Тео Носик и Генерал
Шрифт:
Точка отлично понимала, что попала в трудное положение. «Я ли не старалась, не уговаривала их!.. — сердито вспомнила она. — И согласие фрау Хёфлих получила, и постановление совета дружины. «Всю школу поднимем на это дело!» — обещал вожатый. А что вышло? И с активами других классов я говорила…»
Злая-презлая на всех, она все рассказала отцу.
— Да-да, болтали вы много, — заметил отец. — Но разговорами делу не поможешь. Раз вы не хотите, поработаем мы. Но уж тогда на площадке вам делать будет нечего.
У Точки вытянулось лицо, словно она хлебнула отцовского пива.
— Я обещаю тебе… — начала было она.
Но господин Турм махнул рукой.
— Обещаю… какая от этого польза? Надо дело делать. Там валяются десятки килограммов драгоценного металла. Вы могли бы наполнить свою пионерскую копилку. И что же? Вот придут ваши ребята через две недели на пустырь, мы и расставим их между клумбами вместо вороньих пугал.
Точка поднялась.
— Вместо вороньих пугал?.. А мы задумали баскетбольную площадку, и сцену, и еще…
— «Еще, и еще»!.. — прервал ее отец. — А много ли вы сделали? Там до сих пор свалка! Завтра же поговорю в месткоме.
«Но ведь отец сказал, что уже говорил сегодня в месткоме! А теперь вот «завтра»… Не такой уж он строгий, — подумала Точка. — Просто хочет нас подзадорить».
— Ну подожди еще немножко, — попросила она и положила руку ему на плечо. — Две недели, ладно? Я обещаю…
— Никаких обещаний! — строго сказал отец. — Начинайте работать.
— Сегодня же. — Она надела курточку. — Вот увидишь.
И тут же выскользнула за дверь. Господин Турм, увидев в окно, как она помчалась на велосипеде по улице, усмехнулся.
Но на этот раз Точка опоздала. Разочарованная стояла она одна на заброшенном пустыре. Где же мальчишки? Что это с ними случилось? Презрительно хмыкнув, она поглядела в сторону «айсберга». «Вот уж правда «воронье пугало», — подумала она. — Ну и наплевать на тебя! Завтра мы начнем».
Драка в 7-м „Б“
Эх и удивятся ребята!
Точка отступила немного и полюбовалась на дело своих рук. Пионерская площадка была готова. Ровная — что твой стол. Изгородь и кустарник мастерски подстрижены. Вот отец порадовался бы! Старый барак превратился в нарядный домик-клуб, на крыше которого плещется голубой флажок. Слева от изгороди стоят два столба с баскетбольными кольцами. Справа виднеется сцена. А перед бывшим бараком переливается всеми цветами радуги клумба.
Точка даже запрыгала — так здорово получилось! Но тут же налетела на банку с краской. Это ее несколько отрезвило, и она остановилась, обдумывая положение.
Площадь пионеров в том виде, в каком ее представляла себе Точка, была пока только на плане, вычерченном на широкой классной доске седьмого «Б».
Завхоз уже вынес из класса скамьи и стулья. Сегодня они начнут ремонт.
«Чертеж удачный. За него мне, пожалуй, поставили бы пять, — подумала Точка. — Но если бы мы и вправду навели на пустыре такой порядок, как на чертеже, то пятерку получил бы каждый, — целых тридцать пятерок! Только вот сумею ли я убедить ребят?» Подойдя к доске, она жирными буквами написала поперек чертежа: «Сегодня начинаем битву за старый корт».
В понедельник, презрительно хмыкнув в сторону «вороньего пугала». Точка тут же помчалась на велосипеде к Ренате. Ее превосходный план мог провалиться, если трест озеленения действительно заинтересовался их пустырем. Поэтому необходимо сейчас же, еще во время каникул, начать там работу. Рената вытащила свой штемпель. И они тут же напечатали тридцать листовок.
ВНИМАНИЕ!
В среду чрезвычайный сбор отряда.
Подробности на месте.
Начало в 9 часов утра
в 7-м классе „Б“.
Явка обязательна!
Совет отряда
Бублик, Генерал и Урзель Хейнеман тоже были в совете. Но Точка и Рената понимали, что Генерал и его друзья станут яростно сопротивляться их планам.
Они никого не забыли, всем разнесли листовки. Вот сегодня и выяснится, понимают ли пионеры, какая опасность грозит их планам.
— Здрасте, — сказал кто-то за спиной Точки.
— Здравствуй, Носик. — Точка, сияя, взглянула на него.
Интересно, что скажет он о чертеже? Но он, насупившись, направился прямехонько к одному из ведер, взял щетку и полез на стремянку.
— Эй, не обижайся из-за «Носика»! — крикнула, ничего не подозревая. Точка в сторону стремянки. — Может, хочешь поменяться на «Точку»?
Носик не ответил. Полное ведро доставляло ему массу хлопот. Он пытался повесить его на лестницу, но вода при этом выплескивалась.
— Караул! — завопила Точка. Подумаешь, делает вид, что не замечает ее. — Без завхоза нам начинать нельзя. Спускайся. Гляди-ка! — Она показала на доску. — Не узнаешь?
Он сперва искоса взглянул на доску и только после этого медленно спустился вниз.
«Мог бы и не задирать так нос», — подумала Точка, увидев его серьезное лицо.
— Классно будет, да? — с восторгом закричала она и снова запрыгала. — Признайся, небось тоже к «вороньему пугалу» руку приложил? На это ты горазд. А обсуждаем серьезные вопросы — молчишь как рыба.
Носик неожиданно отвернулся от доски и неизвестно зачем стал размешивать краску в банке. Точка с удивлением глядела на него.
— Понимаешь, — заговорила она уже более миролюбиво, — когда я пришла, вы уже разбежались. Слушай-ка, а они действительно в военную игру играют? Я ведь не знаю.