Веришь?
Шрифт:
Ливин присмотрелся к ней:
– Вы ведь оба не верите в успех! Ты и Хмарь! Потому и молчите всегда... И это вы! Самые-самые из нас!
Кора досадливо повела плечами:
– Не говори так. То, что наши реакции и выносливость выше, не значит ничего. Мы такие же, как вы... А почему "не верим"?.. Опыт, Крэйг. Его фиг отменишь. Или забудешь.
– Вы ведь вырвались из-за Барьера! Выжили и победили!- изумился Крэйг.
Девушка поморщилась:
– Считай это случайностью. Или чудом. Были те, кто был сильнее и лучше нас. Они не выжили. Или отдали свою жизнь, чтобы жили мы.
Посмотрела на парня с грустной улыбкой:
– Если мы выживем, Крэйг, ты тоже выучишь этот урок. Никогда нельзя быть ни в чём уверенным. Ни в успехе. Ни в том, что доживёшь до завтрашнего утра.
Парень нахмурился. Глухо ответил:
– Я понимаю. Поэтому и пришёл.
Она не отвела взгляд от чего-то далёкого. Только бровями чуть дрогнула. А Крэйг негромко спросил:
– Ты ведь знаешь, о чём я собираюсь говорить?
Девушка свела брови вместе, и парень невесело рассмеялся:
– Ну, конечно! Кто там из наших говорит, что логика у вас, у мутантов, пашет?..
Откинулся назад, опираясь спиной на корабль:
– И что ты мне скажешь?
Кора скосилась на обманчиво небрежную и расслабленную позу здоровенного косморазведчика, промолчала.
Парень внимательно, расчётливо рассматривал напряжённую фигуру рядом с собой. А потом негромко спросил не о том:
– Почему ты так зациклена на нём?
Не нужно было уточнять, о ком речь. Кора попыталась закончить разговор. Пока он окончательно не зашёл куда-нибудь не туда:
– О чём ты, Крэйг? И вообще, поздно... Пошли отдыхать. Завтра выходим на точку. Кто их знает, когда нам дадут отмашку начинать...
Она собиралась соскользнуть с платформы вниз. Космодесантник не позволил. Перегнулся так, что отрезал ей путь к отступлению. Пытливо уставился в лицо. И провоцировал. Обманчиво-небрежно:
– Наши ведь не замечают. Вот уж у кого наблюдательность хромает... Ты всё время оглядываешься на него. Что бы ни делала. Будто бы соотносишь свои поступки с его мнением. Иногда характер прорывается, ты бунтуешь и пытаешься стряхнуть с себя контроль, и давление. Как полтора года назад с отрезанной косой и жуткими лохмотьями, что ты стала таскать...
Кора не сдержалась. Весело фыркнула ему в лицо:
– Ты фантазёр, Крэйг!
А он не унимался. Напряжённо смотрел ей в лицо:
– Нет! Не уходи от ответа! Это ведь правда. Он привык тебя контролировать. Ты привыкла подчиняться. Что было между вами там, за Барьером? Что-то ведь было! И не ври, что не было!
Перси криво ухмыльнулась парню. Как ребёнку, который мало что понимает в жизни:
– Ты, конечно, наблюдательный, Крэйг. Вот только "сигналы" считал не так, как нужно. Золотой привык прикрывать меня. Я привыкла оглядываться на него по одной простой причине, что мы не раз и не два играли одной командой.
И уже очень серьёзно добавила:
– Я выжила там благодаря его помощи. И не я одна.
– Что он потребовал в обмен на помощь?
Вопрос вырвался у него сам собой. Она опешила и как-то по-новому посмотрела на напряжённого, как пружина, молодого человека. Нахмурилась:
– Что за дикие вопросы, Крэйг? Во-первых, ты не имеешь права спрашивать у меня что-то такое. А во-вторых, почему ты так плохо думаешь о нём? Ты всё время подозреваешь его в чём-то!
Крэйг отвёл взгляд. Ответил мрачно:
– Он сам сказал. Когда мы были в том публичном доме. Что, если бы мы были за Барьером, он убил бы меня, а тебя бы прибрал к рукам, независимо от твоих желаний.
Чего не ожидал Крэйг Ливин в ответ на свою разоблачительную речь, так это того, что "жертва" обвинит его:
– Ты точно довёл его! Иначе он никогда не проболтался бы!
Парень скривился:
– Значит, виноват я, что довёл, а не он, который признался в том, что способен на убийство соперника и на изнасилование?
Девушка снова удивила космодесантника. Насмешливо глянула на него. И в то же время, густая, чёрная печаль пряталась у неё в глазах:
– Может быть, завтра тебе, Крэйг, придётся убивать варданцев своими руками. Или они убьют тебя. Или кого-то из наших убьют на твоих глазах, и ты ничего не сможешь сделать. Станешь ты от этого другим?... Скажу тебе уже сейчас. Станешь... Я стала. И Алекс. Мы убивали уже, Крэйг. Он чужими руками. Я своими.
Сделала паузу, чтобы вволю насмотреться на потрясённого парня. Продолжила дальше, кривя губы:
– За Барьером женщина была разменной монетой. На неё мог за заявить права любой. И забрать себе, если хватит силы. Так и бывало... Не суди о том, чего не понимаешь, Крэйг. То, что ты принимаешь за унижение и проявление жестокости, там было честью и защитой. Признанием. Гораздо более серьёзным, чем обыкновенное "люблю"... Беря женщину под защиту, мужчина ставил свою жизнь на кон. Любой мог попытаться забрать её... Убить его. Или защитнику приходилось убивать самому. Это тоже нелегко, Крэйг, отнять чью-то жизнь. Даже если это мерзавец...
Ливин, побледневший и сосредоточенный, требовательно спросил:
– Кем он был там?
Девушка вскинула на него удивлённые глаза:
– Какая разница? Мутант. Как я, и куча других.
Космодесантник вспылил:
– Точно не как "куча других"! То, как он привык командовать и задвигать других!..
Парень запнулся, когда наткнулся на странный взгляд Коры Блайз. Точно! Не ошибся!.. Ответила она ему чуть брезгливо:
– Снова ошибка. А если не задвигать других, а выходить вперёд? Чтобы другие, более слабые, остались за спиной? Под защитой?
Замолчала. А потом всё же спросила:
– Почему ты так завидуешь ему, Крэйг Ливин?
Юноша вздрогнул. Повёл плечами, будто решаясь на что-то. И, наконец, посмотрел на собеседницу прямо и честно:
– Потому, что ты зациклена на нём.
Он ещё немного сдвинулся. Так, что теперь то, как они сидели на платформе легко можно было принять за объятия. Ещё движение. Теперь это и стало объятием. Кора привычно замерла, чтобы не провоцировать крупного и раздражённого противника, пока не разберётся и не примет решение.