Запертый
Шрифт:
— Я дебил! — рявкнул я на весь коридор, и парнишка испуганно отпрянул от меня.
Как все же непривычно, когда меня кто-то боится.
— Могу вывести тебя через второй выход. В семнадцатый переулок. Там улица Легкоатлетов, а по ней до Манежа рукой подать.
— Ага — кивнул я, сразу поняв о каком выходе он говорит — Спасибо, дружище! Извини, не знаю твоего…
— Андрей я — улыбнулся парень и его рот опять перекривило нервным тиком, но он поспешил избавиться от него очередным резким щипком уже покрасневшей ноздри — Ты крутой!
— Я крутой?!
— Еще бы! Только о тебе и говорят! Столько драк за одни честные сутки! Да я за это время только и сделал дел, что три корзины полотенец в прачечную оттащил да один обход с уборкой…
— Лучше уж так — вздохнул я, подавая в себе желание прикинуться действительно крутым — Не ищи драк, Андрей. Глянь на меня — на мне места живого нет. И ссу кровью.
— Ого… — уважения в глазах парнишки прибавилось — Прямо кровью? Крутой ты сурвер, Амос… Не зря великое имя получил.
Обреченно махнув рукой, я повторил свой неумелый вопросительный взгляд и все понявший Андрей торопливо повернулся и повел меня к двери с надписью «Только для персонала». Табличка, кстати, старая. На русском языке, а значит либо этими помещениями ведал Россогор, либо ее как раритет откуда-то умыкнули и приделали сюда. Сурверы ценят любые сувениры из ранней эпохи бункера Хуракан. Особо сильно мы любим слушать истории о том, как протекали первые месяцы и годы после закрытия и блокировки всех выходов убежища. В написанных уже здесь книгах — мемуары, сухая документалка, приключения и даже фантастика — то и дело мелькают имена крутейших предков, что вовсю строили наше будущее…
И к чему все свелось? К психованным девкам Шестицветика? Так себе будущее — уже настоящее — мы себе построили.
Проведя меня заставленным пластиковыми баками коридором, Андрей первым вышел в переулок, оглянулся. Что-то увидев, едва заметно дернулся и полез в карман, откуда выудил портсигар. Подкурив, прислонился плечом к дверному косяку, сделал глубокую затяжку и сквозь выпущенный дым пробормотал:
— У выхода на улицу две патлатых суки.
— Плохо… — подытожил я и зашарил взглядом по углам, пытаясь найти хоть что-то похожее на оружие.
Ранить и убивать никого не хотелось, но в прошлый раз отвертка в руке решила в мою пользу многое. Как и моя внезапная злобная решительность…
— У нас нигде ничего не валяется — с недовольством хорошего работника выдохнул Андрей — Держи.
Он протянул назад руку и на его ладони блеснул перочинный нож. Из тех самых одобряемых. Одно толстое крепчайшее лезвие средней длины с зубцами по верхнему краю и больше ничего, если не считать стальной рукояти. Ценная вещь. Прямо ценная…
— Дарю — буднично произнес Андрей.
— Обалдел, сурвер? — я удивленно взглянул на затылок дарителя — Такой нож не меньше полусотни динеро стоит при среднем состоянии. А ты свой вон как сберег…
— Не я. Костя. Мой старший брат — выплюнул парнишка и видимую щеку перекривило в спазме — Теперь он в грибнице гниет.
— Ох… соболезную.
— Все из-за сучьих Шестицветиков! — выплюнул Андрей и в его рычащем голосе уже не слышалось никакой робости — Костя здесь же работал. Эти твари пришли. Набухались, начали устраивать беспредел. Костя был старший смены и попытался успокоить… Дошло до драки — эти же суки сразу хватаются за свои долбанные попрыгунчики и биты.
— Они его…
— Да нет. Тут все кончилось парой разбитых носов. Костя же боксер. Школа Россогора. И не пил никогда.
— Но… Стой! — я дернулся и плечо отозвалось жесткой болью — Вспомнил! Костя Румянцев! Он был из нашей спортивной лиги. Выступал за Шестой уровень. Второе место в последнем боксерском… Холисурв… Это же его нашли мертвым тут неподалеку… Нераскрытое убийство… заявили, что это конфликт закончившийся случайным убийством. Еще призывали совершившего это вроде как мужика добровольно явиться с повинной как и подобает настоящему сурверу Хуракана…
— Его убили суки из Шестицветика — пробормотал Андрей и швырнул окурок в стоящую рядом с дверью консервную банку — Я знаю это. Мама знает. Все знают. А сделать ничего не могут.
— Они все сильнее — кивнул я, начиная вспоминать все то, что происходило на Шестом уровне в последний год, но проходило почти незамеченным мимо такой тихой серой гниды как я.
— Ты изуродовал одну нехило, как говорят. Спасибо. За это и дарю. А если нож Кости воткнется в брюхо той суки, что ударила его по голове сучьей битой — я буду рад вдвойне. Спасибо тебе, Амос.
— Ого… — пробормотал я, пораженный силой звучащих в его голосе эмоций — Спасибо и тебе, Андрей. Только не лезь сам на рожон…
— А я и не могу. Я у мамы и жены Кости с двумя детьми один считай кормилец остался. Они хоть и подрабатывают как могут, но…
— Я понял — кивнул я, но при этом задумался почему же он тогда таскал в кармане отточенный нож убитого брата.
Ничего не сказав, я осторожно открыл нож, зажал его в ладони для пробы и удовлетворенно кивнул — теперь хотя бы не чувствую себя настолько беззащитным. При этом я понимал, что даже против одной умело обращающейся с их долбанными плоскими битами девки я не выстою. Они тренируются постоянно. Так что я для них всего лишь кусок еще не отбитого мяса…
— Сучьи твари ушли влево. А тебе как раз вправо и там почти темно…
— Сучьи — пробормотал я и это слово будто согрело мой язык — Сучьи твари… Спасибо, Андрей! И это — не дури! Помни, что ты единственный кормилец и держи себя в руках.
— Удачи тебе, Амос. Я постою здесь еще минут пять — ответил Андрей, подкуривая следующую сигарету — Если что — лети сюда.
— Лети — скривился я, глядя на едва двигающиеся ноги — Ну да…
— Затянешься пару раз? — мне протянули тлеющую сигарету.