Встречный бой
Шрифт:
Уши уловили какой-то хруст. Оставалось лишь надеяться, что это не треск ломающихся костей.
— Внимание! — голос пилота прозвучал напряженно. — Мы начинаем посадочный маневр. Наш корабль не обнаружен людьми, так что поверхности Земли мы достигнем свободно. Что бы ни происходило, сохраняйте спокойствие и до специального сигнала не покидайте кресел…
Шум, похожий на гул водопада, заглушил объявление. Марта не сразу поняла, что это кровь грохочет у нее в ушах.
Ощущая, что ее размазывает, точно кусок масла по бутерброду, девушка еще ухитрялась думать. Мысли текли рваные и короткие, но логически связные: если форсеры сумели выйти в космос, то для людей, обладающих десятками нуль-движков, это станет плевым делом.
И ни одна планета не сможет чувствовать себя в безопасности.
Боль стала такой, что Марта не выдержала и застонала. Сделала изначально обреченную на провал попытку пошевелиться, но смогла лишь слегка передвинуть лежащую на подлокотнике руку.
А затем потеряла сознание.
Сын Земли.
16.
Под ногами чавкала пропитанная влагой почва, Роберт ощущал, что при каждом шаге проваливается на несколько сантиметров. Бронекостюм давил на плечи, точно грехи, а идущие впереди соратники терялись в клубящемся под сводами деревьев белесом тумане.
Сквозь густые кроны проглядывало затянутое плотными тучами небо, а висящее в зените маленькое и очень яркое солнце казалось глазом злобно озирающего мир исполина.
Второй полк медленно двигался через джунгли Хордана.
Тот момент, когда они прошли в этот мир, Роберт вспоминал с содроганием. Беспилотный модуль установил портал около гнезда каких-то существ, похожих на исполинских муравьев, и людям пришлось пробиваться через орду взбесившихся тварей.
Под ногами хрустели панцири, жвала щелкали по броне, время от времени раздавалась стрельба.
Все закончилось в тот момент, когда полковник отдал приказ использовать огнеметы. Вал пламени опалил землю, оставив на ней сотни черных дымящихся трупиков.
О том, что «муравьи» ядовиты, стало известно через полчаса, когда солдаты, не сумевшие избежать укусов, начали умирать. Сделанная на Антионе «прививка» ничем не помогла.
Первым остановился и рухнул наземь лейтенант из второго батальона. Когда с упавшего сняли шлем, выяснилось, что лицо его почернело и распухло, язык вывалился, а сердце остановилось.
Полковой врач лишь развел руками.
За последующие полчаса умерли еще шестеро, а один из солдат третьего батальона, решив, что тоже укушен, с перепугу выстрелил себе в голову. Его, как и остальных, просто бросили.
Вспоминая об этом, Роберт испытывал запоздалый страх, а пальцы тянулись к царапине на одном из наплечников, оставленной шустрым «муравьем».
Идти, учитывая повышенную силу тяжести, было тяжело, но куда больше мешала жара и влажность. Пот тек ручьями, создавалось впечатление, что ты шагаешь, нацепив на себя резервуар с теплой жидкостью.
Лес Хордана не выглядел особенно мрачно — поднимались к небу увитые волнами плющей стволы, торчали из травы крупные и почему-то треугольные цветы, блестели лужицы, оставшиеся после недавнего дождя, доносились издалека вопли и рев прячущихся в чаще тварей.
И все таило в себе смерть.
Когда Трэджан попытался сорвать цветок, тот сократил «лепестки» и цапнул солдата за пальцы. Если бы не перчатка из бронепластика, уроженец Аляски наверняка лишился бы кусочка плоти.
Из чащи, чтобы полакомиться гостями с другой планеты, лезли хищники, сверху пикировали твари, похожие на мешки с крыльями, брызгали жидкостью, чей едкий запах проникал даже сквозь маску.
— Кислота, — проговорил Али, глядя, как капля сползает по предплечью, оставляя на броне заметный след.
Один из солдат, запаниковавший или просто глупый, не выдержал и сбил такую «птицу» выстрелом. Она лопнула, точно перезрелый плод и кислота хлынула вниз маленьким водопадом.
Порадоваться собственной меткости стрелок не успел — едкая жидкость попала внутрь бронекостюма, и солдат закрутился на месте, воя от боли.
— Стоять! — крикнул ему сержант, но тот, не слыша ничего, метнулся в лес. Оттуда донесся какой-то хруст и довольный рев, а отправленное следом отделение нашло лишь пятна крови.
— Здорово тут, сомий хвост, — заметил Роберт после того случая. — Того гляди, какое дерево тебя съест, и не подавится!
— Не съест, — ответил Трэджан, с опаской косясь на бугристый ствол, окруженный валиком из шевелящегося мха, — если ты сам к нему в пасть не заберешься…
Ближе к полудню отряд вышел на окраину болота. Заросли чуть поредели, зато топкая земля держала хуже, так что для каждого шага приходилось прикладывать значительные усилия.
— Не нравится мне это, — бурчал Роберт. — Так мы от усталости сдохнем, не дойдя до цели…
— Не сдохнем, — неожиданно ответил Бьерн. — Потому что скоро привал.
Привал объявили, когда полк вышел к ручью, неширокому, но с такой темной водой, что дна видно не было.
— Уф, — проговорил Али, скидывая с плеч рюкзак. — Интересно, эту воду можно пить?
— Один раз в жизни, — хмыкнул сержант. — Хотя у меня должны быть таблетки для обеззараживания.
— А как с масками? — заметил Роберт, ощущая в пустом желудке некоторое шевеление. — Через них не попьешь, да и не поешь.
— Можно пока снять, — разрешил Бьерн. — С полчасика подышим местным воздухом, глядишь и не подохнем сразу… Эй, Мустафа, возьми котелок и набери воды!
Смуглый крепыш из пополнения на Атлантисе кивнул и отправился к ручью.
Роберт поднял забрало шлема и, отлепив от лица маску, осторожно втянул в себя воздух. Тот показался каким-то густым и маслянистым, обоняние защекотали пряные запахи джунглей.
— Ничего, дышать можно, — вынес заключение Трэджан. — Елки-палки, я…
Донесшийся от ручья вопль заставил его прерваться. Роберт обернулся, вскидывая автомат, и успел увидеть, как Мустафа, облепленный чем-то, похожим на извивающиеся корни, исчезает под водой.