Чтение онлайн

Матейченков оторвался от окна, сел за стол и погрузился в работу.

А Грозный продолжал жить собственной жизнью – если это, опять-таки, можно назвать жизнью, а не выживанием. С погружением в темноту перестрелка стремительно нарастала. К очередям из автоматического оружия добавились – злое тявканье минометов, глухие хлопки подствольников, взрывы фугасов и мин.

– Попал я однажды в такую переделку, – сказал дежурный штабист и зябко передернул плечами.

– В ночной бой? – спросил Матейченков.

– Знаешь, это даже боем назвать трудно.

– Что же это было?

– Послал меня начальник штаба проверить работу одного блокпоста, – произнес офицер. – А дело было под вечер. Далековато отсюда, да и место сволочное – там все время боевики из пригорода норовят просочиться.

– Они везде норовят просочиться.

– Ну, вот. Прибыл я на место, туда-сюда.

– На машине?

– Упаси бог! На БТРе. Пока с хозяйством их разбирался – тут и вечер наступил.

– Пора меж волком и собакой.

– Она самая. Уже пора в штаб возвращаться, а тут, слышу, стрельба издали начинается.

– Ай, ай.

– Нет, серьезно: противное ощущение, когда днем – вроде мирный город, а ночью начинается пальба со всех сторон, а ты – аккурат посередке.

– Печальная история.

– Думаю: как быть? – продолжал свой рассказ дежурный, несмотря на иронические реплики генерала. – Начальник блокпоста, он был мой знакомый, говорит:

– Ночуй здесь. А то сожгут твою колымагу. Или, чего доброго, на мину напорешься, у нас в районе этого добра навалом. Днем осбираем – вечером появляются снова.

– Чисто грибы, – заметил Матейченков.

– Ну да.

– И что решил?

– Остаться. Никогда еще не проводил на блокпосте ночь.

– Расскажи. Интересно.

– Жуткое дело.

– Как на передовой?

– Хуже. Там хоть противника видишь, или по крайней мере, представляешь, где он. А тут – полная неизвестность. Кто палит, в кого – неизвестно. Может, друг в друга.

– Или враг во врага.

– Ну, а что происходило на твоем блокпосту?

– Думаю, то же самое, что и на всех других.

– Палили наши?

– Мало сказать. Я не удержался, говорю начальнику блокпоста:

– Почему патроны не бережешь? Не знаешь, что ли, приказ главнокомандующего – беречь боеприпасы?

– А он?

– Отвечает: если не будем палить – все попадем, как кур в ощип, все погибнем, включая тебя.

– Но ты же не в цель стреляешь?

– Какая там цель! Поливаем свинцом пространство перед блокпостом – только и делов. Чтобы боевики не сумели подобраться. Ни ведь, черти, уже из люков подземных, небось, повылезали. Подползут по развалинам сюда и даже стрелять не будут, забросают ручными гранатами.

– И так каждую ночь?

– Каждую ночь, говорит. А утром еще бога молим, что живы остались, – продолжал свой рассказ штабист.

Генерал задумчиво сказал:

– Надо в корне менять ситуацию.

– Конечно, необходимо, – немедленно согласился штабист. – Хотя ради объективности нужно сказать, что и даем боевикам чертей. И бегают они от нас, бывает, как зайцы.

– Послушай, – произнес Матейченков, – меня давно беспокоит проблема первой медицинской помощи на блокпостах. П донесениям, она есть везде, но я не очень в это верю. А все блокпосты не проверишь.

– Тем более, они передвижные.

– Вот где ты был – есть медпункт?

– Имелся, товарищ генерал-полковник, – кивнул штабист.

– И врач был постоянный?

– Фельдшер. При мне там старшего сержанта ранило. Контрактника.

– Из блокпоста вышел?

– Какой там – вышел! Из амбразуры неосторожно высунулся – крик нашего раненого ему почудился. А там снайпер боевиков, сволочь, недалеко угнездился – не приведи господь! Бьет точно, пристрелялся, паразит.

– И выковырять не могут?

– Никак. А у него прибор ночного видения, потому что видит ночью, как сова.

– Беда наша – снайперы.

– А с медициной на блокпосту все в порядке, Иван Иванович, – возвратился к затронутой теме штабист. Дополз кое-как солдатик до блокпоста, только его в дверь втащили – а в броню сразу снайперская очередь.

– Пронесло?

– Пронесло. Фельдшер раненому перевязку сделал, все чин-чинарем, потом мензурку спирта ему поднес, солдатик и оклемался.

– Да, не сладко нашим ребятам на блокпостах приходится. Но, думаю, скоро положение изменится, – заключил генерал Матейченков и задернул окно шторкой, прежде чем отойти от окна.

– А что будет?

– Узнаешь в свое время. Лучше доскажи, как твое дежурство на блокпосту закончилось.

– А больше происшествий не было. Как только рассвело, стрельба начала потихоньку затихать. Город начал просыпаться, а может. и засыпать – уж и не знаю, как будет правильно.

– Кто засыпать, а кто – просыпаться.

– Наверно, так. Но думаю, что в такую ночь могут заснуть немногие, товарищ полпред.

– Ту утром уехал?

– Ну да. На том же БТРе.

– Меня интересует в подробностях, какую картину ты застал утром, – произнес генерал. – И что изменилось по сравнению со вчерашней. Или ничего не изменилось?

– Изменилось.

– Что именно?

– Когда стрельба совсем затихла, начальник блокпоста попросил меня подвезти нескольких бойцов на бронемашине к одному месту, что я и сделал. Эти ребята должны были прочесать кусок трассы, за которую отвечал блокпост.

– На предмет чего?

– Обнаружения мин.

– И нашли?

– До хрена, извиняюсь за выражение. За ночь боевики понаставили и мин, и фугасов.

– Вызвали саперов?

– Нет, ребята сами наловчились их обезвреживать, у них и миноискатель свой имеется… Ну, тут игра идет, как говорится, на равных.