Ведьмоловка
Шрифт:
— Ревматизм нам с тобой не грозит.
Павлик обрадовался. Ведь погоду можно узнать и по радио. Но один вопрос так и остался невыясненным.
— А валенки тогда зачем? — осмелился он.
— Для Аляски, — пояснил старичок. — Сколько сейчас градусов?
— Двадцать девять! — Павлик был рад, что сумел достойно проявить себя.
— А на Аляске минус восемь, — опечалился старичок, словно ему предстояло немедленно отправиться туда, где бедные эскимосы стоят себе дома из ледяных кубиков.
Павлик не знал, о чём говорить дальше. Он просто взял прутик и начал вычерчивать на песке перед скамейкой профиль ведьмы. Сначала получился крючковатый нос, затем круглые злые глаза, после раззявленный рот с одним квадратным зубом. А вот на волосах Павлик застопорился. У него получалась то пышная причёска, то кудрявая, то фонтаном. В общем, как у той ведьмы, что выпросила волосы у сестёр русалочки.
— Не так, — раздался голос старичка.
И когда Павлик взглянул на него, то обнаружил, что тот критически осматривает получившийся портрет.
— Гляди-ка, — старичок ловко спрыгнул со скамейки, одним движением подошвы затёр верх рисунка и несколькими точными штришками изобразил лохматые космы. Теперь ведьма выглядела так, словно пришла сюда из древнего фильма ужасов.
— Вот они какие, городские ведьмы, — кивнул старичок. — Значитца, если встретишь, то вмиг опознаешь.
— Ага, — недоверчиво вздохнул Павлик. — Встречу. Где же их встретить?
— Дак всё равно вырастешь, — пояснил старичок. — Значит, повстречаешь. Хоть одна мимо да пройдёт.
— Я не хочу, чтобы мимо, — заторопился Павлик, желая выспросить у чрезвычайно осведомлённого старичка как можно больше. — Я хочу запомнить.
— Ишь чего, — нехорошо улыбнулся старичок. — Запомнить! Кто ж тебе это позволит?
— А кто запретит? — раздался вопрос, и упавшая на скамейку тень разделила Павлика и старичка.
Подняв голову, Павлик узнал знакомое хмурое лицо. Из-за спины Михи тут же вынырнули Валерка и Борис. Старичок моментально позабыл про Павлика и стал рассматривать подошедших ребят с таким восторгом, будто узрел перед собой статуи древнегреческих богов.
— Да никто! — ответил старичок Михе. — Если повезёт, то не только повстречаешь, но и запомнишь. Навсегда!
— Где их встретить? — хриплым от волнения голосом спросил Миха.
— Подсказочку? — осведомился старичок.
— Угу, — в один голос отозвались Валерка и Борис. Миха промолчал.
— Повезло вам, — кивнул старичок и полез за пазуху, словно намеревался вытащить оттуда тысячи призов от компании «ПЕПСИ». Павлик уже ясно видел, как на свет белый появляется плейер, о котором мечталось уже два года. Нет, два с половиной!
Но старичок только почесался и вытащил руку обратно.
— Чем же это нам повезло? — спросил Миха.
— Угу? — снова отозвались Валерка и Борис, только теперь в их голосах звучала вопросительная нотка.
— Повезло, что меня повстречали, — старичок вскочил на скамейку и оказался ростом выше Михи. Сантиметра на три, но выше.
— Да будет известно, что перед вами стоит ни кто иной, как продавец снов! — возвестил старикашка, настолько мерзко улыбаясь, что Павлик даже отодвинулся подальше. — Если хотите подсказочку, то я подкину вам её во сне. Ну, кто тут самый умный?
Все вопросительно посмотрели на Миху. Даже Павлик.
— Выходи, Борька, — Миха сдвинулся в сторону.
Борис шагнул вперёд, щуря глаза, словно был ужасно близоруким субъектом.
— Подойдёт, — согласился старичок. — Сегодня во сне ты сам всё себе и объяснишь. А раз умный, то и поймёшь тоже сам. Только вот…
На лице старичка появилось смущённое выражение, будто он не решался попросить у ребят рублик-другой на дорогу.
— Что вот? — Миха встал рядом с Борисом.
— Только вот не за так, — решился старичок. — Я ведь продавец всё-таки, а не раздатчик. Заплатить надо бы. Вещий сон дорого стоит. Ты хоть знаешь, что такое вещий сон?
Вопрос относился к Павлику. Тот замотал головой. Про вещий сон Павлик не знал ничего. Павлик знал про вещего Олега. Зато наизусть.
— Значитца так, — старичок потёр руками. — С вас сорок семь зимних дрём и одиннадцать внезапных пробуждений. Па-апра-ашу вперёд.
Он протянул к Михе раскрытую ладошку с пухлыми пальчиками.
— Нет у нас, — пробасил Миха. — Может, сменяем на что?
Из правого валенка старичка выскочила маленькая чёрная лохматая собачонка. Она прыгнула к Михе, обнюхала его, затем перебралась к Валерке и напоследок остановилась возле Павлика, глядя снизу вверх умными блестящими глазами.
— О! — возрадовался старичок. — Хорошие сны чует. Ну, сколько их там?
На какой-то миг Павлик почувствовал лёгкое головокружение, а в следующую секунду собачка весело тявкнула три раза.
— Сменяться-то можно, — кивнул старичок. — Кошмарики у меня завалялись. Меняем три ваших сна на три моих кошмара. Согласны?
— А то, — кивнул Миха.
— Вот и ладненько, — старичок очень обрадовался, видимо три сна стоили куда дороже, чем сорок семь зимних дрём и одиннадцать внезапных пробуждений, каждому по кошмарику.
Пухлый указательный пальчик ткнул в Миху и Бориса. И в Павлика тоже ткнул. Не успел Павлик отодвинуться.
— Свершилось! — старичок похлопал себя по карману. — Только потом не стонать, — предупредил он. — Обратного обмена нет!
И исчез. Миха с друзьями оторопело уставились на пустое место, где только что сидел говорливый старичок.
— Куда он делся? — хмыкнул Валерка.
— На Аляску, — вырвалось у Павлика.
Миха смерил его странным взглядом, будто не третьеклассник стоял перед ним, а вопил из коляски неразумный грудной младенец, и Павлик пожалел, что не сдержался.