Чтение онлайн

— Полной уверенности в том, что в городе действуют агенты разрушителей, у нас нет. — сообщила Маарет. — Возможно, твой Иванов и его начальство всего лишь коррумпированные люди, желающие нажиться на тотализаторе. Это маловероятно, но возможно. Мы не будем тратить целую услугу, чтобы это проверить. Это предстоит сделать тебе.

В итоге проверять теорию упырей предстояло мне. А если выживу, то еще останусь должен им одну услугу. Всегда считал, что бизнесмен из меня бы не вышел. Данный случай это только очередной раз подтвердил.

Правда, отправили меня не с пустыми руками, а снаряженным так, как я не во всякий рейд, еще на службе, ходил.

Для начала — изменили внешность. Вручили небольшой, практически неуловимый для сканирования артефакт, который превращал меня в другого человека. Сами немертвые такими пользовались, когда приходилось выходить из этого своего теневого тумана, и представать перед зрителями. Так, собственно, в сети и появились многочисленные фото и видео с якобы настоящими вампирами. На деле же, людям показывали то, что они желали увидеть.

Амулет можно было настроить на любую внешность, если, конечно, уметь им пользоваться и иметь хороший запас маны. Со вторым у меня особых проблем не было, а вот с первым… Говоря честно, он оказался для меня сложноватым.

Помниться в юности я очень любил играть в онлайн-игры. В некоторых из них имелся редактор персонажей. А в особо крутых — очень мощный редактор персонажа, в котором можно было отрисовать каждую черточку лица героя — которого потом будешь видеть только со спины.

Так вот, амулет вампиров был чертовски мощным редактором персонажа. Со множеством настроек, в каждую из которых были встроены еще настройки, а в них — еще. Провозившись с ним около часа, я смоделировал внешность непримечательного пожилого интеллигента, а Маарет придала ей необходимую глубину и достоверность. А потом произнесла слово-активатор.

В жизни я довольно много был бит — и на службе, и потом, на гражданке. Но то, что испытало мое лицо, когда начала работать вампирская магия, со мной еще не случалось. Сказать, что было больно — ничего не сказать. Словно бы великан с очень толстыми и сильными пальцами вдруг взял лицо в ладони и начал его мять. Длилось это секунд десять. Когда я перестал орать и материться, Маарет поднесла мне к носу зеркало, и я увидел там совершенно чужого человека.

— Собственный источник маны у артефакта небольшой. Его хватит на три-четыре минуты автономной работы. Поэтому, питаться он будет из запаса носителя. — сообщила она. — Твоего хватит часов на тринадцать, поэтому следи за временем. Потом будет откат, внешность вернется к исходной. Носить его нужно на груди, беречь от сильных ударов.

Одного только изменителя внешности было достаточно, чтобы действовать вполне эффективно, ведь теперь я сделался практически невидимым для камер наблюдения. Но кровососы расщедрились и выдали, в довесок к моему пистолету, еще и холодное оружие. Первый раз взяв его в руки, я никак не мог определиться — это длинный кинжал или все-таки короткий меч? Даже хотел отказаться — в качестве холодняка я предпочитал более привычные ножи, а с этим как вообще действовать?

Но немного с ним поработав, понял, что был к кинжалу несправедлив. Он был легок, ухватист и легко вписывался во все знакомые мне связки. А его прочность и острота просто поражала воображение. Почти без усилий я отрезал уголок стола, за которым сидел и с удовлетворением увидел чистый срез. Будто не прессованную древесину резал, к которой лучше с пилой подходить, а пенопласт.

Ну и напоследок мне выдали напарника. Я почти не удивился, когда узнал, что им будет Маарет да Воль.

— Но зачем? — удивился я. Хотелось добавить киношную фразу про "я работаю один", но, во-первых, я уже давно не "работал", а во-вторых — диверсанты вовсе не одиночки, как представляют люди несведущие, а командные игроки.

— Контроль. — вполне человеческим жестом пожала плечами девушка. — Поддержка. Но больше — контроль. Мы хотим выяснить, что происходит, а не удовлетворяем твое желание мести.

— Да ничего бы я с ним не сделал! — не слишком искренне возмутился я, имея ввиду, конечно же, Иванова.

— Рада это слышать.

Часы показывали около пяти часов дня, когда мы с Маарет добрались до управления ФСБ края. Где я тут же начал реализовывать свою задумку.

Можно было бы посидеть неподалеку от выхода, срисовать Иванова и потом сесть к нему на хвост, но… Даже в облике старичка я буду вызывать подозрения, если начну часами крутиться у здания, полного безопасников. Меня обнаружат через камеры, затем поставят на наблюдение, а позже может и для беседы "пригласят". Другое дело — самому сунуться в пасть дракона.

Больше всего на свете любой представитель государственной власти, неважно, гражданской или военной ветви, боится активных граждан. Тех самых опасных деятельных старичков и старушек, которые легко могут втянуть тебя в двухчасовую историю о парковке в неположенном месте. Любой из полицейских и даже безопасников знает: увидел такого жалобщика — кинь в него своим молодым коллегой! Ведь отказать гражданину в приеме нельзя. А новичка не жалко, да и вообще, судьба у молодых такая — страдать.

Но главное, при всем том шуме, что производят бдительные граждане, добравшиеся в своей тяге к справедливости до свободных ушей, для всех остальных они остаются словно бы невидимыми.

"Лишь бы только артефакт не подвел!" — думал я, входя в святая святых местного ФСБ, и останавливаясь напротив дежурного офицера.

— Вы к кому? — строго спросил парень темно-синем мундире с васильковым кантом.

Взгляд у него был тренированный, жесткий. Словно не человек смотрел, а рентген тебя просвечивал. При этом, лицо приветливо улыбалось — профессиональное.

— Я хотел бы поговорить с вашим начальством. — начал я домашнюю заготовку.

— С какой целью? — не меняя выражения лица уточнил дежурный.

— Боюсь, молодой человек, я не могу этого сказать вам. — скорбно поджал я губы.

Любой, имеющий хоть какой-то опыт общения с гражданами силовик, на этой фразе должен был распознать опасность. У дежурного такой опыт имелся, я прямо видел, как в его глазах появилась обреченная тоска.

— Могу я взглянуть на ваши документы?

— Конечно. — я тут же протянул ему идентификационную карточку, изготовленную немертвыми под мою нынешнюю внешность.

— Степан Вячеславович? — он вгляделся в документ.