Чтение онлайн

– Разве я что-то сказала?

– Не сказала, а подумала.

Ваня неожиданно оживился. Ему, по всей видимости, очень не понравилось такое обращение с матерью, и он крепко стукнул Елену Юрьевну кулачком под коленку. Та едва не споткнулась и громко охнула.

Тут уж Наташа не вытерпела и расхохоталась. Неожиданно ей сделалось очень весело и легко. Чего еще желать? У нее растет милый сын, она замужем за хорошим человеком, и бояться ей нечего.

– Полтора года щенку! – изумлялась Елена Юрьевна, оглядывая бутуза, который с храбрым видом стоял перед ней, выставив вперед кулачки. – А уже руки распускает! Как ты его воспитываешь?!

– Да он же за меня заступился, – небрежно ответила мать. – Вы уж очень сердито говорили.

Соседка поджала, было, губы, но, вовремя сообразив, что ссориться невыгодно, снова заулыбалась. Они дошли до библиотеки и как раз собирались перейти дорогу, как вдруг Ваня снова заплакал. Сегодня он на удивление часто выходил из себя – ребенка наверняка нервировала окружающая обстановка. Он не мог не чувствовать, что взрослые вовлекли его в какие-то неприятные дела, и потому расстраивался. Однако сейчас мальчик указывал куда-то в сторону барака:

– Мам! Мам!

Женщины замедлили шаг. Елена Юрьевна удивленно что-то пробормотала.

Возле входа в библиотеку на корточках сидела Лариса и за обе руки держала рвущуюся в дверь Олечку. Девочка была в настоящей истерике. Ее платьице было застегнуто криво, на ногах – домашние тапочки, а отросшие до плеч волосы перепутались, как клубок колючей проволоки. Было видно, что ее одели наспех, кое-как, неумелой рукой. Оля кричала:

– Пусти меня! Пусти меня, алкашка!

– О боже ты мой, – причитала испуганная Лариса. – Ну перестань, мамы там нет!

– А ты все равно пусти меня!

Лариса хватки не ослабила, зато Наташа, растерявшись, выпустила сына. Тот, как истинный рыцарь, мигом бросился на помощь даме, которая была старше его вдвое, и даже сделал попытку напасть на Ларису… Но тут упал, не удержавшись на ногах, и заревел сам. Его басистый, густой плач как будто привел в себя заплаканную девочку. Она с удивлением посмотрела на мальчишку, валявшегося в пыли, а потом резко дернулась и освободилась из рук Ларисы.

Елена Юрьевна сочла, что должна вмешаться.

– Что тут творится? – очень авторитетно и холодно спросила она, критически осматривая фигуру кандидата физических наук. – Почему она плачет?

– Да понимаете, – совершенно упала духом Лариса, – Ах, здравствуйте, Наташа… Я не знаю, что с ней делать. Библиотека закрыта, а она говорит, что ее мама там.

– А где она? – спросила Наташа. Она уже успела извлечь из пыли ребенка и теперь шепотом уговаривала его замолчать. Ваня ревел, крепко стиснув кукушку, и при этом не переставал рассматривать Олю. Зато та успокоилась совершенно и глядела на него с холодным превосходством маленькой женщины.

– Да я не знаю, – оправдывалась Лариса. – У них все было тихо до полудня, а потом Оля проснулась и стала плакать. Мы с мужем поняли, что ребенок заперт… Долго ждали, говорили с ней через дверь, а потом сломали замок. Нельзя же было ее так оставить!

Лариса лепетала что-то невпопад, как будто сознавая свою неправоту. Елена Юрьевна смотрела все более сурово. Она властно привлекла к себе девочку, и та неожиданно послушалась твердой руки.

– А кто вас просил приставать к ребенку? – жестко спросила женщина. – Сто раз вам говорили, чтобы ни к кому не лезли. Вечно в чужие дела суетесь.

– Но раз ее заперли…

Ваня всхлипнул в последний раз и потянулся к Оле, с явным расчетом поиграть с красивой девочкой. Но та заносчиво мотнула кудрями и неожиданно отпустила забористое ругательство в его адрес.

– Ах, ты! – Елена Юрьевна крепко, по-хозяйски стукнула девочку по затылку.

Все замерли. Ожидали бури, новых слез, а Наташа со страхом вспоминала, каким взрывным нравом отличается Олечка… Но девочка как будто осталась довольна перенесенным наказанием. Она сделала вид, что ничего не заметила, и разом приняла вид примерного, идеально воспитанного ребенка.

– А где же Татьяна? – все тревожней спрашивала Наташа. – Почему она оставила дочь одну? Она так боялась этого… Даже меня попросила с ней посидеть, потому что…

«Потому что соседи алкаши», – прозвучало у нее в голове, но, конечно, женщина не сказала этого вслух.

– Не знаю, ушла куда-то, а ее заперла, – оправдывалась соседка. – Она давно ушла – Оля долго плакала, правда, маленькая? Мы дверь только через два часа сломали!

– Мама вчера вечером ушла, а мне велела спать! – неожиданно выкрикнула девочка.

– Погоди, – Наташа начала медленно холодеть. – Вчера вечером? Но вчера вечером она была у меня…

И напоролась на ледяной взгляд Елены Юрьевны. Выждав паузу, та заговорила сама, обращаясь исключительно к Ларисе:

– Я ее вчера видела. Она сказала, что идет к своим абонентам, чтобы потребовать невозвращенные книги. А потом пойдет домой, потому что дочь заперта.

– Ничего не знаю, – искренне расстраивалась Лариса. – Не может быть, чтобы она на всю ночь исчезла, наверняка пошла куда-то с утра. И зачем мы только сломали дверь? У самих же будут неприятности… Но девочка так плакала. Киска, ты же плакала?

Оля показала ей язык, но так, что Елена Юрьевна ничего не видела. Зато Ваня видел и немедленно высунул язык в ответ.

– Где же она? – Наташа поднялась на крыльцо и попробовала открыть дверь библиотеки. – Странно. По расписанию должна работать… Елена Юрьевна, куда она ушла после того, как записали ее данные?

Та поморщилась:

– Детка, да разве я за ней следила? Мы с мужем ходили по дому, смотрели, как и что… Боялись, что тебя обчистили до нитки. Какое нам дело до Татьяны?