Урус-хаи

– Включайте.

– Включено

– Начинается эксперимент...

Зажужжали приборы, заметались стрелки амперметров и вольтметров. На экранах компьютеров засияли разнообразные модели.

– Аппаратура в порядке. Начинаем обеспечение столкновения частиц дубния с частицами пиндония.

– Сделано. А теперь начинаем разгон коллайдера...

– Начинаем.

– Скоро мир узнает, существует ли бозон Хиггса...

И вдруг лаборатория начала окутываться странной синеватой дымкой.

– Что такое?
– нахмурился физик Степан Доброхотов, глядя на прыгающие стрелки приборов и мигающие экраны компьютеров.

– Доннерветтер!
– заорал его ассистент Кристиан Кальвин, швейцарский ученый.
– Там, у нас в Швейцарии, большой андронный коллайдер полетел! Отключай аппаратуру, мать твою!!!!

Степан метнулся к приборам, начал набирать коды. Остановился. И тут...

Все перед ним утонуло в синем тумане...

– Ты утверждаешь - с любопытством посмотрел Саурон на склонившегося перед ним горбуна с покрытым шрамами лицом, - что знаешь могучее заклятие, перемещающее территории разных миров?

– Да - кивнул горбун.

– Приступай - приказал Саурон.

Горбун изобразил на полу странный узор и начал обводить его вязью заклятий. Затем он воздел уродливые паучьи руки к потолку тронного зала и воскликнул:

– Алленакапав макувапава пеннапаекува рунниамориа пеннамапиа!

В ночном небе засверкали молнии, Загрохотал гром.

Потомственный бродяга без определенных занятий Арагорн, сын Арахорна внимательно смотрел на небо. Оно переливалось непонятными цветами, сверкали шаровые молнии.

– Моргот раздери!
– проворчал Гэндальф - Что такое придумал этот проклятый Саурон?

А затем...
– подул ветер, затрещали вековые сосны.

Гэндальф в задумчивости оперся о жезл, втянул расширившимися ноздрями воздух.

– Что это было?
– с беспокойством спросил Арагорн.

– Честно, не знаю - Гэндальф зябко повел плечами.
– Одно могу сказать - Саурон, чтоб ему пусто было, опять экспериментирует. И грядут великие перемены...
– но сказать - что будет дальше, я смогу только тогда, - маг указал на безмятежно спавших у костра хоббитов, - когда эти коротышки исполнят свою работу. Тогда я отправлюсь на восток.

Стражник Эомирмет стоял на надвратной стене могучей, неприступной крепости Теодена Хельмовой Пади и тревожно вглядывался в небо.

– Какая странная погода! Такой не видывал на своем веку...
– хмуро сказал старый воин.

К нему подошел Эомер, взглянул на небо, послюнил палец и подержал на ветру.

– Я могу сказать, что в северных степях происходит нечто неладное!
– заявил он.
– Шкурой чую.

Стражник уважительно кивнул:

– Господин Эомер, я тоже это чувствую.

Все Средиземье замерло в предчувствии великих и зловещих перемен...

Алексей Рюмин проснулся оттого, что в его глаза бил яркий солнечный свет. Рядом с кроватью в охотничьей стойке замер пойнтер Бим.

– Бим, что такое ты увидел?
– сонно потягиваясь, спросил Алексей. Покосился на сладко посапывающую жену.

– Гав?
– отозвался пес.

– Ладно, щас покормим тебя, - произнес Алексей, вставая и подходя к окну.

– Пиу?
– пискнул сидевший на наружном козырьке дракончик. Его зеленая чешуя радугой переливалась в солнечном свете.

Алексей зажмурился.

– Белая горячка...
– подумал он.
– Блин... Но я же вчера не пил. Разве что бутылку пива с Гошкой и Макарычем у ларька продавщицы Наташки уговорили... Или... это бред, сон? А может, шиза подкралась тихо и моя крыша, шурша шифером, уехала?