Чтение онлайн

Куан открыл дверь. Старший телохранитель ввалился в купе. В глазах тревога и отчаянная решимость защищать меня; казалось, что даже волосы на макушке встопорщился от возбуждения. За его спиной маячат Никанор и Влад.

— Пока всё в порядке, — спокойно ответил я, настраиваясь на серьёзную драку. В солнечном сплетении разгорался огонь, по невидимым энергоканалам расплавленным свинцом потекла Сила. Плечи, грудь, руки стали наливаться тяжестью. — Нужно перекрыть оба тамбура и следить за обстановкой. Где проводницы?

— Я здесь, Андрей Георгиевич! — чуть отодвинув Эда в сторону, к нам вошла Татьяна. — Комендант поезда приказал всем сидеть на месте и никуда не выходить из вагона. Тамбуры мы закрыли, но если используют взрывчатку, двери не выдержат.

Проводница не говорила прямо, кто может взорвать двери, но и так было ясно, что лопари всё же решились на атаку. Они же не просто так долбят из всех стволов по составу. Возможно, отвлекают от диверсантов, у которых стоит задача проникнуть сюда. То и дело по вагону разносились тупые удары от попадания пуль или осколков по бортам, отчего девушка вздрагивала.

Я встал и ободряюще положил руку ей на плечо.

— Таня, всё будет в порядке. Идите к себе, сядьте на пол, закройте дверь. Мы справимся сами. А давайте, я провожу вас.

— Хорошо, Андрей Георгиевич, спасибо, — кивнула Татьяна и дала мне возможность подержать её за локоток, пока мы шли по коридору. Видимо, она ещё ни разу не сталкивалась с подобными ситуациями. Света Булгакова как-то рассказывала, что в «экспрессах», ходящих за границу, работают матёрые проводницы, которым одним только своим видом мгновенно успокаивают пассажиров. Хотелось бы на таких одним глазком взглянуть.

Проводив Татьяну, я решил ещё разок пройтись по вагону, проверить, как обстоят дела у моих сопровождающих. С нами ехали десять кадетов из школы подготовки хирдманов. Так как двери во всех купе оказались открыты, мне удалось рассмотреть, чем занимаются парни. Они дисциплинированно сидели на месте, никуда не выскакивая, и не бегая по коридору. И деловито подготавливались к бою: надевали бронежилеты, заряжали оружие (помимо пистолета у каждого был короткоствольный автомат), распихивали запасные обоймы и рубчатые кругляши гранат по кармашкам разгрузок. Хм, вот что, оказывается, было в чемоданах моих сопровождающих, а я думал, сменное бельё… На моих глазах весёлые и беспечные парни превращались в грозную и боеспособную силу. При моём появлении они улыбались и что-то ободряюще говорили. Единственный человек, с кем я мог общаться на русском, был капрал по имени Кристофер. Сейчас он единственный стоял в конце коридора и с кем-то говорил по гарнитуре связи. Увидев меня, сделал жест, чтобы я никуда не уходил.

Закончив разговор, капрал с акцентом обратился ко мне:

— Внутренняя охрана доложила: из вагона-ресторана к нам прорывается вооружённая группа людей в количестве двадцати человек. В третьем вагоне готовятся к отражению атаки.

— А здесь есть камеры? — спросил я, повертев головой. И вдруг по вискам ударило хрустальным звоном, да так, что непроизвольно сжал их пальцами.

— В вагоне-ресторане их три. И в тамбурах по одной, — Кристофер встревоженно взглянул на меня. — Что случилось, княжич? Вам плохо?

— Возможно, применена сильная атакующая магоформа, — ответил я, переводя дух.

Капрал приложил руку к уху, в котором торчала гарнитура связи. Что-то отрывисто спросил. Потом ещё раз — и покачал головой.

— Третий вагон не отвечает. Странно.

— Там Эрик Биргерссон, — я уже не сдерживался и торопливо разгонял ядро до такого состояния, что в животе заработала настоящая металлургическая печь. Меня распирало от Силы. Казалось, ещё немного, и одежда разойдётся по швам.

Раздался звук очень сильного удара в тамбуре. Словно кто-то пытался выломать дверь и ворваться в наш вагон.

Капрал сдёрнул с плеча автомат и первым выскользнул в освещённый потолочным светильником тамбур, а я двинулся следом, уже готовый прикрыть его невидимым куполом спрессованного воздуха. Правда, импровизированная защита на ограниченном пространстве принесёт больше неудобства из-за нехватки воздуха, но от выстрелов спасёт.

— Предлагаю отойти в вагон. Здесь слишком мало места для манёвра, — бросил я в напряжённую спину Кристофера. — Мне будет легче отбить атаку в коридоре.

По ушам опять ударило разлетающимся на осколки хрусталём. Моя антимагия срывала чью-то магоформу. За дверью послышались яростные восклицания.

— У вас какой ранг одарённости? — капрал, к моему облегчение, послушался, и мы вернулись в вагон.

— Секретный, Кристофер, — улыбнулся я. — Прикажите своим людям находиться в купе и не высовываться, пока не скажу.

— Вы настолько уверены в своих силах? — хмыкнул капрал. — Я ведь тоже одарённый, владею Стихией Воды. И все десять человек, что здесь находятся, в той или иной мере могут использовать свои «стихийные» атрибуты.

— Надеюсь, «огневиков» здесь нет? — я не шутил, когда задал этот вопрос. Пироманы в замкнутом пространстве — страшное оружие. Подожгут вагон своими магическими плетениями, и придётся вместо отражения атаки заливать всё водой.

— «Огневиков» не брали, — усмехнулся Кристофер. — Здесь только «водники» и «воздушники».

— Тем не менее, не пытайтесь сейчас воспользоваться своим Даром, — ещё раз предупредил я капрала. — Дайте мне отработать по противнику.

— У меня приказ защищать вас всеми возможными средствами, — сжал челюсти Кристофер, сразу превратившись в непреклонного вояку. — И я исполню волю короля.

— В таком случае стойте за моей спиной и действуйте только тогда, когда я попрошу, — я поморщился, ощутив новый болевой импульс, ударивший по вискам. Судя по всему, враг применял очень мощные атакующие магоформы, которые моя антимагия хоть и разрушала, но не могла снизить силу отката. Сразу вспомнилось состояние после взлома «Щита Хеймдалля». Неужели здесь те же самые маги, что были и на «Северной Звезде»?

Что там происходит снаружи? Смогли боевики Булгаковых и королевские хирдманы отразить атаку? Нет, судя по участившимися попаданиям по корпусу вагона. Словно дробью сыплют. По звону осыпающегося стекла стало понятно, что мятежники уже не выбирают цели, а садят из оружия по всему составу. Изредка громыхало. Довольно сильно. Звонко стучала «Коса». Я её по звуку узнал.

Мощный взрыв в «холодном» тамбуре вынес обе деревянные двери, осыпая коридор крошками стекла. Горячая волна, пахнущая сгоревшим порохом, ударила в выставленный мною барьер из спрессованного воздуха и опала на ковровую дорожки и стены хлопьями копоти. Вагон качнулся из стороны в сторону, будто гигантская длань разозлённого йотуна дала ему пощёчину. Затрещали переборки, пластиковое покрытие потолков лопнуло в разных местах, осыпалось вниз белым крошевом.