Чтение онлайн

— Волчью яму? — Носик даже растерялся. Теперь он, кажется, начинал понимать лейтенанта. — На пустыре много ям, это я знаю. Но мы ведь не могли угадать заранее…

— Нет, я говорю не о простых ямах. Там была настоящая волчья яма.

Носик посмотрел в глаза офицеру и твердо сказал:

— Нет. Волчьей ямы там не было.

«Странно, — подумал лейтенант, — говорит спокойно, глазом не моргнет. Быть не может, чтобы парнишка так ловко лгал. К тому же он охотно помог мне, когда я свалился. Ведь, собственно, только поэтому я и не сообщил сразу в школу».

— Так, стало быть, волчьей ямы там не было. А почему же это я свалился с велосипеда, как ты думаешь?

— Вы зацепились за проволоку. Мы протянули ее вдоль изгороди…

— Так, так. Еще и проволока? Что же это за проволока? Ну-ка, отвечай!

— Провод от полевого телефона.

И снова лейтенант задумался. Вполне возможно, что другие ребята ничего не сказали этому мальчонке. Но велосипед попал в яму…

— А на пустырь вы пришли все вместе?

— Я попозже.

«Вполне возможно, — подумал лейтенант Берне май. Теперь, наконец, он взял у мальчика цветы и поставил их в вазу. — Надо бы со всем отрядом познакомиться. Поймал-то я, видно, не того, кого надо. Но почему же тогда Тео не оправдывается?»

— А кто дал вам полевой телефон?

— Я его сам собрал.

— Так, так… Как же это ты сумел? — Теперь лейтенанту стало даже интересно. Он собирался поступить в технический институт, стать инженером.

Носик же был рад, что нашелся удобный предлог уклониться от разговора о «волчьей яме». «Поглядим, как лейтенант разбирается в технике», — подумал он и стал выкладывать:

— Перво-наперво я сколотил ящик и укрепил в нем батарейки. Потом раздобыл два трансформатора с усилением один к четырем. И еще несколько розеток. Потом переключатель, провод… и две старые трубки. Их принесла мне мама. Еще в Хагенберге, из своего Строительного управления. Потом я…

— Твоя мама там работает?

— В Хагенберге работала в управлении. А теперь — на телефонной станции здесь, в Ингельсбахе.

— А давно вы здесь живете?

— Пять дней.

Лейтенант откинулся на спинку стула. Совершенно очевидно, что мальчик способен к технике. А в классе он новенький. Лейтенант Борнеман еще хорошо помнил, каково приходится новенькому. Всегда найдутся любители «окрестить» его тем или иным способом.

— А что делает твоя мама на телефонной станции?

— Она инженер, — ответил Носик.

Пока мама была студенткой, он часто читал ее учебники и кое-чему научился.

— А отец?

— Отец… умер.

— Ну, а кем… ты хочешь быть?

— Тоже инженером.

Это был вопрос, на который Носик отвечал не задумываясь. Только где он потом работать будет — на судоверфи или в ангарах, этого Носик еще точно не знал.

Зазвонил телефон.

Пока лейтенант говорил по телефону, Носик с любопытством оглядывался. «Учебное пособие для радиолюбителей», — прочел он на обложке одной из книг, лежавших на столе.

— Спасибо, уже лучше, — услышал он голос лейтенанта. — Ладно, я зайду на занятия кружка. Да, схема у меня… Пока!

Носик быстро выпрямился.

— Ну, что же нам с тобой делать? — спросил лейтенант, возвращаясь к столу.

Носик просветлел. К сожалению, ему не приходила на ум никакая подходящая кара. Но пусть лейтенант знает, что Носик готов сделать все. Поэтому он, безусловно несколько легкомысленно, пообещал:

— Мы приведем в порядок пустырь, господин лейтенант. Точка уже начала.

— Кто же это — Точка?

Носик закусил губу. «Точка» сорвалось у него с языка совершенно случайно. «Ни одного имени, идиот!» — мысленно обругал он себя.

— Так кто же это?

— Да просто девчонка одна. Председатель совета отряда. Никакого отношения к этому делу не имеет. Уж это наверняка!

— Ага, просто девчонка! Понимаю. Не то что такие дельные люди, как ты и твои друзья, да? А просто девчонка!

«Да я вовсе не это хотел сказать», — подумал Носик и покраснел.

Лейтенант осторожно застегнул китель и снял с крючка фуражку.

— Что же вы собираетесь делать на пустыре? — спросил он.

Носик постарался припомнить чертеж на классной доске. Он встал и начал самыми яркими красками расписывать лейтенанту Площадь пионеров, только бы отвлечь его от этой дурацкой истории.

— Это будет пионерская площадка. Мы уже решили. И все распланировали очень подробно. Во-первых, конечно, уберем весь мусор. Потом поставим столбы с щитами для баскета. Построим открытую сцену. И разобьем клумбы. А в бараке будет «Станция юных техников». Ну и клубная комната. И для настольного тенниса. И…

— А чем вы будете заниматься на «Станции юных техников»?

О, если речь зашла об этом. Носика не так-то легко остановить! Они с лейтенантом уже спускались по лестнице общежития, а Носик все рассказывал:

— Соберем супергетеродинный приемник с УКВ. У меня уже есть много деталей и для радиоламп панельки. А может, и транзисторный приемник, однокаскадный. А может, и любительский коротковолновый, но для него у меня еще нет схемы…

Лейтенант Борнеман невольно улыбнулся. «А парнишка разбирается», — подумал он. Дело в том, что у него в кармане лежала книжка с такой схемой.

Носик не переводя дыхания рассказывал о своих планах. Им конца не было. А между тем они с лейтенантом уже пересекли двор казармы. Когда же они подошли к Дому культуры. Носик опасливо поглядел на офицера. «Куда это он меня ведет? Может, к настоящему генералу? Чтобы тот учинил мне допрос?»

Но оказалось, что лейтенант Борнеман привел его на занятия радиокружка. Увидев лампы, конденсаторы, трансформаторы и шасси, разложенные на столах, Носик почувствовал себя как дома. За столами сидели солдаты, монтировавшие различные узлы приемников. Эх, взять бы сейчас в руки шасси, укрепить лампы! Носик буквально сиял от восторга. Но спросить лейтенанта, почему с ним так дружелюбно обращаются, он не осмелился. «Ведь это мы во всем виноваты, — повторял он про себя, — руку-то он из-за нас сломал».