Чтение онлайн

— Ну надо же! И что это за задание такое?

— Могла бы сама догадаться и не заставлять меня сомневаться в твоих умственных способностях, — хмыкнул Антон. — Нас ждет война на Земле, Марта. Мы отправляемся туда, чтобы уничтожить портал на Гефест. Это большой промышленный мир, оттуда поступает масса ресурсов и, сумей мы отрезать его от Земли, людям придется нелегко…

— Вон как? — что удивительно, Марта не почувствовала почти ничего, словно ей сообщили о рядовом бое. — И это что, путешествие в один конец?

— Почему? — удивился субтактик. — Мы нанесем удар и на том же корабле вернемся обратно.

— Хорошо, понятно. Разрешите идти, командир?

— Нет, Марта, я еще не отпускал тебя! — голос Антона сделался холодным, точно льды Фрио, а взгляд стал пронзительным. — Ты уверена, что сказала мне все, что хотела?

— Все, — пожала девушка плечами. — Вы думаете, я могла бы что-то скрыть?

— Ну, я не могу покопаться в твоих мозгах и вытащить то, что меня заинтересует, — помолчав, ответил субтактик. — Меня беспокоит, что ты какая-то кислая в последнее время.

— Я все еще переживаю смерть Карела и Джима, — решилась Марта вспомнить прежнее вранье. — Погибнуть так глупо, не в бою, а от слепой силы, не разбирающей, кто перед ней — это много ужаснее, чем пасть во славу Эволюции…

— Ну это понятно, — с облегченным вздохом сказал Антон. — Хотя так долго думать о чьей бы то ни было смерти — это атавизм, Марта. Все мы рано или поздно умрем, и нет ни одного живого существа, что избежит гибели. Таков закон Эволюции и он несет благо. Нужно не печалиться об участи товарищей, а радоваться, что ты смогла выжить. И сумеешь за них отомстить.

— Да, я понимаю, — кивнула девушка.

— Марта, — добавил субтактик. — Мне кажется, что ты испытываешь много лишних чувств, а они снижают твои боевые качества. Если так пойдет и дальше, я вынужден буду отправить тебя на генопсихическую экспертизу…

Угроза выглядела более чем серьезной. Генопсихическая экспертиза проводилась над форсерами, проявляющими слишком много признаков атавизма. Ее результатом иногда бывал унификатор, часто — полный запрет иметь потомство, много реже — ссылка в рудники.

— Хорошо, клянусь Пророком, — слова удалось выдавить из себя с некоторым трудом.

— Вот и отлично, — кивнул Антон и мягко улыбнулся.

Марту от этой улыбки обдало холодом.

Варево в котелке походило на смазанные маслом комья бурой земли, зато запах от него шел замечательный, напоминающий о теплом хлебе и о покрытом поджаристой корочкой мясе.

— Ты уверен, что это можно есть? — осторожно спросил Трэджан у Виктора, принесшего от полевой кухни подобное диво.

— Повара говорят, что можно, — ответил тот. — Сказали, что это традиционное местное блюдо и что оно очень полезно для здоровья.

— Для чьего, интересно? — пробурчал Роберт, вглядываясь в зеленовато-голубое вечернее небо, где преспокойно висели две луны — одна побольше, другая поменьше.

Ужинал второй полк корпуса «Один» на планете Лонис, куда вступил сегодня утром, миновав портал с Артисии.

Тот мир напоминал огромный архипелаг в теплом море. Многочисленные небольшие материки тянулись вдоль экватора и выглядели спроектированными по одной модели: в центре — обрывистые, но не очень высокие горы, а вдоль берега — полоса буйной растительности и великолепных золотистых пляжей.

Артисия не стала курортом только благодаря наличию опасных для человека тварей. Одна из них чуть не сожрала вздумавшего искупаться лейтенанта Тао, и спасся он, лишь проявив чудеса ловкости.

На заднице командира взвода в память об этом случае остался след от острого когтя.

Между материками курсировали паромы и, когда солдат везли на одном из них, нелегко пришлось тем, кто оказался подвержен морской болезни. Так что когда впереди обнаружился очередной портал, многие вздохнули с облегчением.

Как оказалось, зря.

Лонис не был Сложным Миром, но подходил для обитания человека в той же мере, что и сумасшедший дом. Три луны мотались по небу так быстро, что при взгляде на них возникало головокружение, а два светила в темном, как лазурит, небе опровергали теории астрономов, что в системе двойных звезд не должно быть планет.

Красный гигант занимал чуть ли не треть небосклона, но светил тускло, а мечущаяся вокруг него белая точка карлика испускала неприятное для глаз белесое свечение.

И под таким двойным светом существовала причудливая жизнь. Ползали твари, похожие то ли на исполинских слизняков, то ли на ожившие камни. Торчащие из земли стебли оказывались животными, а носимые ветром восьминогие «паучки» — растениями.

Два солнца и три луны порой создавали такие приливы, что они ощущались и на твердой поверхности. Земля начинала вспучиваться и трескаться, словно из глубин наружу лезло нечто огромное, а прочнейший пластобетон дороги — крошиться, как печенье.

Роберт, когда первый раз увидел это, решил, что началось землетрясение.

— Большой прилив, — успокоил тогда солдат оказавшийся рядом с остановившимися машинами абориген. — Скоро пройдет.

И, сказав так, обитатель Лониса пошел себе дальше, ловко перепрыгивая образующиеся прямо под ногами трещины.

— Они все тут ненормальные, — сказал тогда Трэджан. — Человек в своем уме жить на этой планете не сможет!

Никто не стал с ним спорить, а теперь бойцы смотрели на местное блюдо с некоторой опаской.

— Интересно, а из чего оно сделано? — сказал Али.