго ждать оживления», — задумался я.
Умом я догадался, что этот ушлый чёрт проснулся, как я, в остановленном времени утром понедельника, а когда выяснил, что может оживлять себе людей, то устроил локальную секту с собой во главе. Мразь он, конечно, но какой бэкграунд себе сочинил! Не удивлюсь, если священное писание выдумал, пока сходил с ума в одиночестве.
— Именем Покровителя! Заклинаю тебя, заблудшая душа — вернись к нам из лап смерти! — торжественно произнёс пастырь, разрезая пульсирующую вену на тыльной стороне ладони.
Как я и ожидал, крови он вылил предостаточно! Облил девушку на алтаре с ног до головы, а потом сел перед алтарём на колени, закрыл глаза и начал бормотать нечто, похожее на заклинание. Побитая женщина с восхищением смотрела на своего пастыря, не смея даже вздохнуть.
Остановить этот цирк я физически не мог — уже пробовал касаться и пастыря, и его подопечной, но с живыми людьми я взаимодействовал реально как призрак. Если б мне предложили выбирать, то я бы предпочёл летать сквозь стены, но людей трогать.
Минут через пять, девушка на алтаре вздрогнула, резко вскочила на ноги и в панике озиралась по сторонам. Когда поняла, что стоит голая перед незнакомцами, начала истошно визжать.
— Наташа! Нас посетило очередное чудо нового рождения! Зови остальных!
— Сёстры! Сёстры! — заговорила женщина, когда разрешили.
Наташа побежала в другую комнату, а вернулась уже в компании женщин и девушек разных возрастов. Я и так смотрел на пастыря с отвращением, но когда увидел совсем мелких девочек, лет двенадцати, не больше, в конце свиты…
— Больной ублюдок! — слова сами сорвались с губ. Исходя из одежды девочек, не трудно догадаться, чем он этот урод их оживил!
— Кто здесь?! — вдруг округлил глаза пастырь.
От его внезапного вопроса заткнулась даже «воскрешённая».
— Это я — твоё божество! — с насмешкой ответил я.
— Господин мой! — обрадовался пастырь. Кажется, эта игра в спасителя рода людского для него — и не игра вовсе! Поплыл мужик умом основательно!
— Покровитель заговорил с Пастырем! — зашептались женщины.
— Тихо! — шикнул на них мужик. — Я должен слушать всё, что говорит Владыка!
— Хочешь слушать, да, — честно говоря, хотелось втащить ему за всё хорошее, а не говорить. — Ну так слушай! Сейчас явится мой посланник! Тебе надо крепко обнять его и попросить прощения!
— Да, Ваше Благородие, всё будет исполнено! Но… как я его узнаю? — немного замялся пастырь.
— Ты узнаешь его! Он примет твой облик, но будет сиять светом очищения!
— Но как же… — в глазах мужчины вдруг закралось отчаяние. — Ваша Милость!
— Смеешь ослушаться меня? — максимально грозно заявил я.
— Ваш посланник он… он же…
— Я знаю, чем занимается мой посланник! Исполнять! — хладнокровно велел я.
Тут как по заказу прогремел гул, заставивший женщин упасть на колени и сжаться от страха.
— На всё Ваша воля, — смиренно произнёс пастырь и отправился на улицу.
Его Спарк уже поджидал во дворе, бродя странным маршрутом. Мужчина медленно направлялся к монстру под причитания его женщин, а я стоял в предвкушении — страсть как хотел, чтобы эта паскуда получила сполна!
Но меня обломали. В глазах помутнело, я схватился за голову. Всего секунда — и я уже стою в родном обмундировании, держу того мужика за пятку. Я брезгливо одёрнул от него руку — знал бы, чем он промышляет, никогда бы не коснулся!
И хорошо, что я успел убрать руку! Тучное тело пастыря вздрогнуло: его обильная опухоль на теле начала увеличиваться как на дрожжах, выкачивая из его тела все соки. Мерзкая масса надулась содержимым мужика, с влажным чмоканьем отсоединилась от его иссохших останков, смачно приземлилась на асфальт, а потом потекла куда-то в центр круга из летающих людей.