Чтение онлайн

Будённый напрягся. Он рассмотрел внимательно бледное, вымазанное кровью лицо Кати, провел ее по волосам и сжал пальцы в кулак. Он понял, что его провели дважды. И, главное, кто провел? Его, грозного командарма, перед которым трепещут собственные командиры и бойцы, страшного разорителя деревень и станиц, безжалостного убийцу, чьим именем, будто бы именем окровавленного загробного призрака, казаки-станичники пугают своих детей; его, словно мальчишку, провела вокруг пальца какая-то совсем молодая девка...

– Весь отряд поставлю под пулемет, - внятно и решительно выговорил командарм, - если она сдохнет...

Потом он, вдруг, встрепенулся.

– А где вторая? Где вторая девка?
– быстро спросил Буденный, оглядевшись вокруг.
– Ты сказал, что их было две...

– Ту Сероштан вез. Гей, Сероштан, тяни к товарищу командарму свою!

На крик никто не отозвался.

Буденный нахмурился еще сильнее, когда стало известно, что и Сероштан и пленница бесследно исчезли.

– Вот нечистая сила!
– в страхе пробормотал один, пожилой казак-буденновец, не понимая, чем объяснить такое таинственное происшествие.
– Мабуть, то переворотень був який, чи шо...

А Буденный, который не верил ни в Бога, ни в дьявола, ничего не сказал. Он приказал только немедленно связать и без того неподвижную Катю и под усиленной охраной отправить на новую стоянку. Командарм хорошо понимал, что исчезновение секретных бумаг вместе с неизвестной девкой может привести к неожиданному нападению, и решил немедленно, не теряя ни минуты времени, переменить место лагеря.

Вскоре вся армия двигалась по тайным дорогам и тропам в новый, неизвестный врагу район.

Глава 14. Испытание.

Катя очнулась в какой-то темной, сырой конуре. Снаружи слышался надоедливый, глухой рокот. Открыв глаза и озирая мокрые, покрытые плесенью стены, она долго не могла сообразить, что с ней произошло. Но постепенно мысли у Кати прояснились. Она поняла, что каким-то чудом уцелела в жестокой свалке у переправы и теперь, видно, находится в плену у лютого командарма: от него уж точно не будет пощады. Жалко, не удалось покончить с собой. В горячке боя

Катя забыла вложить в револьвер новую обойму и упала не от своей

пули, а от удара буденновца.

Катю охватила тревога: а что с сестрой? Где Маша? Жива ли она? Скорее всего, если жива, то и она тоже в плену. Тогда их обеих ждет мучительная, жестокая пытка и в конце - смерть от пули.

Вдруг огромная, холодная лягушка прыгнула на голые ноги Кати. Та метнулась испуганно в сторону и, пронзенная с головы до ног мучительной болью, снова потеряла сознание.

...Очнувшись, Катя опять не могла понять, что же еще случилось? Может, это все сон? А может, это... свобода? Вся забинтованная и отмытая от крови, она лежала на чистой постели в белой уютной комнатке. Как вестник жизни и счастья, светлый луч теплого утреннего солнца падал из маленького окна на глиняный пол. Ну, конечно же, это свобода. Катя у своих.

Но... открылась дверь, и в комнату вошел высокий, стройный и совсем молодой мальчишка-буд'нновец. Смущенно моргая, он оглядел Катю.

– Не хочешь попить?
– спросил он, протягивая кружку с холодной водой. Я, вот, тут тебе принес...

Глаза их встретились... и Катя покраснела. Она взяла кружку и дрожащими губами жадно припала к ней, чувствуя, как вместе с

водой в ее тело вливаются новые силы.

Только теперь Катя услышала уже знакомый ей странный рокот за окном. Инстинктивно она напряглась.

Вдруг дверь с шумом раскрылась, и на пороге появился сам командарм Буденный в сопровождении одноглазого палача.

Злой, тусклый глаз исполнителя заставил Катю содрогнуться от страха: она вдруг ясно, отчетливо поняла, что ее раны перевязаны врагами лишь для того, чтобы возвратить пленницу к жизни на новые муки, а после этого и на жестокую смерть.

– Выйди, Мишка, - приказал Буденный, обращаясь к мальчишке. И в его голосе Катя услышала даже какую-то теплоту и нежность.

Бросив быстрый, растерянный взгляд в сторону Кати, юноша покорно вышел.

Командарм сел на широкую дубовую скамью около пленницы и равнодушно, без выражения, оглядел девушку.

Сняв с плеча кожаную сумку, одноглазый пристроил ее в углу. Сам в ожидании дальнейших распоряжений встал у двери.

В сумке что-то зазвякало...

– Итак, - зловеще спокойным тоном начал Будённый, - с кем я имею удовольствие разговаривать? Надо полагать, не с Мельниченко?

– Нет, Мельниченко наши захватили в плен, вместе с его отцом-комиссаром. А я дочь казака-офицера Ивана Григорьева из хутора Яблонного, которое сожгла твоя банда, - просто ответила девушка, решив выдержать испытание до конца.

Будённый кивнул:

– Ивана Григорьева?.. Ты его дочь?.. Это хорошо. Хорошо, что ты не отпираешься. Если и дальше все пойдет также гладко, может случиться, что мы даже договоримся с тобой. Итак, ты проникнула в мой штаб. А знаешь ли ты, что ждет тебя за шпионаж?.. Знаешь?

– Пытка и смерть, - спокойно ответила Катя.

– Правильно. Ты не ошиблась, маленькая гадюка.
– Буденный зло улыбнулся.
– У нашего одноглазого товарища давно уже не было такой интересной работы.

Катя невольно глянула на палача. Отвратительно ухмыляясь, этот одноглазый зверь сидел на корточках и корявыми, как клешни, руками рылся в кожаной сумке. Его сверлящий глаз тускло поблескивал. У Кати все перевернулось внутри. Но она сразу же взяла себя в руки и отвернулась к стене.

– Ну, так вот, девчонка, - снова заговорил Буденный, хватая Катю за волосы и поворачивая лицом к себе.
– Если ты хочешь, чтобы тебя расстреляли сразу же, без мучений и неприятностей, сообщи нам сейчас, куда делись украденные тобой бумаги и та девка, которая была вместе с тобой.

– Как?
– воскликнула Катя.
– Маша спаслась?!

По лицу у Кати прошла радостная, счастливая улыбка, которую она и не пыталась скрыть. Маша жива, она на свободе!..

Будённый нахмурился и задрожал. Эта девчонка улыбается! Она его не боится! Командарм сжал кулаки от ярости: