Эльфдом
Шрифт:
Они медленно и нежно дарили свою любовь друг другу. После этого, она уткнулась мокрой от слез щекой в его плечо, и они остались лежать не размыкая объятий.
«Он никогда не понимал», — загадочно прошептала она. — «А ты понимаешь».
Масленка не спросил ее о смысле этих слов, боясь, что она разочаруется в нем.
ГЛАВА 18: ПОСЛЕДСТВИЯ
Эсме сразу зашла к Лейн, не позвонив в древний механический дверной звонок. Тинкер пораженно застыла на пороге. Лейн приучила ее звонить и ждать, пока она откроет дверь. Только невежественные дикари без спроса вламываются в дома.
«Лейн!» — голос Эсме эхом отразился от стен коридора, она пошла дальше.
Опять же, Лейн обычно наглухо запирала дверь, поэтому и приходилось пользоваться звонком. Странно, что она оставила ее открытой на распашку ночью — хотя все ее соседи астрономы явно не спали.
Тинкер посмотрела на Пони. Он кивнул, на его лице тоже отразилось беспокойство. Она согнула пальцы в вызывающем заклятии, и они проследовали за Эсме вглубь погруженного в темноту дома.
Лейн находилась в тускло освещенной лаборатории, расположенной в дальнем конце дома. Рядом с микроскопом в ожидании их стоял кувшин с лимонадом и тарелочка с сахарным печеньем. — «Не знаю, почему я вдруг решила, что вместе вы обе можете сделать что-то вовремя. Упаси боже вам поспешить только из-за того, что кто-то ждет вас».
«Все усложнилось», — защищаясь, ответила Тинкер. Она жестом просигналила Руке отбой.
«Ты рассказала ей?» — спросила Лейн.
Эсме рассмеялась, увидев растерянность на лице Тинкер, пока та пыталась сопоставить вопрос с шестью часами нелегального сбора образцов ДНК и кремацией детей. — «Да, она рассказала мне». — Эсме заключила сестру в объятия. — «Боже, ты говоришь прямо как мама. И выглядишь как она».
Лейн горько рассмеялась. — «Мама даже при смерти была идеально накрашена».
«Точно, но ты не должна быть такой старой».
«Мне повезло стать старой», — ответила Лейн. — «Это значит, я еще жива».
Эсме еще крепче обняла ее.
«Ну прекрати. Я еще злюсь на тебя за то, что ты ушла и чуть не позволила себя убить».
«Я только хотела, чтобы ты была в безопасности и радовалась жизни».
«Как будто я была бы счастлива, зная, что ты пожертвовала собой ради меня». — Но Лейн все же смилостивилась и тоже обняла Эсме. Тинкер неожиданно почувствовала укол ревности. Не считая Тинкер, Лейн держала всех на расстоянии вытянутой руки. Было невероятно сложно принять, что кто-то еще может добиться от нее ласки. — «Ты еще не списана с моих черных списков по целому ряду причин».
Эсме рассмеялась. — «Теперь ты говоришь как Нана».
«Перестань старить меня!» — Лейн изучила усы на лице сестры. — «Мне точно стоит все знать?»
«Мне надо было попрактиковаться в моей технике незаметного сбора ДНК, перед тем как применять ее на незнакомцах». — Тинкер высыпала палочки из сумки.
Лейн смущенно взглянула на образовавшуюся кучу. — «Сколько образцов тебе удалось собрать?»
«Сколько палочек ты дала мне?»
Лейн покачала головой. — «Стоило догадаться, что ты на малом не остановишься. Хорошо, что я дала тебе только сотню. Ты же знаешь, у кого брала образцы?»
Тинкер кивнула. — «Я составила список». — Она нашла список имен с соответствующими им номерами палочек. Учитывая длину эльфийских имен и необходимость быстро записывать информацию, она использовала код вместо целых слов. — «Я сделала его в виде шифра».
«Это хорошо». — Лейн разрывалась между воодушевлением и тревогой. — «Ты уверена, что тебе ничего не будет за это? Я изучила договор. Если мы уничтожим все сейчас, не проводя тестирование, то мы чисты перед законом».
Эсме рассмеялась. — «О, никто не догадался, что их настигло».
Тинкер сердито глянула на Эсме. — «Договор меня волнует меньше всего, и нет, не уничтожай их. Похоже, никто не просек, что случилось». — Рики мог подозревать что-то. Он лучше всех знал, что она способна провернуть у всех на виду. Но вряд ли он расскажет о своих подозрениях Вивернам. Она нужна тэнгу живой и здоровой, чтобы защитить их.
Эсме продолжила ухмыляться, глядя на нее.
«Что?» — спросила Тинкер.
«Просто ты», — Эсме сымитировала звук падения и пропахала рукой воздух. — «идешь прямо сквозь людей. Это очень забавно».
Тинкер еще раз сердито посмотрела на нее и повернулась к Лейн, которая собирала палочки. — «Первые три — мертвые дети. Я — четвертая, на случай, если ты уничтожила мои предыдущие образцы. С пятой по девятую — моя Рука. Четыре остальных ребенка раскиданы среди остальных. Я не хотела показать, что они были моей основной целью. Я цапнула и Радость — она еще один ребенок Клана Камня, но до нее Они не добрались. Номер девяносто пять».
«Хорошо. Она будет контрольным образцом». — Лейн сложила палочки в ящик и закрыла его на замок. — «Я отсканировала заклинание. Мне надо распечатать еще несколько копий».
Тинкер посмотрела на распечатки на принтере и обнаружила, что Лейн уже сделала дюжину копий. — «Тебе действительно необходимо воспользоваться заклинанием? Ты не можешь использовать свою лабораторию?»
«Возможно, заклинание производит не только простое сканирование ДНК. Пока мы знаем только то, что оно может предсказать, каким станет ДНК детей после генной модификации. Неизвестно, принадлежат ли найденные тобой снимки детям, и традиционный снимок из лаборатории может сильно отличаться от полученного при помощи заклинания».
Тинкер кивнула, поддерживая логику Лейн. — «Мне надо поговорить с тэнгу. Они могут знать, что заколдовывание Они…» — Тинкер нахмурилась, глядя на заклинание. — «Черт. Это тоже эльфийская магия».
«Ты уверена?» — спросила Лейн.
Тинкер медленно покачала головой. — «Не совсем». — Она передала лист Пони. — «У меня есть только небольшой опыт работы с лечебными заклинаниями. Вы с дедушкой были явно против моих экспериментов с ними».
«И тому была причина», — ответила Лейн. — «Ты могла убить кого-нибудь, неправильно использовав заклинание».