Тьма
Шрифт:
– Тот урод выжег мне всё вот здесь - ткнул спецназовец в правую область груди.
– До кости. Я ещё в сознании был! Или… да нет, был. Чувствовал!
– Ну вылечил я это. Могу. Давайте о другом. Что нам здесь надо? Там мы Шакала, то есть Каракурта разговорили. Но тащить с собой оттуда…
– Тогда потащим этого. Чего он?
– Молится.
– Вижу. Почему? И что вообще, чёрт возьми, здесь происходит?
– Да, надо узнать. Эй, как тебя, хватит молиться, отвечай, - согласился Максим.
Командир безропотно ответил на все вопросы. Достал из укромного местечка документы. Что там было, Максим не понял, но майор довольно заулыбался. Тут же оказались и его документы, и некоторые элементы экипировки, в том числе аналогичная полковничьей миниатюрная цифровая камера.
– А теперь убейте. Только не плен, - вновь упал на колени моджахед.
– Лёгкой смертью хочешь умереть?
– оскалился майор.
– А мою жену вы, твари - лёгкой смертью? А моих ребят?
– У меня никогда не было жены! Но моего отца, мать, брата и трёх сестёр - вы, вы, вы! Всёх - одним снарядом. Из танка. Я ещё ребёнком был…
– Наши просто так из танков по домам не палили! Врёшь!
– Стреляли в них не из нашего, из соседнего!
– Вот видишь! Стреляли же! А моя…
– Я не воюю с женщинами! А такие… и среди ваших есть. Везде есть. Но я не оправдываюсь. Убейте. Как хотите - убейте. Не то… когда колдовство этого шайтана ослабнет, я всё равно буду вас убивать! У меня ничего не осталось, только Аллах и джихад.
– Ну, что делать будем?
– обратился к Максиму майор. Было видно, что спецназовца несколько смутил рассказ "духа" о гибели его семьи. Расстроило это и Макса. С присущим ему воображением он представил: сидит в доме семья, и вдруг - бах! А когда малыш приходит в себя, вокруг такая жуткая картина. А мимо - убийцы на железном грохочущем чудовище. И он бы пошёл мстить. Женщинам? Ай, да при чём тут…
– Я думаю, - прервал он свои размышления, что он больше пользы принесёт нам здесь.
– Ты сума сошёл! Перевербовать? Его?
– Но я попробую. Сядь вот здесь!
– обратился он к моджахеду.
– В глаза смотри! Не думать! Только отвечать и выполнять. Кто в отряде - бандиты? Так. Сюда их!
Таких оказалось восемь. Вскоре после прихода они лежали парализованные в углу палатки.
– Кто наёмники?
Двенадцать человек майор складировал в другом углу.
– Остальные - борцы за веру?
– Остальные - воины джихада.
– Зови их туда - в ту палатку.
Двадцать один человек набилось в палатку, где в беспамятстве лежал палач. Ещё восемь осталось на постах. В принципе Макс мог бы их убить вот так, скопом. Одной волной. Но почему-то не поднималась рука. Может, и у них вот так, как у их командира? Но и оставить? Как обезвредить эту мрачную стихию? Или… Фанатики же! Пусть, как их Шакал, а? Перенацелить.
– Аллах велик!
– начал он мысленную атаку. Он вбивал оцепеневшему отряду идеи мира и любви. В самую подкорку и даже глубже - на уровень нейронов и их ответвлений отвращение к убийству и насилию любого человека. Человека вообще. И отвращение к любому оружию. Он пробудил в них тягу к проповедничеству, или как это… ну, уточнил мысленно Максим - ваше призвание, - нести слово Аллаха о мире и любви людям. И это оказалось сложнее, чем убить. Гораздо сложнее.
Глава 30
Максим изошёл потом и даже почувствовал непривычную боль в висках, которая начала шириться и пульсировать. Но он довёл свою идеологическую диверсию до окончания - когда его мысли стали резонансом откликаться от сознания стоящих вокруг людей. Едва он закончил - раздался грохот. Моджахеды бросали оружие. Затем, улыбаясь, громко заговорили. Но ещё через секунду все упали на колени поклонившись Максиму: "Учитель!". Захохотал майор, глядя на эту картину. За что едва не поплатился - такой смех "ученики" посчитали оскорбительным. Только вбитое в подсознание отвращение к насилию не позволило неофитам набросится на неверного. Но, зажав спецназовца в плотное кольцо, они гневно выговаривали тому своё возмущение, а он продолжал начатую во время этой удивительной проповеди киносъёмку.
– Всё- всё. Идите и несите людям слова добра и любви!
– отправил их Максим.
– Слушай, а ты уверен, что это у них надолго?
– поинтересовался Анатолий, глядя на удаляющуюся толпу.
– Думаю, навсегда.
– Тебе бы… Даже не знаю… О! Надо тебе встречу с президентом Штатов организовать, а? Ты бы его вот так - и в нашу пользу! Или, хотя бы, этих Бен Ладанов! Представляешь? Нет, но надо подумать!
– размечтался майор.
– Надо идти навстречу полковнику и выбираться отсюда.
– Сначала - собрать и схоронить оружие. Вон сколько. Нельзя, чтобы опять попало к ним. Ушли одни - придут другие. Хорошо бы тебя оставить здесь, чтобы встречал боевиков и в дервишей перековывал.
– Нечего мне больше делать.
Максим стал носить оружие к спецназовцу, а тот - его разукомплектовывать. Затем в одну яму зарыли автоматы, карабины, гранаты, в другую - взрыватели, запалы, затворы. Одну снайперскую винтовку (здоровенную, Макс ещё не видел таких) майор отложил для себя. В хлопотах их застало утро. А ближе к полудню, когда они готовили немудрёный обед, прибыл и полковник. По пути он пережил несколько напряженных мгновений - когда столкнулся с отрядом боевиков. Решив, что Максим с ними разминулся, а те идут на помощь своему командиру, офицер решил принять бой, не выпуская отряд из горловины ущёлья. Более двадцати человек. Пока идут кучно - первой же очередью можно… Потом правда, начнётся. Профи всё-же. Или… что это они, чёрт побери? Чего галдят? И… и… и без оружия же! Все - без оружия. Тааак - перевёл дух полковник. Значит и с ними - как с Каракуртом? Ай да парнишка! Представляю, как полезут на лоб глаза у шефов - снарядили отряд боевиков а вернулась толпа проповедников! Спецназовец пропустил новоявленных дервишей и направился по этой же тропинке к лагерю. Конечно, теперь дорога казалась ему куда легче.
Вначале они с майором, крепко, до хруста костей, обнялись.
– Знаешь про ребят?
– спросил полковник.
– Да… Максим рассказал. Кто?
– Каракурт не знал исполнителя. Но выход на цепочку дал.
– " Цепочка" - это твоё, Юра. Мне выход на эту тварь дай. Мне!
– Хорошо. Как только узнаю…
– Договорились. Что дальше, командир?
– Документы?
– Всё изъяли. А духов наш волшебник превратил а агнцев Божьих.
– Каракурта тоже. И здешних встретил - идут, болтают, руками размахивают. Фанаты наоборот. Никто же не поверит…
– Ну, я небольшое интервью записал.
– Тогда - вперёд.
– Отдохни, командир. Перекусим. Пока в происшедшем разберутся…да и на героя нашего посмотри.
Максим действительно сладко спал на какой-то шинели. Даже похрапывал.
– Умаялся. Видишь, даже чудеса даром не даются, - улыбнулся полковник.
– Ладно. Привал. Часа на четыре. Через два часа разбудишь, сменю, - и полковник последовал примеру Максима.
Обратная дорога была неожиданно скучной. Был бы Максим один, он бы своими новыми прыжками. Или вот - скала. Тропка - вокруг неё. Один прошёл бы её насквозь. А так, - тянись, да тянись. День. И ещё. И ещё…