Чтение онлайн

Он поднял глаза. София стояла в дверях. От влажных после душа волос летели искры.

— Собираю твои вьюки, напарница. Мы выезжаем.

— Не смей трогать мои вещи! — Она подбежала, схватила портативный компьютер и прижала его к груди, как любимого ребенка. — Я никуда не еду. Остаюсь здесь.

— А я возвращаюсь в castello. Куда я, туда и ты. Назови причину, которая мешает тебе работать там.

— Их несколько.

— Перечисли.

Она еще плотнее прижала к себе компьютер.

— Мне нужно подумать.

— Пока будешь думать, собирай остальное.

— Я только что все распаковала.

— Тогда ты легко вспомнишь, где что лежит. — Логика Тая была железной. Он счел, что разговор окончен, и вышел из комнаты.

Это раздражало ее. Тайлер застал ее врасплох, не пришедшую в себя после бессонной ночи. И вызывало досаду, потому что она собиралась съездить на север и пару дней поработать вдали от castello.

Сознание того, что она сидит в машине, молчит и дуется, как ребенок, только подливало масла в огонь.

А довершало картину то, что Тай не обращал на нее никакого внимания.

— Мы будем ночевать в разных спальнях, — заявила она. — Пора положить конец этой стороне наших отношений.

— О'кей.

София хотела сказать что-то ядовитое, но небрежное согласие Тая заставило ее закрыть рот.

— О'кей, — выдавила она. — Чудесно.

— О'кей, чудесно. Знаешь, мы отстаем от итальянцев на несколько недель. Похоже, они уже заканчивают посадку новых растений. Вчера я говорил с одним работягой. Он сказал, что погода здесь стояла хорошая, за несколько недель не было ни одного заморозка и началось новое цветение. Если во время цветения не ударит мороз, завязывание пройдет нормально. То есть превращение цветов в ягоды.

— Я знаю, что такое завязывание, — сквозь зубы ответила София.

— Это я так, чтобы поддержать разговор.

Он свернул с шоссе и поехал между невысокими холмами.

— Красивые места. Я не был здесь несколько лет. И никогда не видел их в начале весны.

София их видела, но почти забыла. Спокойная зелень холмов приятно контрастировала с разноцветными домиками; вдоль склонов тянулись аккуратные длинные ряды. Поля подсолнечника ждали лета, далекие горы отбрасывали тень на голубое небо.

О многолюдных Венеции и Милане здесь напоминали только шоссейные указатели. Тут упорно билось маленькое сердце Италии. Земля, напоенная дождем.

Местные виноградники, ее корни и судьба, были разбиты Чезаре Джамбелли, который посадил здесь свою первую лозу. «От простой мечты к великому плану, — думала она. — От скромного семейного предприятия до транснациональной империи».

И сейчас, когда эта империя оказалась под угрозой, она, София, сделает все, чтобы защитить ее.

Она видела винодельню — первоначальное здание и многочисленные пристройки к нему. Фундамент этой винодельни заложил ее прапрадед. Потом сын расширил ее, а остальное достроила дочь сына. «В один прекрасный день я займу ее место», — подумала София.

Полями, раскинувшимися во все стороны, правил castello, стоявший на вершине холма. Величественный и изящный, с фасадом, украшенным колоннами, с рядами балконов, с высокими стрельчатыми окнами, он казался ожившим заветом предков.

Тайлер остановил машину перед домом. На деревьях, росших вокруг дома, уже проклюнулись почки.

— Потрясающее место, — просто сказал он и вылез из машины.

София, не торопясь, последовала его примеру, вдохнула в себя свежий, напоенный запахом первой зелени воздух и залюбовалась открывшимся ей видом. Стены, покрытые декоративной мозаикой, обвивал дикий виноград. Пышно цвела старая груша; лепестки летели по ветру, как снег. Внезапно София вспомнила вкус его плодов, простой и сладкий, и то, как по ее подбородку тек сок, когда она с матерью шла вдоль рядов виноградника.

— Ты хотел, чтобы я это почувствовала… — сказала она Таю, стоявшему по другую сторону машины. — Неужели ты всерьез думал, что я ничего не чувствую? — Она прижала к сердцу кулак. — Или не чувствовала раньше?

— Софи… — дружеским тоном сказал он, опершись о капот. — Я знаю, что ты умеешь чувствовать. Но тревоги могли заставить тебя кое-что забыть. Во всяком случае, сейчас. Слишком трудно сосредоточиться. Теряется общая картина.

— Значит, ты вытащил меня из венецианского пентхауса, чтобы я увидела общую картину?

— В частности. Софи, настало время цветения. Что бы ни было, а растения цветут. Разве можно пропустить такое?

Тайлер подошел к багажнику и открыл его.

— Это что, метафора? — спросила София, присоединяясь к нему и доставая свой любимый компьютер.

— Послушай, я простой фермер. Откуда мне знать, что такое метафора?

— Ага, простой фермер. Поцелуй меня в задницу. — Она накинула на плечо ремень чемоданчика и потянулась за кейсом.

— Извини, но я больше не могу думать о твоей заднице. — Тай вынул свой чемодан и бросил недовольный взгляд на ее вещи. — Почему твой чемодан всегда вдвое больше моего и втрое тяжелее? Я крупнее тебя.

— Потому что я женщина. — Она опустила ресницы. — Наверно, я должна извиниться перед тобой.

— За что? — Он вынул ее чемодан. — На самом деле ты так не считаешь.

— Нет, считаю. Так что давай мириться. — Она открыла чемодан, вынула оттуда косметичку и неторопливо отошла в сторону.

Пилар открыла дверь. По крайней мере, на этот раз она ждала их.

— Детектив Клермонт, детектив Мейгир, спасибо за приезд. Она отошла в сторону, пропустила их и жестом пригласила в гостиную.

— Прекрасный день для поездки за город, — продолжила Пилар. — Но я знаю, как вы заняты. Поэтому прошу прощения за то, что отнимаю у вас время и доставляю лишние хлопоты.

Кофе и печенье были приготовлены заранее. Пока копы садились, Пилар стала накрывать на стол. Когда она отвернулась, Клермонт и Мейгир обменялись взглядами, и Морин пожала плечами.

— Чем мы можем быть вам полезны, госпожа Джамбелли?

— Я надеюсь, что вы подбодрите меня. Хотя знаю, что это не ваша работа. — Пилар передала им чашки. Мейгир удивило, что она запомнила их вкусы.