Запертый
Шрифт:
Удар… Опять в ребра. Чернота сгустилась…
Удар… мою голову подбросило и на этот раз хрустнуло что-то в шее.
— Прекрати! Ты что творишь?!
— Да он первый! Первый ударил!
— Господи… все в крови…
— Он первый ударил!
Дернувшись, я вывалил на бетонку только что съеденный завтрак. Как же жалко выблеванную яичницу…
— Вызывайте медиков! Срочно!
— Да с ним все нормально! — голос Сержа нервно задрожал, сбился на почти визг — С ним все нормально! С ним все нормально!
Он, стоя где-то в стороне, похоже, рвался ко мне, но его удерживали двое, если сбоившее зрение меня не обманывало.
— Дайте я его подниму! Он подтвердит все!
— Медиков! — повторил кто-то жестким властным голосом — Срочно!
Присев рядом со мной, этот некто прижал меня трясущегося и все еще пытающегося встать к полу:
— Тише! Тише! Сейчас прибегут медики, сигнал уже послан. Лежи и не двигайся…
— Да он первый начал! Он ударил! Я просто поздоровался с ним — а он ударил! Я не виноват! — судя по всему Серж был перепуган вусмерть.
Сквозь рваную мозаику черноту и чего-то просматривающегося сквозь кровь на глазах, я видел пол и лужу растекавшейся рвоты. Кусочки плохо пережеванных яиц медленно подплывали к моему лицу…
Дернувшись, я подтащил к себе руку, уперся ладонью в блевоту и попытался подняться. Дрожащая рука соскользнула, и я опять рухнул, не успев приподняться и на десяток сантиметров. Как же болит голова…
— У него сотрясение… возможно и похуже что. Этот ублюдок пинал его прямо в лицо! Пинал так, что парень бился головой о стену. Я все видела!
— Да он ПЕРВЫМ НАЧАЛ! — Серж завизжал так громко, что визг резанул мне уши — Это я тут жертва! Я!
— Он назвал его Анусом! Крикнул на весь коридор! — новый голос, на этот раз мужской и очень взрослый, высказал свое мнение и судя по всему, мужчину снедало негодования — Это вообще нормально так здороваться? Правильный сурвер так себя не ведет! Фу!
Я начал приходить в себя. Чернота перед глазами медленно рассеивалась, я по-прежнему не ощущал лица и меня сотрясали приступы рвоты, но я хотя бы начал чувствовать ноги и снова мог дышать — грудь «отмерла», ребра снова сходились и расходились.
Надо же… Анус воспрял… Беззвучно рассмеявшись, я медленно перевернулся на живот, подвел под себя обе руки и начал вставать, не забыв подтащить одно колено как точку опоры.
— Лежи!
Дернув плечом, я сбросил с него толкающую меня вниз руку и упрямо продолжил подъем. Даже если сдохну — я встану. А потом можно и падать. Но сначала я встану!
Скребя рукой по стене, поднимаясь толчками, я медленно распрямился и меня тут же повело из стороны в сторону. Спасла все та же стена, о которую я недавно колотился черепом. Оглушено наклонил голову, я просто разжал губы и на пол вылилось немало крови, что утянула за собой как минимум один зуб. Нехило мне пришлось ботинком по лицу…
— Он первый начал… — тихо-тихо повторил Серж.
Я снова его видел. Крепыш стоял у противоположной стены и его удерживали сразу двое, хотя он уже сник и не пытался вырваться. Но в нем еще теплилась надежда и он, вытянув ко мне шею, улыбнулся окровавленными губами:
— Ты же первый начал, Ан… Амос… дружище… Мы ведь просто шутили. Да?
Я молчал. Мне многое хотелось сказать. Мне хотелось орать, швыряться всем накопленным в душе говном, но я, упираясь рукой в стену, с трудом удерживая равновесие на дрожащих ногах, просто молчал, глядя на Сержа. Я молчал…
— Амос! Эй! Скажи уже что-нибудь! Видите же — он стоит на своих ногах! Не так уж и сильно я его…
— Ты пытался убить его — убежденно произнесла невысокая женщина в приталенном синем комбинезоне — Я видела твое лицо, сурвер!
— Да я! Да я никогда! Вы же все знаете меня! Мою семью! Я честный техник! Моя аура чиста!
— Я видела твое лицо, сурвер — повторила женщина — И видела, как ты разбежался, чтобы пнуть его сильнее — повезло, что он упал и твой удар пришелся по стене! Ты бы убил его!
— Да он первым меня ударил! Как вы не понимаете?! Он первый меня ударил! Почему вы сука не понимаете?! Я тут жертва! Я! Амос! Скажи уже что-нибудь!
Я молчал. Не улыбался, не корчил рожи и даже в моих глазах вряд ли что-то выражалось. Все свои оставшиеся силы я тратил на то, чтобы не упасть в блевоту и кровь под моими ногами. Проведя языком по зубам, обнаружив два провала, я сплюнул вязкой кровью еще раз, испачкав себе грудь. А ведь только вчера стирался… Повернувшись, я сделал шаг. Еще один… и медленно двинулся вдоль стены, уходя прочь. Растерявшиеся сурверы остались на месте, продолжая удерживаться снова начавшего рваться ко мне Сержа. По коридору прокатились резкие звуки свистков, и я снова поморщился от боли в барабанных перепонках. Блюстители порядка подоспели первыми. Но это логично — их пост поблизости, а вот медики дежурят гораздо дальше — ближе к лифтовому стволу.
— Я просто психанул, Амос! Я просто психанул! — заорал мне вслед Серж — Ну прости меня! Прости!
Шаг…
Еще шаг…
Пол качнулся, завертелся и полетел навстречу.
Удар…
Темнота…
Глава 5
Остро пахло лимоном, спиртом и кровью.
Пахло от меня. Или же этим пахло вообще все вокруг. Или мне так только кажется…
Первым делом я разом вспомнил все случившееся, следом обрадовался, что голова работает, понял, что ничего не болит и почему-то сразу решил, что я под обезболивающим лекарством. Затем я попытался понять, где нахожусь, а вернее сказаться — убедиться. Сам запах говорил о многом. Такое запах — лимон, спирт и кровь — присущи только четырем местам Шестого уровня. Я в медпункте или больничке.
Где точнее?
Поведя пальцами по поверхности вокруг меня, ощутил более чем знакомое исцарапанное и лишь отдаленно мягкое покрытие. Пластик. Вечный толстый пластик, что умело положен поверх чего-то эластичного — вроде губки. А все вместе это узкий лежак рядом с… поведя пальцами, я коснулся стены и убедился в своей правоте — кафель. Столь же вечный зеленый кафель. Пластиковое покрытие лежака синее. А царапины на нем оставлены одеждой и ногтями тех, кого сюда клали для оказания первой медицинской помощи.