Чтение онлайн

И тут один из них, сутулый и обмякший, совсем не спецназовец по выправке, стягивает с лица черную маску — и Слава отказывается верить своим глазам: в лихой форме не кто иной, как Константин Дмитриевич Меркулов.

Но, прежде чем Грязнов успевает решить, что предпринять, со второго этажа спрыгивает прямо под ноги спецназовцам Валерка Чекалин и орет в щенячьем восторге:

— Константин Дмитрич!..

Насторожившиеся было бойцы опускают автоматы.

Меркулов, растерянно и радостно улыбаясь, протягивает к парню руки. Валерка бежит навстречу, всего каких-то пять шагов… Чей-то встревоженный возглас… Валерий оглядывается, изо всех сил выпрыгнув вперед, обхватывает за плечи Меркулова и вместе с ним падает на жухлую траву двора. Но, прежде чем его тонкое стройное тело коснулось земли, несколько свинцовых ос впились ему в спину, выдрав белые клочки ваты из армейского бушлата…

Стрелял тот, из беседки.

Пока бойцы колготились возле упавших, убийца выскочил из беседки и, петляя, побежал к дому. Расчет его был прост: в дом, а там по квартирам — и на улицу. Но ему нужно было пробегать мимо гостеприимно открытого окна, за которым прятался Величко. Беглец оглянулся, забросил в открытое окно автомат, зацепившись руками за подоконник, попробовал вскочить в комнату, но в этот момент Олег ударил его ногой по закрывающему лицо плексигласовому щитку. Беглец упал, но проворно поднялся, чтобы попасть в крепкие захваты бойцов спецподразделения, подоспевших вовремя.

Подбежал Грязнов, деловито и беспощадно, цепляя за волосы и уши, стянул с обмякшего убийцы шлем и маску, открыв сырому, пронизывающему ветру очень бледное лицо Юрия Андриевского.

— Так это все-таки ты, сука!..

Константин Дмитриевич Меркулов стоял на коленях, придерживая голову распростертого перед ним Валерки Чекалина, и глухо приговаривал:

— Что ж ты прыгал, дурачок?.. Я же в бронежилете…

ИЗ МАГНИТОФОННОЙ ЗАПИСИ

ДОПРОСА ПОДОЗРЕВАЕМОГО

АНДРИЕВСКОГО ЮРИЯ

…Начальник русского отдела ЦРУ Дэвид Кук, выступающий под именем работника госдепартамента Джона Кервуда, завербовал меня, когда раздобыл неопровержимые доказательства моей работы в фирме «Хантала ойл лимитед». Я вынужден был пойти на сотрудничество с американской разведкой, потому что работа в этой фирме, как, собственно, ее существование, уже являлось государственным преступлением. То, что фирма торгует нефтью, было только официальным прикрытием. На самом деле «Хантала» занималась поставками крупных партий вооружений для любых юридических и физических лиц в странах СНГ и за рубежом.

За время работы на Кука, примерно полтора года, я передал ему несколько раз закрытую информацию из отдела «С», которым руководит мой тесть Пермитин Эдуард Геннадиевич. Кроме того, я выдал Куку крупного резидента русской разведки в Канаде.

Наезд Регионального управления по организованной преступности на московское отделение фирмы «Хантала» по времени совпал с просьбой Кука продать ему структуру, состав и принципы подготовки бойцов спецподразделения ГРУ и МВД под названием «Ангелы ада». Когда работники РУОП выяснили, что все важнейшие документы фирмы и финансы переправлены в Грозный, где находится филиал «Ханталы», я решил поехать и на всякий случай удалить из всех документов свою фамилию. Просто на всякий случай. По счастливой случайности я узнал, что одним из руководителей проекта «Ангелы ада» является мой приятель из ГРУ полковник Скворцов. У него были нелады в семье и другие неприятности, на чем можно было сыграть. Так он мне сдал ту группу, которую готовили для устранения Дудаева. Я знал, что его удаление и затухание противоборства Москвы и Грозного очень многим невыгодно. Особенно это не устраивало новых военных, часть членов правительства и, главное, Николая Королева, шефа «Ханталы». Я взял от них крупные кредиты под это дело, не буду же я тратить свои деньги…

Вопрос: Которые вам платил Кук?

Ответ: Да. И не только… В общем, за эти деньги я перекупил всех бойцов Скворцова. В Грозный мы поехали одновременно, и пока Скворцов, сидя в пригороде, ждал своих соколов с победой, они выполняли мою задачу: уничтожили архив «Ханталы», а заодно убрали моих коллег по фирме братьев Аслангиреевых. Они да еще Королев знали о моей роли в «Хантале», о моей ключевой роли…

Когда мы приканчивали Аслангиреевых, нас чуть не переловили боевики. Под прикрытием «ангелов» удалось уйти, правда, двоих потеряли.

Кто-то опознал меня тогда, скорее всего, Исмат Хожаев. Его вместе с Буряком послали на перехват. И они нас почти перехватили. С этого все и пошло наперекосяк. Ошибка моя состояла в том, что я заметался и наследил. После того как завез Кука в больницу, примчался к Скворцову, там никого нет, пошел на шумок, вышел на место, так сказать, происшествия. Я тоже подумал, что в портфеле Скворцова могут быть документы, приготовленные для меня. Кук обеспечил меня всеми новейшими шпионскими штучками. К оперуполномоченному МУРа Грязнову просто было проникнуть, в прокуратуру к Турецкому сложнее — надо было усыплять охранника. Расчет на то, что он проснется, проверит замки и не сознается, оправдал себя. У обоих я, кроме того что искал портфель и химикатами уничтожил его содержимое, еще поставил «жучки» для подслушивания.

Мещерякову убил я, она могла сказать, что я ездил с ними и Куком в Грозный в одно время со Скворцовым. Я не знал тогда, что их видел свидетель на Минском. Петрова-Буряка убил Крот по моему приказу. Ему же я поручил убрать следователя Турецкого…

Мы долго не могли «расколоть» Андриевского. Он не признавался ни в чем, пока я не разозлился и не решил его достать, просто так, чтоб сделать себе приятное.

— Юрий Владимирович, я ведь знаю, почему вы упираетесь. О деньгах думаете, которые вас ждут в некоторых не наших банках. Думаете, перетерплю, вырвусь отсюда, а там!..

Я начал перечислять ему суммы и время, в которое он приносил деньги Моисееву. Я видел, как меняется его лицо.

— Видите, все ваши финансовые операции нам известны.

— Ну и что?

— Семен Семенович Моисеев — наш сотрудник. Путем сложной оперативной игры мы вывели вас на него, — вдохновенно блефовал я. — А он аккуратно менял ваши денежки на меченые, которые затем изымались из ваших любимых банков в доход того государства, интересы которого вы были призваны защищать по долгу службы. Мы можем устроить вам очную ставку, и вы во всем убедитесь лично…

Он поверил. Два дня была истерика, а потом он начал рассказывать все с таким захлебом, словно прошлое держало его за горло.

Пермитин в конце концов оказался прав в своем утверждении, что суд над Андриевским будет вершить только служба. Нашли Юрия Владимировича повешенным в камере Лефортовской тюрьмы. Финита…

А боец Дмитрий Каратаев, позывной Крот, умер в больнице от внезапного обострения. Тот, кто помог ему отправиться в мир иной, наверное, предполагает, что я, как человек до идиотизма совестливый, буду терзаться оттого, что убил человека. Он ошибается.