Чтение онлайн

— Аветисян, хватит там барышням глазки строить! Давай собирайся, через пять минут уходим.

Это уже Сан Саныч прикрикнул на нашего Манвела, который приглядел парочку чернявых девиц и, усевшись с ними рядом, что-то горячо рассказывал на русском, подкрепляя свои слова азартной жестикуляцией. Девушки в ответ улыбались и кивали, хотя вряд ли поняли хоть слово из сказанного армянским боксёром. То, что его оторвали от беседы с загорелыми красотками, Аветисян перенёс стоически, хотя Толик Микулин и ткнул меня локтем в бок.

— Видал, как у Манвельчика в плавках холмик вырос? — прыснул он.

— Завидуешь? — хмыкнул я в свою очередь.

— Ой, да чему там завидовать! И вообще, моя девушка говорит, что в этом деле не всё зависит от размера.

Как-то даже не представлял, что у этого шпенделя может быть девушка, а вот гляди ж ты… Если, конечно, не сочиняет.

Ужинать команду повели в небольшой, оборудованный открытой террасой ресторанчик, расположенный также на берегу залива, но метрах в семистах от пляжа. К тому времени начинало смеркаться, а аппетит мы успели нагулять — и наплавать тоже — недетский. Молодые, крепкие организмы с ускоренным метаболизмом, только успевай в топку «уголька» подбрасывать.

Если в Венгрии нас пичкали мясом и овощами, то здесь предпочтение отдавали, что неудивительно, средиземноморской кухне. Для начала мы отведали «греческий салат» (по-местному «хориатики») с сыром «фета» и набор закусок «мезе», соус «скардалия», рыбный суп «какавья», в качестве основного блюда подали тушёную рыбу с помидорами, луком и чесноком. Причём во все блюда местные повара добавляли большое количество оливкового масла, трав и специй, что для многих из нас оказалось достаточно непривычным.

— Ешьте, это полезная еда, — подбадривал я товарищей. — Недаром жители средиземноморья реже страдают от сердечно-сосудистых заболеваний и ожирения.

— Ты-то откуда знаешь? — поинтересовался Вася Шишов, разглядывая подцепленный на вилку кусок тушёной рыбы.

— Читаю много, чего и вам советую.

— Кстати, писатель ты наш, когда книжку подаришь с автографом?

— Пока только в «Юности» публикуюсь, а отдельной книгой роман выйдет или в этом году, или в следующем. А ты что, читал мой роман в журнале?

— А то! У меня родители его уже лет десять выписывают. Ну и всякие другие газеты с журналами. Мне вообще-то больше «Вокруг света» нравится, там про путешествия всякие, фантастику печатают. А что ты в «Юности» печатаешься, я только недавно случайно узнал. От нечего делать листал журнал, и вижу — ба, знакомая физиономия. Сначала даже не поверил, думал, может однофамилец с похожим лицом. А потом вспомнил, ты что-то говорил про то, что книжки сочиняешь. Ну, думаю, наш Максим и даёт! Так что за тобой книжка с автографом.

Фруктов тут тоже было навалом, но Афоня предупредил, чтобы не вздумали ничего рассовывать по карманам, здесь так не принято, ещё и слухи потом пойдут, что советских спортсменов дома недокармливают.

Руководство делегации в составе Чеботарёва, Свиридова и Петра Петровича ужинало тут же, на террасе за отдельным столиком. Одновременно они что-то обсуждали, причём посольский чекист в этой беседе солировал. Но я заметил, что при этом он умудряется зорко приглядывать за происходящим вокруг, и в какой-то момент его цепкий взгляд задержался на мне, отчего я невольно смешался и уткнулся в свою тарелку.

— Интересно, на сколько каждый из нас наел? Хотя бы в пересчёте на их драхмы?

Это Юра Гладышев проявил заинтересованность.

— Не напрягай мозг, для боксёра это вредно, — пошутил я. — Питание и проживание оплачивает федерация или Госкомспорт, а наша забота — доказать на ринге, что государство не зря тратит на нас валюту.

— Варченко, да нам нужно было тебя выбрать комсоргом сборной, а не Ягубкина, — услышал я голос Сан Саныча. — Может, выступишь завтра на комсомольском собрании?

Вот ведь ушастый, или это я так громко говорил… Но я тут же поспешил отмазаться, заявив, что публичные доклады — не мой профиль, мне привычнее вдалбливать истину в чужие головы в индивидуальном порядке, так лучше до адресата доходит. Посмеялись, после чего перешли к десерту: каждому подали по огромному куску пахлавы и напиток на выбор. Кто-то попросил было кофе, но Афоня предупредил, что кофе здесь реально крепкий, он сам его не пьёт из-за боязни тахикардии, после чего Свиридов волевым решением приказал кофе не пить, а отдать предпочтение чаям, благо что выбрать можно было между чёрным, зелёным и каркаде. Впрочем, любителей натуральных соков оказалось больше, тем более что кувшины со свежевыжатым апельсиновым соком, в которых плавали кубики льда, стояли на каждом столике. И хоть Григорий Абрамович и предупредил, чтобы на прохладительные напитки сильно не налегали, так как на фоне ещё не улёгшейся жары можно подцепить ангину, дорвавшихся до сокового «all-inclusive» парней угроза заболеть не сильно сдерживала.

Ночь в «тюремном» отеле превратилась в настоящую пытку. Мало того, что я буквально слышал, как по простыне, которую нам выдали вместо одеяла (и правильно сделали, в такую-то жару) ползали какие-то насекомые, так ещё и не имелось никакой возможности открыть расположенное под потолком намертво законопаченное окошко, на котором не хватало только решётки. А вентиляция в «камерах», похоже, не была предусмотрена. Из-за этого даже под простынёй спать оказалось невозможно, я был весь покрыт липким потом, и даже лёжа голым, не сильно почувствовал изменение ситуации. А учитывая всяких ползающих, невесть как проникших в номер существ — при законопаченном окошке-то — я предпочёл за лучшее снова натянуть на себя простыню. Открытая дверь тоже не сильно изменила ситуацию. Сейчас я просто мечтал о хоть маленьком сквознячке как о манне небесной.

Точно так же мучился и Вася Шишов. Не выдержав этой пытки, я в конце концов попросил его выйти на улицу типа по нужде, а самом встать под нашим окном и ждать, когда я начну его выбивать. Когда выбью — в задачу Васи входило поймать эту оконную конструкцию размером с 17-дюймовый экран монитора, чтобы ничего не грохнуло и не разбилось, и аккуратно положить где-нибудь в кустиках неподалёку, дабы утром мы могли раму найти и вставить обратно. Всё прошло как по маслу, и уже десять минут спустя мы наслаждались гуляющим по «камере» ветерком. Так и уснули под треск цикад.