Чтение онлайн

— О… Я поняла. — Молодая мамочка подгребла малышек к себе поближе и разглядывала она их зачарованно. — Ты ведь поможешь мне их выходить?

— Вот именно! — вмешался Оител и позволил Ларе забрать сыновей, положить их обратно в колыбельку. — Вы же останетесь с нами?

— Уж первое время — конечно. Не сомневайтесь. Да и куда мне идти, в нынешние-то времена.

— Да, супруг, ты ведь расскажешь, что творится в городе? — спохватилась Дария.

— Наводим порядок, — скупо ответил мужчина. — Не беспокойся. Для уверенности выставлю стражу у дома. Прости, что не успел сделать это вчера. Но уж теперь сюда больше никто не проберётся. Это я обещаю!

— Здесь были местные буяны, да? — напоказ усмехнулась Лара, всею собой показывая, как проста нынешняя ситуация, и вообще, нечего волноваться (хоть и понимала прекрасно, каких дел могут натворить разошедшиеся горожане).

— Примерно так. Всё в порядке. Теперь в городе спокойно, будь уверена, любимая.

Счастливому отцу пришлось вернуться на службу, но он и в самом деле прислал бойцов, взявших дом в оцепление. Спустя пару дней в городе всё затихло, горожане убедились, что никаких мятежников и мародёров и на горизонте не видно, а кое-кто из буянов даже пришёл с повинной, рассчитывая на более лёгкое наказание. Лара уже мало интересовалась этим — она занималась только детками. Те были всё-таки слабенькими, приходилось докармливать их из местного подобия пипетки, потому что ни желудочных зондов, ни чего-то подобного тут не было, да ещё следить, чтоб молочко не попало в дыхательные пути. Потом проявилась желтушка новорожденных, а способов лечения, знакомых Ларе, тут не было. И снова пришлось прибегать к магическим приёмам, выправляя у каждого из четверых функцию незрелого организма за функцией.

А потом её стало беспокоить что-то непонятное. Когда, совершенно умученная, она валилась в дрёму, ей казалось, что до неё дотягивается чьё-то внимание. Словно кто-то волевым движением шарит вокруг в поисках её особы, и совершенно непонятно, что могло вдруг понадобиться от лишней жены принца. Добить, что ли? Обеспечить его высочеству гарантии вдовства?

Вот уж это точно лишнее. Как-то не хочется.

Лара постаралась закрыться. Но даже зная о магии, по сути, лишь то, что она существует, молодая женщина догадывалась: даже если сможет защищаться, то уж на круглосуточную оборону её определённо не хватит. Должна ж она хоть иногда спать, расслабляться мыслями, да и забыться можно в любой момент!

И как поступить?

А в следующий раз ей приснилось странное дерево — похожее на гигантский, очень старый явор, кора которого густо шелушилась, а крона поражала переливчатым серебряным блеском. Да-да, листва этого дерева была серебряной, прямо как в сказке, при этом листки выглядели совершенно живыми. Уж точно не вычеканенными из металла. Они дрожали под лёгким ветерком, следовали за своими ветками в том извечном полёте, который больше всего похож на движения качелей, роняли вниз капли росы и играли в лучах солнца. Отражение светила обитало и в самой кроне — то ли отблеск, то ли подлинное воплощение собственной силы этого чудного творения природы.

Может быть, этот свет и насыщал листву настолько густо, что она буквально сияла, переливалась оттенками серебра и сверкала в чистых гранях каждого ювелирно совершенного листка. А ещё Лара заметила у корней дерева красивую умиротворённую девушку с густой рыжей шевелюрой, в длинном свободном платье, больше напоминающем балахон. Она, запрокинув голову, любовалась чудесной кроной и мечтательно улыбалась каким-то собственным мыслям.

Почему-то это показалось Ларе добрым знаком.

А проснувшись, вдруг (непонятно, к чему была эта мысль) осознала, что действительно стала частью окружающего мира в той же мере, в какой была частью того, который её породил. Влилась в него, вдышалась, освоилась, и то, проникнется ли она каждым тоном его существования, зависит только от неё. В том числе и в вопросах бытования магии внутри неё и вокруг. Оказывается, её просто надо было ощутить по-настоящему, как воздух, как чистую воду, которую черпаешь ладонью из родника, и принять её.

Вот теперь она готова полностью подчиниться её нуждам. Да, Лара пока не владела всеми возможностями, дарованными ей новым миром, но уже сейчас она могла и полюбопытствовать состоянием тела своей пациентки, и укрыть себя от чужого любопытствующего взгляда. Причём на постоянной основе.

Сделала это — и вздохнула с облегчением. Словно немыслимый груз со спины упал. Она была свободна и могла потихоньку жить в маленьком городке, присматриваясь к окружающему миру, оценивая его и себя в нём, продумывая будущее. Не боясь за себя каждодневно и ежеминутно.

Вот и можно было полностью посвятить себя выхаживанию четырёх крошек. Для них нашли сразу двух крепеньких молодых кормилиц, но и настояниям Лары, чтоб их мать тоже продолжала кормить грудью, уступили. Детки крепли медленно, но крепли, и с их проблемами удавалось справляться. Правда, это стоило Ларе серьёзных усилий — то экономка, то кухарка жаждали напоить малышей отварами полезных травок, сделать им припарки, сунуть в рот кусочек сахара или что-нибудь ещё придумать. Воевать приходилось насмерть, и благо, что сама хозяйка дома и молодая мать свято уверовала в знания и умения своей повитухи и всегда держала её сторону. Мол, если та говорит, что надо, значит, надо. А ежли говорит не надо, значит, не надо.

Только спустя два месяца общую колыбельку с подогревом удалось сменить на четыре отдельные. Теперь детская была загромождена красивыми, уютными, пышными кроватками, подливальщицы воды были повышены до ночных нянек, а мама деток, вполне оправившаяся после родов, с наслаждением носила своих чад на руках по очереди и пела им колыбельные.

— Какие они чудесные, — шептала она. — Самые лучшие, самые красивые… Ты ведь не против, что я одну из дочек назову Риссой в честь тебя?

— Стоит ли? Я ведь просто… повитуха.

— Если б не ты, их бы не было! Попросту не было! Моих драгоценных! — И ласково поцеловала сыночка в лоб. Тот во сне поморщился, как истинный пацан, не уважающий все эти телячьи нежности.

— Главное, что всё хорошо, — успокаивающе сказала Лара. — Малыши уже окрепли и требуют не больше внимания, чем обычные новорожденные. И шансов у них не меньше, чем у обычных деток. Я думаю, всё будет хорошо.

— Ты ведь поживёшь у нас ещё? Муж вообще думает подарить тебе дом в этом городке. Кроме полной оплаты всего, что было оговорено. Что думаешь?

— Подарок щедрый, но, знаешь, я думаю, не стоит. Я ещё не уверена, что буду жить именно здесь.

— Как жаль. Я надеялась, если мне приведётся забеременеть ещё раз, ты снова сможешь помочь.

— Ох, Дария, боюсь, лучше тебе больше деток не заводить. Организм у тебя малыши выцедили до дна, ещё и предыдущие беременности силы здорово подорвали. Сомневаюсь, что в ближайшие лет пять ты вообще будешь способна выносить хоть одного ребёнка. А по всему похоже, что у тебя, очень вероятно, в следующий раз снова заведутся два или больше. И это уже станет серьёзным риском для здоровья. Согласись, детям нужна здоровая мать. Им вообще нужна мать. Да и для любой семьи четверо детей — вполне достойно. Давай-ка я лучше поинтересуюсь способами предохранения, которые тебе подходят. Идёт? А спустя лет шесть вы ещё как следует обдумаете этот вопрос.