Чтение онлайн

— Тарелки, — тоненько пропищала она, — грязные, как я и думала. Мы оставим их, а когда вернемся, они будут вымыты доброй феей.

У Кэрри возникло подозрение, что Даллас изображает ее саму. Это чувство переросло в уверенность, когда раздался громкий хохот Джоша. Бросив на него косой взгляд, ясно говоривший:

«Смейся, смейся, но ты об этом еще пожалеешь», — она снова повернулась к детям.

Кэрри была поражена той искусной веселой пародией на нее саму и Джоша, которую они создали.

Они обыгрывали самые незначительные моменты, заставляя Кэрри и Джоша смеяться до слез. Но когда дети принялись изображать, как Кэрри и Джош реагируют на прикосновения друг друга, взрослые начали предостерегающе покашливать.

— Ты взяла меня за руку, — говорил Тем. — Я не могу терпеть этого. Я должен обнять тебя, целовать. — Приложив одну руку ко лбу, а другой обнимая Даллас, он выглядел, как человек, которого что-то ужасно мучит. — Но нет, я не должен. Я не должен тебя трогать.

— О, трогай меня, пожалуйста, ты такой большой и красивый, — отвечала Даллас, глядя на Тема глазами, полными обожания.

— Твои дети — бессовестные сорванцы, — повернулась Кэрри к Джошу.

— А я думал, это наши общие дети.

— Ну уж нет, только не сейчас.

Улыбнувшись, он хлопнул в ладоши.

— В постель, актеришки! Сию же минуту — в постель!

Дети побежали наверх не раньше, чем, раскланявшись, сорвали долгие, заслуженные аплодисменты.

— Какие необыкновенные дети, — заметила Кэрри, оставшись с Джошем наедине.

Закатав рукава, Джош повернулся к раковине, полной грязных тарелок.

— Собираюсь поучить тебя, как обращаться вот с этим.

Кэрри, не дрогнув, подошла ближе:

— Сожалею, но только не сегодня. Я должна отправиться по делам.

— Не стоит выходить из дома, — запротестовал было Джош, но сдался, зная по опыту, что не имеет смысла пытаться указывать Кэрри, что она должна, а чего не должна делать. — Куда ты собираешься?

— В Вечность. Хочу устроить самый божественный обед для твоего брата. И не поучай меня, пожалуйста. Ты не можешь ничего приказывать тому, кто не является членом твоей семьи, тому, кому ты не доверяешь своих секретов, — с этими словами она набросила свою короткую шерстяную накидку и вышла из дома.

Джош некоторое время глядел на дверь, затем улыбнулся. «Она — сущее наказание», — промелькнула у него мысль, и, повернувшись к своим тарелкам, он произнес вслух:

— Хотел бы я наказать ее по заслугам.

Все еще улыбаясь, он подумал о том представлении, которое устроили вечером Тем и Даллас.

Он не видел детей такими счастливыми с тех пор, как их мать…

Он оборвал сам себя и принялся наливать воду в мойку. Он не собирался думать об их матери.

К тому времени, как брат Джоша и его жена прибыли на воскресный обед, Кэрри так разнервничалась, что ее всю трясло. Этой ночью ей удалось поспать всего четыре часа. Приготовления к обеду заняли очень много времени. Джош не ложился спать до ее прихода, и было ясно, что он считает поручение приготовления их воскресного обеда другим людям слишком легким выходом.

Очевидно, он был уверен, что «настоящая» жена проводит у плиты все дни напролет.

Кэрри не отвечая, улеглась спать и проспала до утра. Когда появилась первая женщина с заказанным блюдом, Джош, чтобы разбудить Кэрри, распахнул дверь спальни. Дети сразу прыгнули на постель. Под их натиском девушке пришлось встать и одеться. Затем она вместе с детьми принялась рыться в своих вещах. К полудню обеденный стол был покрыт скатертью из ирландского льна, такими же были салфетки. На столе стояли тарелки из французского фарфора, а столовые приборы сверкали серебром. Блюда, наполненные деликатесами, в приготовлении которых приняла участие чуть ли не каждая женщина из Вечности, были также серебряными или из французского фарфора.

— Боже мой, — только и могла вымолвить Даллас, которой еще не приходилось видеть ничего подобного.

Ровно в назначенный чае прибыли Хайрем и его жена Элис. Их экипаж Кэрри посчитала очень дорогим. Хайрем оказался крупным мужчиной, с огромным, сильно выдававшимся вперед животом. Заговорщически взглянув на Тема, Кэрри улыбнулась: Хайрем выглядел точь-в-точь так, как мальчик изображал его.

Джош и дети уныло стояли в дверях; а Кэрри, смерив их возмущенным взглядом, поспешила на встречу гостям. Подойдя ближе, она смогла лучше рассмотреть жену Хайрема. Это была худенькая, маленькая женщина. Возможно, Элис была моложе, чем казалось, но выглядела она так устало, что Кэрри захотелось побыстрее проводить ее в дом и предложить присесть.

Улыбаясь гостям, Кэрри протянула руку для приветствия. Несмотря на то что Джош предупреждал ее об ужасном характере Хайрема, она его не боялась. Она не боялась никого, ибо за всю ее короткую жизнь Кэрри не приходилось сталкиваться ни с чем, кроме любви и уважения. Там, откуда она приехала, ее семья считалась богатейшей в городе. Фактически немного было людей, не работавших на ее семью. Кроме того, девушка была щедра и хороша собой, и с ней было приятно поговорить. До того как она встретила Джоша, не было мужчины, женщины или ребенка, которых бы она не очаровала.

— Добрый день, — радушно обратилась она к Хайрему. — Чем могу быть вам полезна? — Последние слова были адресованы жене гостя.

Элис изумленно посмотрела на Кэрри. Казалось, она была удивлена тем, что ее кто-то заметил. Затем усталое выражение на лице Элис сменилось выражением удовольствия.

Хайрем, отстранившись, вызывающе оглядел Кэрри с ног до головы. Если бы кто-то из моряков, бывавших у них дома, осмелился так посмотреть на нее, один из ее братьев или даже кто-то из прислуги вышиб бы из наглеца дух.