Чтение онлайн

Высоко-высоко в небесах мерцали звезды. Они перемигивались между собой, свысока поглядывая на затерянную где-то в просторах Вселенной планету. Они не знали, что на них смотрят, любуются, мечтают, загадывают желания и нарекают им имена, силой воображения соединяя в фантастические фигуры героев и удивительных зверей, детей этой маленькой планеты...

На звезды смотрел поседевший в битвах страж гондорской башни, любовался молоденький вахтенный броненосца 'Александра III', несший ночную, 'собачью' вахту, мечтательно вздыхал где-то в лесной роще влюбленный эльф.

И с надеждами и тревогами глядели на звезды дети иного, оставшегося неведомо где, мира. Люди, пережившие неведомые средиземцам беды и трудности - сейчас стремились пережить и новую катастрофу, которую они называли просто 'Перенос'.

И яркими оранжевыми искрами, посылая привет звездам, горели в разных точках планеты костры... Но жгли их не только люди. Рядом с одним из бесчисленных костров, где-то в мрачной чащобе, сидели эльф и эльфийка

Ломехир подкинул в костер охапку сухих веток. Темные тени заиграли на лице задумчивой Нарвест. Глаза эльфийки, подернутые легкой грустью, глядели на пляшущие язычки костра - и почему-то любовались и облаченным в темно-зеленый плащ эльфом.

Этот плащ, сшитый собственными руками, Нарвест подарила смелому капитану. Просто так. Эльф был очень растроган подарком - как раз в этот день Ломехир праздновал свой день рождения. А сейчас они сидели у костра, вслушиваясь в лесные шорохи и вели тихую беседу.

Они не знали, что же чувствуют друг к другу - но оба определили бы его, как 'просто симпатия'. Не любовь, и тем более не пламенная страсть, оставляющая после себя серый пепел тоски. Просто им было хорошо сидеть рядом друг с другом у костра и разговаривать о понятных и общих вещах. О доброй ковке мечей, о том, как растить цветы, бережно выхаживать деревья.

А вот в палатке, где в ожидании своей смены устроились Змей и гномка Венандора, происходило иное.

– Гэвэн...
– гномка прижалась ухом к голой груди Змея, провела пальцем по вытатуированному на плече изображению змеи, полюбовалась изображением десяти парашютистов, выпрыгивающих из самолета, изумленно присвистнула, разглядывая парашют с крыльями.

– Змея - я понимаю этот знак, у гондорцев такие татуировки себе делают 'мастера клинка'. И ты тоже 'мастер клинка'... Но вот это - первый раз вижу таких странных птиц.

– Это не птица - ухмыльнулся Змей.
– Самолет. Когда мы прибудем в русские земли, я тебе покажу самолеты. И если захочешь, научу тебя прыгать с парашютом...

– А как это?

– Словами это не описать...
– Полетим - поймешь. Но это прекрасно - быть частью неба - Змей тихо улыбнулся, стараясь не показать своего потрясения.

Пообтеревшись среди Подгорного народа, Змей уже знал многие идиомы гномов. 'Пепел моего предка в моем сердце' - этим самым гном подчеркивал, что ведет свой род от 'сожженных гномов', некогда павших в битве за Морию с орками.

'Сердце мое сегодня не стучит' - означало траур в семье гнома.

А вот 'слушать стук твоего сердца' в устах девушки-гнома означало не больше и не меньше: 'Хочу быть с тобой всегда, быть твоей женой!' - именно это она только что произнесла.

Венандора задумчиво коснулась букв над парашютом.

– А что означают эти слова?

– Победа или смерть. А ты правда...
– Змей помолчал - хочешь быть со мной всегда? Делить и радость и горесть?

– Красивый девиз...
– улыбнулась гномка.
– Знаешь, что меня больше всего рассмешило при нашем знакомстве?

– Что?

– Как ты пытался высмотреть у меня бороду. И как Его Величество однажды спросил у старого кузнеца Валина, бреются ли гномки.

– Да... Кузнец тогда ответил, что они это делают только в дни великих войн, посвящая свои сбритые волосы Валарам - чтобы их дар хранил мужей и сыновей - и бреют только голову, ибо бороды носят те гномки, которые идут в бой рядом с дорогими им близкими!

Оба рассмеялись, вспомнив, как сегодня днем, когда начался поход по Жуткому лесу, Венандора достала из своего заплечного мешка большую рыжую бороду на завязках и с важным видом долго прилаживала ее к своему симпатичному лицу.

Отсмеявшись, Змей улыбнулся.

– А без бороды ты куда красивее. Особенно с таким волевым подбородком - он коснулся пальцем подбородка Венандоры.

Та только ласково поцеловала Змея, устроила голову на его широкой груди и заснула.

А Змей задумчиво смотрел на спящую девушку. Он и сам начинал дремать...

Тем временем молодой маг-огневик Люкс не спал - он сидел около своей палатки и жонглировал файерболлами.

Раз-два-три-четыре - высоко в воздухе беззвучно взрывается зеленый шар... Зажигаем новый - получился полосатый, подбрасываем...

Вдруг шары Люкса дернулись и вереницей метнулись навстречу чему-то бесформенному - оно вынырнуло из кустов и прыгнуло к костру отважных путников...

Еще быстрее отреагировали Ломехир и Нарвест - эльфы вскочили, серебристыми молниями блеснули мечи, принимая на клинки чудовище.

Шарах! Ба-бах!
– файерболлы Люкса врезались в странную тварь. Дикий визг огласил окрестности. Жуткий лес отозвался воем, рычанием, писком. Над лагерем, зловеще каркая, закружили вороны. А обитатели лагеря сражались.

Люкс зажигал и метал файерболлы. Разноцветные шары вереницей кружились вокруг лагеря, сжигая выскакивающих из сумрака крупных крыс. Змей водил винтовкой туда-сюда, выискивая цель, рядом с ним, прикрывая спину любимого, стояла облаченная в кольчугу на голое тело гномка Венандора. В крепких руках гномка держала блестящий топор. Эльфы Ломехир и Нарвест стали спина к спине, сжимая в руках мечи. Темная эльфийка натянула большой черный лук. А фантаст Иванищев просто прикрыл глаза и начал, как и подобает талантливому писателю, которых в Средиземье местные уже начали называть 'мастерами слов', 'плести слова'.