Чтение онлайн

Снова раздался крик.

Конвей дважды выстрелил. Кони шарахнулись в сторону, а разнесенные в клочья седоки выпали из седел. Кликнув собак, Конвей бросился в атаку. Обогнув хижину, он наткнулся на группу растерявшихся пеших воинов. Они уставились на убегавших коней.

Еще два выстрела сразили одного из них. Посреди группы появилось что-то бело-красное. Конвей избегал туда смотреть. Ему удалось еще раз выстрелить. Еще один воин упал.

Наиболее агрессивный из застигнутых врасплох воинов повернулся и сделал выпад окровавленным мечом, пытаясь достать Конвея. Карда тут же бросился на его открывшееся горло. Собака и человек упали на землю, затем Карда снова последовал за своим хозяином.

Появились спешившиеся Тейт и Налатан. Тейт уже вела огонь. Налатан издал боевой клич. В левой руке он держал свой странный железный посох, на середине которого был прикреплен щит, а на каждом конце — шар. Меч в его правой руке выписывал в воздухе серебристый шипящий круг. Конь Налатана, врезавшись в группу людей, свалил на землю двоих, а третий упал под мечом.

Тейт убила еще двоих.

Когда они развернули коней, чтобы вернуться на свои исходные позиции, единственный оставшийся на ногах воин, отшвырнув свой меч, со всех ног бросился в лес. За ним помчался Налатан. Раздался резко оборвавшийся вопль. Возвращаясь, Налатан свесился из седла, вытирая свой боевой посох о землю.

Конвей не мог поверить, что стычка окончена. Так жестоко и так быстро. Его шею сковал нервный спазм. Налатан подъехал к нему. Тейт перед хижиной наклонилась, рассматривая маленькую обнаженную фигуру, окруженную телами ее мучителей.

Один из поверженных воинов зашевелился. Другой со стоном двинул рукой. Конвей поручил их охрану собакам.

Тейт поднялась. Встретив взгляд Налатана, она покачала головой и вымолвила:

— Слишком поздно. Это был просто маленький мальчик.

Галопом на лошадях примчались Сайла и Ланта. Едва взглянув на павших воинов, они поспешили в хижину. Огонь набирал силу. Из левого окна показались языки пламени, но дверь еще не занялась. Конвей заглянул сквозь дым и пламя в хижину. Там он увидел еще два тела — мужчину, так и не выпустившего из рук лопату, и еще одного мальчика. Рядом с ним лежал до смешного крошечный ножик. Конвей и Налатан вошли в хижину. Осмотревшись, они заметили молодую обнаженную женщину. Конвей вспомнил о воинах, дурачившихся с куском яркой ткани.

Жрицы подошли к двум оставшимся в живых воинам.

— Видите, что они натворили? — спросил Конвей.

— Сайла — военная целительница, я — целительница, — ответила Ланта. — Ты свои обязанности выполнил, теперь дай нам выполнить свои.

На этом Ланта повернулась к Конвею спиной, давая понять, что тема исчерпана.

Ланта занялась воином, который пострадал от зубов собаки. Его правая рука была разорвана от локтя до кисти.

— К какому народу вы принадлежите? — спросил его Конвей.

— Мы — Ква, — простонал тот в ответ, потом закричал от боли и обмяк.

— Ква?! Но ведь ваши земли так далеко на севере! — встревоженно отреагировала Сайла.

У Конвея сжался желудок.

— Вы напали на Олу? Прошли на юг через Харбундай?

На лице раненого сквозь боль проступило торжество.

Мы заключили союз с Людьми Гор. Эпидемия не выпускает Людей Собаки из их лагерей, поэтому они не смогут оказать помощь. Сегодня мы завоюем Олу.

— Сколько вас? Что происходит в Оле?

Раненый сглотнул. Его молчание красноречиво свидетельствовало, что положение Олы скверное. Налатан так близко наклонился к пленнику, что их носы едва не соприкасались.

— Мародеры и трусы, оставленные здесь, чтобы совершать набеги на таких бедняков, как эти люди!

Ква завизжал и попытался отползти.

Сайла осторожно, но решительно оттолкнула Налатана.

— Перевяжи его получше, — велела она Ланте. — Я перевяжу ногу второму.

— Мы оставим вам еду и воду, — сказала она раненому.

Встревоженный Ква попытался приподняться.

— Острая Скала не сможет держать в руках оружие. Я не смогу идти. Наши лошади исчезли. Кто-нибудь нас обнаружит! — Он скосил глаза на пылающую хижину.

— Здесь почти никто не живет, — ответил ему Конвей. — Вас скорее всего найдет какой-нибудь тигр или волки. Они с вами обойдутся лучше, чем вы с этой семьей!

Помогая Ланте подняться, Конвей со злобным удовольствием многообещающе улыбнулся Ква.

Сайла и Ланта настояли на том, чтобы с убитыми поступили как положено. Конвей сложил в небольшом сарае валежник для погребального костра. Налатан с интересом посмотрел на своего друга.

— Ты как будто страшно торопишься. Эти Ква тебя обеспокоили?

— И немало! Если они в Оле, Гэн попал в беду. Наши друзья в беде.

— Им нужна наша помощь?

Улыбнувшись тому, как Налатан автоматически воспринял сказанное как относящееся и к нему, Конвей ответил:

— Боюсь, что да. Мы должны спешить!

Когда они покидали это место, над ревущим огнем поднимался густой черный дым. От жара огня свисавшие ветви растущих вблизи елей беспорядочно поднимались и опускались. Они напомнили Конвею беспомощную жестикуляцию плакальщиков у открытой могилы. Оставленные двое Ква жались друг к другу на фоне пылающего огня.

Ланта ехала рядом с Конвеем перед Сайлой. Он попытался отослать ее назад, ведь впереди — опаснее всего, но ее улыбка заставила его умолкнуть.

Наконец они взобрались на гребень горы. Между ними и сверкавшими вдали в утренних солнечных лучах стенами осажденной Олы возвышались несколько гребней. Среди скученных строений были видны языки пламени. Подхваченный ветром дым образовал плоскую траурную мантию. Даже на этом расстоянии были слышны звуки труб и барабанов.

Налатан, у которого было почти соколиное зрение, заметил: — Затишье. К стенам не приставлены осадные лестницы.

— Красное и желтое, — с волнением сказала Сайла, схватившись за спину куртки Налатана. На коже оставались царапины от ее ногтей. — Красное и желтое — цвета Гэна!

Сощурившись и наклонившись вперед, будто такое мизерное сокращение расстояния имело какое-нибудь значение, Налатан сосредоточенно вглядывался. Неожиданно он с улыбкой выпрямился.

— В центре, около тех сверкающих ворот!

— Тогда мы не опоздали! — воскликнула Тейт, поправляя «вайп» на своем плече. — Десантники! К затворам — заряжай!