Эльфдом
Шрифт:
«Да, я поняла это и, поэтому, забросила их. В первый раз я применила заклинание, пытаясь спасти жизнь Ветроволку».
Пони покачал головой. — «Ты была права насчет эльфийского. Запускающее слово относится к древнему эльфийскому, оно похоже на те, что использовал Клан Кожи. Я не достаточно знаю о заколдовывании, чтобы распознать все, доми. Волк должен знать больше». — Он увидел ее удивленный взгляд. — «Домана изучают эсва своего клана и заколдовывание».
Тинкер вздохнула — он еще раз напомнил ей, что она не знает основ, которые должна знать. Интересно, Ветроволк уже вернулся с очередных напрасных поисков лагерей Они? Она нахмурилась, вспомнив, что домана Клана Камня всегда сопровождают Ветроволка. А это заклинание напечатано на компьютере или…»
Тинкер повернулась к Пони и Яростной Песне. — «Воробьиха владела заколдовыванием?»
«Нет, доми», — ответил Пони.
Тинкер снова нахмурилась, факты сложились в логическую цепочку. — «Воробьиха умела ездить на автомобиле. Она могла работать на компьютере?»
Яростная Песня рассмеялась. — «Она водила отвратительно. Могла с трудом использовать телефон. Теперь понятно, почему она пыталась научиться всему этому, но она ненавидела технику. Компьютеры были ей неподвластны».
Тинкер показала листок с заклинанием. — «Кто же тогда его напечатал? Очень сомневаюсь, что Клан Камня настолько хорошо владеют компьютерной техникой, чтобы составить и распечатать заклинание».
«Они могли помочь им», — подсказала Яростная Песня. — «Для этого им нужно было только отсканировать одну копию заклинания».
Тинкер обдумала это. Некоторые Они, особенно те, что выросли на Земле, как кицунэ Чио, умеют пользоваться компьютерами достаточно хорошо, чтобы провернуть всю процедуру. Но что-то не складывалось. — «Снова не совпадает время. Клан Камня только недавно прибыл в Питтсбург, и Настоящее Пламя сразу начал гонять их кругами по окрестностям под своим присмотром. Должен быть кто-то еще кроме Воробьихи и Клана Камня. В Питтсбурге нет других домана?»
Ее Рука покачали головами.
«Мы бы знали», — ответил Пони. — «Домана не путешествуют скрытно».
Правда? Учитывая, что на несколько тысяч эльфов Питтсбурга приходится только пять домана, секаша могли без труда проследить за передвижениями всей касты. Сколько же домана живет на Эльфдоме? Пара тысяч? Несколько сотен? Меньше сотни? Ей нужна информация.
«Кто еще может знать о заколдовывании и компьютерах?» — Спросила Тинкер. — «Лекари в больнице?»
Воины снова отрицательно покачали головами.
«Их магия не относится к заколдовыванию», — объяснил Пони.
«И вряд ли они знают компьютеры лучше, чем, скажем…» — Яростная Песня задумалась, подбирая идеальный пример — «Призрачная Стрела».
Тинкер скривилась — она знала, что Первый Ветроволка отъявленный технофоб. — «Кто обучается заколдовыванию? Только домана?»
Эльфы кивнули.
Она уставилась на заклинание — в голову тихой сапой пробрался самый скрытный и вероломный вариант. Заколдовывание создал Клан Кожи. Высокородные Они подняли заколдовывание до уровня, немыслимого на Эльфдоме. Раз это образец магии Они, и он написан на эльфийском, значит высокородные Они совсем и не Они. — «Клан Кожи мог сбежать на Онихиду?»
Надежно спрятав все опасные улики, указывающие на заколдовывание, они поехали к Мак-Дэрмотту. В салоне Роллса царила мрачная вдумчивая тишина. Сейчас тела детей уже должны превратиться в маленькие кучки остывшего пепла. Их судьба могла быть только верхушкой огромного айсберга.
«У нас нет никаких доказательств», — наконец пробормотала Яростная Песня.
Пони сидел за рулем. В свете приборной панели было видно как он строго посмотрел на Яростную Песню.
«Все потребуют доказательств», — продолжила она. — «Мы не можем убедить их только смутными домыслами. Мы будем выглядеть как дети, боящиеся грозы».
Тинкер предложила одно слабое доказательство. — «Как Воробьиха собиралась контролировать Они после победы над домана? Если высокородные Они и есть Клан Кожи, значит Они уже находятся под их контролем».
Во взгляде Пони, не сводящего глаз с темной дороги, отразилась боль. — «Доми, если ты веришь в это, я уверен, что ты права. Яростная Песня тоже не ошибается, говоря, что другие потребуют доказательств».
Тинкер откинулась на сиденье. Если бы она могла быть настолько уверена, как Пони. Его вера в нее просто поражала. — «Нет, я могу ошибаться. Это просто догадка».
«Твоя мать очень сильная интаньаи сейоса». — Яростная Песня использовала эльфийское название, обозначающее тех, кто может видеть будущее. — «Этот дар передается по материнской линии. В тебе он тоже есть».
Тинкер недоверчиво фыркнула.
«Я видела тебя на гонках, Возлюбленная», — сказала Яростная Песня. — «Ты безрассудно агрессивна, потому что используешь свой дар, чтобы прокладывать себе путь».
Тинкер и самой было не по душе работать без твердых доказательств. Наука основывается на фактах, а не на догадках. Но эта догадка разъедала ее изнутри.
Внезапно Яростная Песня заорала «Наружу!», распахнула дверь, схватила Тинкер за пояс и выскочила вместе с ней в темноту ночи. Они рухнули на дорогу (Яростная Песня взяла на себя весь удар) и прокатились по жесткому асфальту. Воительница накрыла их обеих сверкающим синим щитом. Через секунду Роллс взорвался. Тинкер вскрикнула от боли и ужаса — на них обрушилась волна испепеляющего жара и оглушительного рева. Пони!
Яростная Песня прижала Тинкер к плечу, заглушив ее крик. — «Тшш». — Воительница перенесла ее в укрытие за бетонной плитой. Прозвучал второй взрыв — рванул бензобак, дорогу вокруг них осыпало остатками автомобиля. Над бушующим пламенем поднялся столб черного густого дыма.
Тинкер крепко сжала зубы, не давая выйти наружу боли и отчаянию. Кто-то сбил Роллс ракетой. Успели ли все остальные вовремя среагировать на предупреждение Яростной Песни? Они живы? С правой рукой определенно что-то не так — она будто охвачена огнем. Тинкер не могла пошевелить пальцами, не могла вызвать щиты. Арсенал в багажнике Роллса начал взрываться, оглашая окрестности периодически повторяющимися выстрелами.