Чтение онлайн

Еще несколько ящиков занимало специальное снаряжение. Лопаты и лопатки, кирки, кисточки, закрепляющие растворы, лотки для промыва и для просева, ящики для хранения находок, фотоаппараты с метрами чувствительной пленки, три кинокамеры, в том числе одна для подводной съемки, ручной сканер для получения объемного изображения (экспериментальный образец, полученный из того же ведомства, что и палатки).

В особом ящике находились гидрокостюмы. Бетси уже приходилось пользоваться ими во время экспедиции на Змеиный остров. Вместо громоздких баллонов с воздухом на спине крепилась небольшая плоская коробочка размером с «ноутбук» – устройство для выделения из воды кислорода. Жизнетворный газ поступал по специальным капиллярам-трубочкам прямо в маску акванавта, так что была исключена малейшая возможность повреждения воздухопроводных шлангов. Широкий пояс костюма был снабжен ускорителями, помогающими пловцу развить под водой достаточно приличную скорость. Не забыли разработчики и о мерах безопасности. Наручные часы подводников были снабжены устройством, издающим сигналы, отпугивающие хищников. Как сообщал Джунковский, диапазон этих сигналов был значительно расширен с учетом латиноамериканской фауны. Например, поставили звуки, призванные обезопасить пловца от гигантских рептилий – змей и крокодилов.

За что еще была благодарна девушка Ивану Петровичу, так это за коробку с «игрушками». Они-то ей пригодятся в первую очередь. Ее любимые «глоки» соседствовали с «береттами», классические автоматы Калашникова с модерновыми израильскими УЗИ. Пару десятков ручных гранат какой-то невиданной конструкции. Бетси взяла одну из них. Легкая, как раз по ее женской руке. Интересно, а какова же ее взрывная мощность?

Экспериментировать, однако, не стала. А то чего доброго разнесет в пух и прах гостиничный гараж, где она сейчас обосновалась, да еще и с самой гостиницей в придачу. Что тогда будут делать несчастные жители Гуатавиты. Ведь в их небольшом средневековом городишке всего-то и достопримечательностей, что этот отель, небольшой собор да английский паб «Солсбери Грин».

Надо бы туда наведаться, поскольку его хозяином является бывший футболист из Саутгемптона. Какой-никакой, а «земляк». Вдруг чего расскажет нужного и любопытного. Там же можно арендовать и лошадь, чтобы проехаться на озеро. Тут всего полторы мили, но зачем бить ноги, если можно совместить приятное с полезным.

Решено. Сейчас же и отправимся на верховую прогулку.

Элизабет быстренько сложила все вещи обратно в металлический контейнер. И как это Джунковскому удалось переправить сюда такие сокровища в целости и сохранности? Или он волшебные слова знает? Теперь главная проблема в том, чтобы обезопасить снаряжение от посягательств любопытных. Хитрых замков, навороченных комплектовщиками на контейнер, явно маловато. Хороших специалистов по взлому можно легко найти даже в таком забытом богом и людьми месте, как Гуатавита.

Мисс МакДугал пока не придумала ничего лучшего, как арендовать все помещение гаража на два месяца. Поскольку все автомобили, некогда содержавшиеся здесь, были конфискованы партизанами и парамилитарес, хозяин отеля особенно не стал возражать, чтобы гараж был временно преобразован в исследовательскую археологическую лабораторию. Три тысячи североамериканских долларов привели его в экстатически коматозное состояние. Он даже предложил англичанке выставить у ворот вооруженную охрану, но девушка решительно отказалась. Зачем привлекать лишнее внимание к обыкновенному складу?

Хорхе Солана, попыхивая неизменной сигарой, сидел на крыльце своего дома, расположенного прямо возле паба «Солсбери Грин», где уакеро любил осушить кружечку-другую темного «Гиннеса» или пропустить пару рюмок агуардьенте.

Он увидел, как в заведение зашла эта полоумная девушка-гринго, вздумавшая в одиночку искать здесь сокровища индейских уак. Странно, однако белокурая леди понравилась Хорхе. Поговорив с ней совсем немного, уакеро признал в иностранке родственную душу.

О древностях девушка говорила с удивительным для ее пола и возраста восторгом. Причем искренним, а не наигранно-экзальтированным. Точно так же относился к старым индейским цацкам его младшенький, Энрике.

Нельзя сказать, что для самого Соланы-старшего находимые им артефакты были всего лишь кусками драгоценного металла, которые можно толкнуть за приличные деньги скупщику, а потом долго жить в свое удовольствие. Нет, он с должным уважением и даже трепетом прикасался к славному достоянию своей страны. Просто Хорхе был в своем деле профессионалом. Время остудило в нем юношеский восторг. Старое золото муисков было его работой. Он знал о нем если не все, то многое. В кабинете старого уакеро целая стена была отведена для книг о колумбийских древностях.

А вот девчонка, по всей видимости, еще не растратила молодого задора. Хорхе ей даже позавидовал чуток.

Ему всегда хотелось дочку. Но жена после вторых родов заболела и уже не смогла дарить Солане детей.

А теперь у него и вовсе никого не осталось.

Белокурая девушка появилась из-за угла паба уже верхом на лошади. Молодец Хесус Аррубла, дал ей Ласточку – быстроходную, но весьма смирную и покладистую лошадку. Да, видать и хозяину паба приглянулась красивая «землячка». Ласточку он не дает кому попало, только ближайшим друзьям и уважаемым клиентам.

Уакеро одобрительно посмотрел в спину удалявшейся в сторону озера наездницы. Хорошо держится в седле. По всему видно, что не новичок в верховой езде. Хорхе и сам был в этом деле мастаком. Пару раз брал приз на ежегодных скачках, устраиваемых сеньором Аррублой по случаю Рождества.

Ну-ка, ну-ка, а это что за хмырь увязался следом за ней на джипе? И едет этак медленно, подленько. Километров десять-пятнадцать в час, не больше.

Сердце Хорхе Соланы бешено забилось в груди.

В водителе он узнал одного из ближайших соратников Федермана. Того самого гада, чьи люди лишили Хорхе Солану семьи…

Спустя пять минут еще один наездник помчался карьером в сторону озера Гуатавита.

Разноцветный попугай, примостившийся на ветке невысокого дерева, пригорюнившись, склонил голову набок.

Птице было скучно. Вокруг не происходило ничего любопытного.

Нет, конечно, покой – вещь замечательная. Никто не мешает думать о том, о сем. Можно вот так сидеть и час, и два…

Но всему же есть предел. Например, сейчас попугаю хотелось бы за кем-нибудь понаблюдать. Однако в поле его зрения не было ровным счетом никого и ничего.

Только Озеро.

Над его серебристо-темным зеркалом стоял негустой туман. Крутые черные скалы, поросшие густым лесом, всматривались в воду. То ли любовались своим отражением, то ли им тоже было скучно, и они хотели рассмотреть там, в глубинах, что-то любопытное.

Легкий ветерок парил над водами, тщетно стараясь разогнать туман. Не получалось. Ветерок переключил свое внимание на прибрежные деревья, чтобы те своими ветками помогли ему справиться с белесой дымкой. Но был он слишком слаб, чтобы совладать с могучими зелеными великанами. Те лишь презрительно шелестели листьями, отвечая на неуклюжие попытки ветра заключить с ними союз против тумана.