Чтение онлайн

— Ладно… — прохрипел я, хотя и не понимал, что ее так взбесило. — Чего завелась-то?

Она не ответила. Разжала руки, и я сполз по стене. Глаза исчезли, зато стал различим источник света в центре комнаты. Куда я и направился. Маарет уже сидела там. Я поднял свой опрокинутый стул и опустился на него.

— Вампирским правилам поведения не обучен. — хмуро сообщил я женщине. — Прости, если чем обидел.

— Ты прости. — к моему удивлению, вампирша виновато улыбнулась. — Чужаки редко видят меня, ты один из немногих. Я забылась и отреагировала неверно.

Сказанного было достаточно, чтобы понять — такая реакция немертвой была связана с ее внешностью. Ну, прямой же посыл — ее видели немногие, я один из немногих. Видя ее, я что-то сказал, она обиделась и вот так отреагировала. А что я сказал? Да в общем-то, я даже не успел толком, начал было спрашивать про этих самых разрушителей…

Стоп. Я ее назвал красавицей. И не успел договорить, как она уже впечатала меня в стену. Выходит, оскорбило ее именно это слово? Но, почему? Для вампиров это неприемлемо? Внешность нельзя отмечать? Она уродина по меркам своего вида?

Ладно, отложим пока в сторонку. И запомним, что к ней нельзя обращаться подобным образом.

— Маарет да Воль, ты можешь рассказать мне теперь о том, что заинтересовало немертвых? Почему вы решили отойти от своих же правил и вмешаться в происходящее?

— Могу. Из-за разрушителей. Они пришли и в ваш мир.

Сказано это было почти равнодушно, но мне удалось уловить нотки тоски и гнева в ее голосе. Кажется, вампиры уже встречались с разрушителями. И не остались довольны знакомством.

— А подробности будут?

Молчание в ответ. Затянувшееся на пару минут. Потом короткий ответ.

— Позже. Ты сказал, что хочешь, чтобы власти этого города узнали о продажных безопасников при каких-то определенных обстоятельствах. Каких?

— Мой смерти или, если они не выполнят мои требования.

— Если они не отпустят твоего товарища, и не оставят вас обоих в покое? — уточнила Маарет да Валь.

— Верно.

— Они не оставят вас в покое. Им не дадут. То есть — в случае твоей смерти?

Такая постановка вопроса мне не понравилась. Нет, я принимал свою возможность погибнуть в этой странной и запутанной истории, но все же пока планировал выйти из нее живым.

— Пусть так. А что значит — им не дадут? Кто не даст?

— Разрушители.

— Черт! Прошу прощения. — у меня возникло ощущение, что в своей беседе мы ходим по кругу. — Маарет да Воль, мне действительно нужны подробности! Ты можешь уже, наконец, рассказать кто это такие?

— У вас есть такое насекомое. Называется саранча. Бедствие для полей. Я правильно говорю?

— Да, есть.

— Разрушители — саранча. Они приходят в новый мир и пожирают все, что могут пожрать. Так погиб мой мир. И другие миры. Так может произойти и с вашим.

— И эфесбешники с ними спутались?

— Разрушители всегда действуют по одной схеме. Сперва создают агентов влияния. Из тех, кто готов ради богатства и личного возвышения, предать своих. Таких всегда много в любом из миров. В нашем было также.

Понятнее не стало. То есть, я совершенно спокойно допускаю мысль, что среди людей полно тех, кто способен предать не то что родину — весь свой вид. Но у них должна быть цель. Или достойный повод, скажем, ненависть или жажда мести. Здесь же замешаны деньги. Пусть даже — очень большие деньги.

Из чего возникает вопрос. Если мои "грязные копы" связались с разрушителями, они ведь должны отдавать себе отчет в том, что вырученными средствами воспользоваться не смогут? Или нет? Они тупые или не понимают с кем связались?

С другой стороны — хоть какая-то определенность.Сила из другого мира. Враг, который желает уничтожить мой дом. Это было… понятно. Очень конкретная категория — враг. Не нужно разгадывать загадки, распутывать многослойные замыслы. Нужно просто найти и уничтожить врага. А я это умел.

— Хорошо. — сказал я. — Как их найти?

Да, я предпочитаю не лезть в чужие дела. Плыву по течению, принимая заказы, и с разной степенью эффективности решая чужие проблемы. Добываю средства — просто, чтобы выжить на этой странной "гражданке", к которой так и не смог привыкнуть. Мне не интересны тайны, интриги, кто за кем стоит и дергает за веревочки. С одним только уточнением — пока это не касается меня лично.

— Никак. — последовал ответ. — Они появляются лишь тогда, когда изменить что-то уже поздно. А до этого действуют руками своих агентов из местных.

— То есть, нужно уничтожить этих продажных сволочей? — я всегда предпочитал оперировать четкими категориями. — Это замедлит или сведет на нет реализацию их планов?

— Но только здесь. Вряд ли они действуют только в одном городе вашего мира.

— Но замедлит? И от нас отстанут?

— Да.

По золотым звериным глазам женщины нельзя было прочесть ничего, а лицо ее было неподвижным, как высеченная из алебастра маска. Однако мне показалось, что в ее голосе, в этом коротком "да", скользнуло одобрение. Кажется, вампирша тоже не принадлежала к клубу любителей загадок.

— Вы мне поможете?

— Это не наш мир. — она отрицательно покачала головой.

Я ухмыльнулся. Надо же, как оно бывает. Совсем недавно, чуть больше суток назад я произнес те же слова, разговаривая с вожаком крысиной стаи. И услышал довольно интересный ответ. Продолжая улыбаться, я сказал.

— Теперь, это и ваш мир тоже, Маарет да Воль. Смирись.

Все-таки прав я был, имелась у них такая возможность. Сошлись на том, что немертвые по своим каналам передадут информацию большим начальникам из гозбезопасности. Если один из нас — я или Зверев — погибнет, естественно. Попытался поторговаться, мол, а почему бы не прямо сейчас это сделать, на что получил четкий, хоть и обидный для меня ответ.