Чтение онлайн

— Победитель дерби Кентукки 2010 — Птица Счастья.

— Птица Счастья! — воскликнул Габил. — Прекрасное имя. — Он разбежался и взлетел. Набрав высоту, Габил сделал круг и пустился в сторону Сбора.

Птица Счастья…

Деревня показалась Тому знакомой, но не настолько, чтобы он не в силах был унять учащенное биение сердца при приближении к деревянным домикам.

Они прошли под большой сине-золотой входной аркой и пустились по широкой бурой тропе между рядами цветных хижин. Том остановился возле первого же домика, привлеченный рубиновым свечением его сруба. Газон окружал дом густым однородным зеленым одеялом, на котором симметричным узором были рассажены цветы разных окрасок и размеров. Между цветами торчали резные фигуры синего и золотистого дерева.

— Вспоминаешь? — спросил Микал.

— Что-то шевелится. Но слишком смутно.

— Ничего, вспомнишь. Не все сразу. Остановишься у семьи Рашель.

— Рашель… Женщина, которая меня выбрала?

— Да.

— Но я не могу. Я ничего не знаю о Великой Любви… Или как там она… Высокое Чувство…

— Следуй инстинкту, Томас. А если инстинкт откажется вести тебя — притворись. Прикинуться влюбленным вовсе не трудно.

— А если я не хочу ни быть, ни казаться влюбленным?

— Прекрати пороть чушь, — спокойно приказал Микал. — Ты не можешь не хотеть любви. Ты человек. — Он повернулся к тропе. — Ты меня пугаешь, молодой господин.

Том рассеянно прошел несколько шагов, погруженный в размышления, затем отвлекся на прекрасный пейзаж вокруг себя. Сочная трава, роскошные цветы — куда ни глянь. С обеих сторон тропы — ухоженные газоны, окружающие разноцветные домики. Домики похожи на драгоценные шкатулки, на изысканные ларцы. Порхают пестрые попугаи, по траве разгуливают жирные коты, вплетающиеся в ландшафт, как искусно вписанный стаффаж.

Так, глазея по сторонам, Том приблизился к центральной постройке. Нельзя сказать, что в планировке и архитектуре господствовала симметрия, но продуманность всей композиции несомненно бросалась в глаза. Каждый дом, каждый куст, каждый цветок казался уместным и необходимым, все складывалось в единый прекрасно продуманный ансамбль. Передвинь тропу — и все испортишь. Убери один цветок — и конструкция развалится.

Тролл — так назвал его Микал — по сравнению с окружающими домишками казался грандиозным. Если вся застройка образовывала прекрасный цельный ансамбль, то Тролл представлял собой его венец, достойное завершение, апофеоз.

Том задержался у подножия широкой лестницы, ведущей к круглому зданию. Нефритового цвета купол казался прозрачным, как будто пропускал свет изнутри.

Том осторожно поставил ногу на первую ступень и начал подниматься. Микал шагал со ступеньки на ступеньку, казалось, забыв о спутниках. Том поднялся за ним и обернулся, чтобы осмотреть селение сверху.

Деревня выглядела, как цельное ювелирное изделие из рубинов, топазов, изумрудов, опалов, перламутра; изысканно, но в то же время просто и элегантно. Том еще раз подивился искусству создателей этого шедевра.

— Кто все это создал?

— Вы, люди, — ответил Микал. — Идем.

Том последовал за ним внутрь.

Подкупольный зал оказался внушительным, но не подавляющим. Купол поддерживали четыре колонны разных цветов: рубиновая, изумрудная, яшмовая и золотисто-янтарная. Мебели там было немного, но она была очень тщательно подобрана, весь зал казался единым, цельным идеальным сооружением. Том завороженно смотрел на пол, на круглый участок под куполом. Он, казалось, втягивал в себя. Том подошел к краю, опустился на колени и вытянул вперед руку. Совершенно однородная поверхность без единого изъяна, как будто масса смолы, вылитая на громадный изумруд. Он погладил пол и, ощутив легкую вибрацию, отдернул руку.

— Все в порядке, мой друг, — успокоил Микал. — Я и сам до сих пор не могу привыкнуть. Пол сделан из тысячи зеленых деревьев. И ни пятнышка! Вы, люди, иногда меня удивляете.

— Как вода, — сказал Том, поднимаясь.

— Нет, вода — особое вещество. Но Элион создал и воду, и дерево. Сейчас я тебя здесь оставлю. Дела. Йохан и Рашель заберут тебя отсюда, когда вернутся со Сбора. Запомни, если будут сомнения — подыгрывай. Играй по правилам. А правила несложные.

Микал направился к выходу, и Тому показалось, что он пробормотал:

— Ох-хо-хо, не слишком ли большой кусок Рашель откусила…

Том хотел было возразить — уж очень не хотелось оставаться одному в торжественной обстановке купольного зала. Но если поразмыслить, то чего ему здесь опасаться? Как сказал Микал, надо играть по правилам…

Долго ждать не пришлось. Вскоре в Тролл ворвался светловолосый подросток лет двенадцати, одетый в синюю тунику с желтой повязкой на голове. Он глянул на Тома, развернулся и помчался обратно, крикнув кому-то, следующему за ним:

— Здесь, здесь!

Сразу же вошла женщина, в которой Том узнал Рашель. То же самое красное платье дополнил желтый шарф, перекинутый через плечо. От неожиданности он замер в своем затененном уголочке.

— Ты его видел, Йохан?

— Нет, но Микал сказал, что он здесь.

Тут Йохан увидел Тома и замер. Рашель поняла его движение и вгляделась туда, где сидела едва различимая фигура.

Том резко выдохнул, прочищая горло, и шагнул навстречу вошедшим.

— Привет!

Стоя совершенно неподвижно, она смотрела на него без смущения, без всяких женских ужимок, нефритовыми глазами, напоминавшими два глубоких водоема.

Роста для женщины немалого, но стройная, тонкая, гибкая. Лет двадцати с небольшим. Кожа гладкая, бронзово-смуглая. Серьезное выражение лица ее постепенно сменилось мягкой улыбкой.

— Приятно на тебя смотреть, Томас.

Том сглотнул. Должно быть, подобные высказывания здесь вполне в порядке вещей, но проклятая потеря памяти заставила его воспринять эту реплику странно: как чересчур смелую и откровенную… Ну что ж… Играть по предложенным правилам… Так требовал Микал.